Невеста с аукциона - Шарлиз Шелдон

Все это время, буквально каждую минуту, я чувствовала, как Тигран скользит взглядом по обнаженным ногам и попе, обтянутой короткими шортами. Его глаза так же блуждали по весело подпрыгивающей груди, иногда останавливаясь на моем возмущенном лице. Похоже, он нашел себе неплохое развлечение!

– Можешь так явно меня не разглядывать? – разозлилась я.

– Мешаю? – ухмыльнулся он.

– Не без этого.

– Ты сегодня не с той ноги встала? – с интересом спросил он, отпивая сок и ставя на стойку второй бокал для меня.

– Возможно.

– Иди сюда. Будем прогонять твое плохое настроение.

Он отставил бокал и вышел из-за стойки, направляясь к боксерской груше. Однако, на полпути свернул к полкам и вытащил оттуда две перчатки с непонятным наручным приспособлением в виде небольшого щита.

– Лови, – Тигран бросил мне красные перчатки, которые я с недоумением покрутила в руках.

– Ты хочешь позаниматься боксом со мной?

– Угу. Горю желанием посмотреть, как ты будешь лупить сначала меня, а потом грушу.

– Какие у тебя, однако, мазохистские наклонности.., – буркнула, скрывая невольную улыбку.

– Сам удивляюсь, – мужчина помог надеть мне перчатки, крепко затянул липучки на запястьях и взял две защитные подушки.

– Это макивара для отработки ударов, – пояснил Тигран, надевая их, как щит на руки.

– Мне бить по ним? – неуверенно поинтересовалась.

– Желательно. Для начала встань в стойку, – приказал он, – Правую ногу назад, согни в коленях… вот, умница… Левым плечом корпус ко мне. Локти ближе…

Он поправил меня, выставив руки и ноги так, как было правильнее, и продолжил:

– Удар делаешь на выдохе. Плечо держишь расслабленным. Бей!

Ну я и ударила. Со всей силы, целясь в макивару, чем заслужила веселое фырканье от «тренера».

– Ты, как деревянная игрушка, выпустившая кулак прямо по курсу, – он откровенно веселился надо мной, – Неужели, никогда не видела, как дерутся? Руку слегка проворачивай.

Я медленно изобразила то, что он объяснил, и получила краткий кивок. Следующий удар был более осознанный и вдумчивый. А через пять минут я уже с азартом избивала защитные щиты, не забывая чередовать руки.

– Молодец… ногу вперед… вперед, я сказал! Не забывай дышать. Делай шаг на меня.

Еще через двадцать минут такой тренировки я была вся мокрая и запыхавшаяся. С непривычки это оказалось весьма утомительным занятием, учитывая, что Тигран был требовательным.

– Передых? – коварно улыбнувшись, спросил он.

Бросила взгляд на так манившую теперь боксерскую грушу и вздохнула. Хотелось еще и на ней попробовать.

– Если не устала, то потренируйся на груше, – предложил он, правильно оценив мой взгляд, – Становись в стойку.

Тигран подтолкнул меня и встал за моей спиной, снова помогая занять правильную позицию.

– Бей, – раздался короткий приказ.

На мой взгляд, груша оказалась немного интереснее, чем макивары на руках Тиграна. Она была тверже и меньше пружинила, оставаясь почти неподвижной. За ней мне не приходилось скакать по всему залу, как за Алмазовым.

– Локоть выше, – произнес он, внезапно вставая чуть ли не вплотную ко мне.

– Хорошо.

– Плечо так не напрягай, – он провел рукой по моей шее, спускаясь на плечо и чуть ниже.

– Э-эм…

– И корпус вполоборота, – заметно тише добавил мужчина, обнимая меня за талию второй рукой.

– Что ты делаешь? – я хотела обернуться на него, но он крепко держал меня, прижимая к себе.

Его горячее дыхание коснулось шеи, от чего я тут же вздрогнула всем телом. Оно словно узнало того, кто еще недавно доставил ему массу удовольствия, и послушно отозвалось.

– Не отвлекайся, – произнес Тигран бархатным голосом, – Бей.

– Ты мне мешаешь, – мой собственный голос стал тоньше и выше.

– Ничуть. Поверь. Просто не обращай внимания.., – прошептал он, скользя одной рукой по бедру.

Я замерла от приятных ощущений, разлившихся в груди, и тут же получила ощутимый шлепок по попе. Он вызвал во мне волну возмущения, и я стала дергаться, вырываясь из его рук.

– Ты отвлекаешься! – кажется, Тигран решил так меня наказать, – И если будешь так продолжать, то получишь еще один шлепок.

Сцепила зубы и запыхтела, чувствуя, как между ягодиц сквозь брюки упирается возбужденный член Алмазова.

Второй шлепок оказался еще сильнее первого, но он не доставил боли. Скорее разжег маленькую искру пламени внутри меня.

– А я говорил.., – прошептал Тигран, касаясь языком моего ушка, – Продолжим?

* * *

В эту секунду все мое тело задеревенело. Конечности налились такой тяжестью, что я не могла и не хотела пошевелиться, подсознательно выжидая, что же будет дальше.

А Тигран наслаждался моментом, бросая короткие взгляды в зеркало на стене. Мы отражались в нем в полный рост и представляли собой весьма странную парочку. Мой видок оставлял желать лучшего. Растрепанная, раскрасневшаяся да еще и с румянцем во все щеки, глаза блестят, как два фонаря в темноте. И за моей спиной стоял уверенный в себе Алмазов, прилично возвышающийся, с широким размахом плеч. Почему-то раньше я не обращала внимания, что между нами такая разница в росте. Как слон и Моська.

– Не уходи в себя, – прошептал мужчина, возвращая меня в реальность, – Иначе чья-то молочно-белая попка вот-вот порозовеет от моей ладони.

– А вот это уже садистские наклонности, – прочистив горло, хрипло произнесла.

– Видишь, какой я сегодня непостоянный.., – хмыкнул он.

Мужчина прижал меня к себе, гладя рукой по животу поверх майки, и поцеловал в плечико. Его большое напряженное тело излучало такой жар, что я невольно начала плавиться в этих руках.

В груди приятным теплом разлилось знакомое чувство возбуждения, и маленький разряд тока пробежался по венам, когда пальцы Тиграна ласково дотронулись до голой кожи, приподняв майку. Он медленно водил подушечками по животу, все больше и больше дотрагиваясь до резинки шорт.

Мое участившееся дыхание сдавало меня с потрохами, а я все недоумевала, как… каким образом тело умудряется хотеть этого… этого!.. в разрез с доводами логики и разума.

– Нет! – я встряхнула головой, прогоняя сладкое опьяняющее состояние, охватившее меня.

Забилась в руках Алмазова, желая скорее вырваться, спастись от его влияния на мое тело, но тот бесцеремонно перехватил меня, вцепился в растрепанный хвост, намотав его на руку, и поцеловал. Если бы губы могли высекать искры, этот жесткий принуждающий поцелуй спалил бы здесь все к чертям.