Если он опасен - Ханна Хауэлл

— Скорее отведите меня к мальчику, — поторопила мисс Сандан. — Я уверена, что смогу помочь.

Однако в этот миг за ее спиной раздался приглушенный стон, а потом на пол упало что-то тяжелое. Лорелей обернулась и увидела, что Уинн стоит на коленях, а из спины его торчит рукоятка ножа. Не успев задуматься, она бросилась на помощь, однако ей на плечо легла тяжелая рука. Одного взгляда оказалось достаточно, чтобы понять трагическое коварство замысла: рядом, до боли сжав плечо, с самодовольной ухмылкой на узком длинном лице стоял… так вот, оказывается, каков он, Чарлз Корник!

— Они захватили вашего сына, мистер Блэк? — тихо спросила Лорелей и увидела в глазах булочника слезы.

— Обоих сыновей. И жену тоже.

Лорелей сжала его пухлую руку:

— Не волнуйтесь, все уладится.

— Для него, но не для вас, — зловеще усмехнулся Корник.

Лорелей покачала головой.

— Папа понимает, что необходимо охранять детей.

— Как мило. Что ж, пойдемте со мной.

Негодяй подтолкнул ее в спину.

Лорелей невольно сделала шаг вперед, но тут же остановилась.

— Сомневаюсь, что готова исполнить просьбу, особенно если вы собираетесь использовать меня против сэра Уэрлока.

— Посмотрите сюда и попробуйте отказать еще раз.

Корник кивнул в ту сторону, где без движения лежал Уинн.

Мисс Сандан повернулась и громко выругалась, а булочник изумленно охнул от неожиданности. Должно быть, почтенный отец семейства ожидал, что юная красавица изящно упадет в обморок. Нет, от такого зрелища даже священник начал бы сыпать проклятиями. Грязный, безобразный, страшный верзила вытащил нож и приставил его к горлу Уинна.

— Ах, какая отвага! — насмешливо воскликнула Лорелей. — Сначала угрозами и шантажом толкнули мистера Блэка на предательство, а теперь готовитесь прикончить тяжелораненого.

— Черт возьми, твои люди убили Джонса! — прорычал бандит.

— Прошу прощения, но когда он похитил одного из наших детей, пить чай нам почему-то не хотелось.

— Лучше молчи, сука.

— Или что? Убьете? Исход ведь уже запланирован, не так ли? Только сначала попытаетесь заставить выманить того, кто вам нужен. Ничего не получится, не тратьте время понапрасну. Действовать по вашей команде я не буду.

— А вам и не придется действовать, — подал голос Корник. — Теперь вы — не больше чем наживка.

Лорелей набрала в легкие побольше воздуха, чтобы закричать изо всех сил, однако во рту тут же оказался кляп. Она попыталась вырваться, но враг крепко-накрепко связал ей руки за спиной. Оставалось одно: беспомощно дергаться и брыкаться. Сопротивление Лорелей даром не прошло: Корник отвесил ей тяжелую оплеуху, и если бы сам не удержал, то она непременно рухнула бы на пол.

— Напрасно храбришься, — прошипел он ей на ухо. — Мне терять нечего, так что лучше веди себя смирно. Наверное, слышала, что говорят о загнанном звере? Так вот, я и есть тот самый загнанный зверь.

— Сэр, — дрожащим голосом окликнул булочник. — Мисс дочка герцога. Если с ней что-нибудь случится, его светлость очень рассердится.

— У герцога полон дом народу, — огрызнулся Корник. — Пока он заметит, что кого-то не хватает, пройдет целая неделя.

— Ошибаетесь, немедленно хватится. Его светлость знает всех своих детей, каждого из тех, кого пригрел, и даже деревенских жителей и арендаторов. Ну, а если вдруг случайно что-нибудь упустит из виду, дворецкий тут же напомнит. Дурного обращения с девочкой вам не простят — это уж точно.

Корник с подельником обменялись ехидными ухмылками; предупреждению ни тот ни другой не поверили. А Лорелей удивилась, насколько хорошо знали своего господина простые люди, и дала себе слово при первой же удобной возможности поделиться этим наблюдением с отцом. Известие непременно его обрадует. О печальном исходе не хотелось и думать.

Корник повернулся к булочнику:

— Слушай внимательно: выждешь целый час, не меньше, и только после этого расскажешь Уэрлоку, что один из его людей ранен. Повторяю, не меньше часа! Обмануть не надейся, мы сразу узнаем и в наказание займемся твоей аппетитной женушкой.

Лорелей едва заметно покачала головой, однако так и не поняла, догадался ли мистер Блэк, что она хотела сказать. Булочник не знал, что Корник и Такер действовали вдвоем, без поддержки, а потому после их отъезда никто не смог бы проконтролировать исполнение приказа. Она посмотрела на Уинна и с радостным удивлением встретила твердый, осмысленный взгляд. К счастью, на самом деле рана оказалась не столь серьезной, как притворялся хитрец.

— Может быть, стоит связать толстяка, как связали его жену и детей? — предложил Такер.

— Отличная идея, — похвалил Корник. — Только побыстрее, а то прохожие заметят, что хозяин на месте, а лавка почему-то закрыта. Швырни его под прилавок, так будет надежнее.

Такер грубо схватил растерянного булочника, связал по рукам и ногам и толкнул на пол.

Лорелей поморщилась, словно от боли: видеть чужие страдания — все равно что страдать самой. Мистер Блэк пытался доказать, что если его свяжут, то он не сможет помочь ни родным, ни Уинну, однако его тут же заставили замолчать самым простым и надежным способом. С кляпом во рту особенно не разговоришься. Теперь уже бандиты могли не беспокоиться, что Аргус и герцог немедленно бросятся в погоню. Никто не станет ломиться в закрытую дверь булочной, и пройдет немало времени, прежде чем люди заподозрят неладное. Корник успеет далеко уехать.

Похитители выволокли заложницу через черный ход. Лорелей не переставала молиться, чтобы кто-нибудь попытался выяснить, что же случилось с добрым булочником и его семьей. Может, приятельницы миссис Блэк придут посплетничать, заподозрят неладное и поднимут тревогу? Они-то ведь точно знают, что в это время дня хозяйка бывает дома и помогает мужу. Люди должны как можно быстрее узнать о несчастье. Только в этом случае можно рассчитывать на спасение. А если Корник сумеет скрыться, то исход один — смерть.

— Где папа? Где мой папа?

Забыв о правилах этикета и хороших манерах, Олуэн ворвался в особняк герцога.

Макс крепко схватил обезумевшего от волнения мальчика за плечи и в этот момент увидел Дариуса — тот бежал вслед за братом и выглядел не менее испуганным. К счастью, удалось поймать и его.

— Отдышитесь, успокойтесь и расскажите мне все, что хотели сообщить сэру Уэрлоку, — потребовал дворецкий тоном, не допускающим возражений.

— Папе надо срочно ехать в деревню, — задыхаясь, с трудом выговорил Олуэн. — Там его леди, и ей очень-очень плохо.

— Леди Лорелей дома, — возразил Макс.

Олуэн покачал головой:

— Нет, она сейчас в деревне. В беде!

В это время в гостиной шел военный совет: хозяин и гости обсуждали, что нужно предпринять, чтобы быстрее заманить Корника в западню. До сих пор главному врагу удавалось оставаться в стороне, и даже Бенед не мог напасть на его след. Неожиданно дверь распахнулась, и, словно почувствовав призыв сыновей, в холле появился Аргус. Сразу увидел, в каком состоянии находится Олуэн, и испугался, что разбойники вновь похитили кого-то из родных.