Сотерия - Яна Бендер

– Как ты себе это представляешь?

– Очень даже хорошо. Мы с тобой взрослые адекватные люди… Я считаю, что мы вполне можем стать достойными родителями.

– Герман, я же просила тебя… не продолжать эту тему…

Рядом со мной что-то упало на стол. Я обернулась и увидела большую сову. Она посмотрела на меня и, взмахнув крыльями, поднялась в воздух.

– Новый обитатель? – спросила я.

– Старый. Просто ты его раньше не видела, – последовал ответ.

Вишневый чай согревал не только тело, но и сердце. Было тихо. Мы оба молчали. Все темы для разговора были исчерпаны.

– Что-то всё-таки случилось? – наконец прервал он безмолвие.

– С папой поругались.

– Из-за чего?

– Да так…

– Говори.

– Да, говорить-то особо и нечего. Он видел, как мы с тобой прощались.

– Дал ремня и запер дома? – засмеялся Герман.

– Ты ещё про сладкое вспомни.

– Он тебе запретил сладкое? – в том же духе весело продолжал он.

– Ладно, что теперь делать? – спросила я.

– Пусть завтра вместе с тобой приедет ко мне. Я поговорю с ним, и он изменит свое мнение обо мне.

– Думаешь, он согласится?

– Думаю, да.

– Хорошо. Договорились.

7.00.

Я проснулась, выключила будильник, который не давал шанса остаться в кроватке, умылась, оделась и спустилась на первый этаж.

Папа сидел за столом и пил кофе. Мама приготовила тосты и поставила абрикосовый джем. Я налила себе чай.

– Пап, извини меня, – обратилась я к отцу.

– Забыли, – улыбнулся он.

– Если ты очень сильно переживаешь за меня, тогда давай ты сегодня пообщаешься с ним.

– С кем? – удивился он.

– С Германом.

– С какой стати мне разговаривать с психом? – возмутился отец.

– Заодно убедишься в том, что он не псих.

– Вот ещё!

– Ну, пожалуйста, – по-детски произнесла я. – Ради меня…

– Ладно, – согласился он. – Заеду на пять минут.

7.45.

Я закрыла за собой дверцу машины и позвонила охраннику. Калитка открылась, и мы с папой зашли на территорию.

Местный сторож уже ничему не удивлялся, а только поздоровался с нами и скрылся из виду.

– Как с ним разговаривать хоть? – спросил папа.

– Как с обычным человеком, – улыбнулась я и открыла дверь в палату №8.

Герман сидел за столом у окна и читал книгу.

– Привет, – бодро произнесла я, войдя в помещение.

Он встал и подошел к нам.

– Здравствуйте, – поприветствовал он моего отца, протянув ему руку, – меня зовут Герман.

– Очень приятно, – осторожно проговорил папа, сделав ответный жест, – Роман Александрович.

– Милая, – обратился ко мне мой подопечный, – ты не оставишь нас?

Я улыбнулась ему и вышла из палаты. По коридору шел Ваня.

– Ты чего тут стоишь? – увидев меня, спросил он.

– Там папа с Германом разговаривает.

– Так он же умер, – удивился санитар.

– Да мой папа, а не его.

– О, знакомство с родителями. Так волнующе… – протянул мой собеседник. – А тебя чего выгнали?

– У них мужской разговор.

– О чем могут говорить мужики? О бабах…– пояснил он мне.

– Ну да, в данном случае обо мне.

– Ну, тоже, как вариант… Пошли, чай попьём.

– Нет, спасибо, – отказалась я.

Ваня ушел, а я нервно заходила по коридору.

«Интересно, о чем они могут говорить?» – вертелось в моих мыслях.

8.04.

Из палаты показалось двое: папа и Герман.

– Ну, как? – встревоженно спросила я у них.

– Всё в порядке, – спокойно ответил мне мой пациент.

– Да, всё нормально, – подтвердил его спутник. – Проводишь меня, а то тут у вас заблудиться можно?

Я вывела отца к воротам.

– Что? – уточнила я.

– Замечательный у тебя подопечный, – с улыбкой говорил папа.

– Так он псих?

– Беру свои слова обратно. Более того, когда я позвоню тебе и спрошу с кем ты и где… Если ты находишься рядом с ним, то я буду абсолютно спокоен.

– Что же он тебе такого сказал? – прищурилась я.

– Мне пора на работу, – объявил он, посмотрев на часы, поцеловал меня в лоб и уехал.

Я зашла в палату.

– Рассказывай! – потребовала я.

– Что? – удивился Герман.

– О чем говорили?

В палате показался Ваня.

– Пошли на завтрак, – объявил он.

Мой вопрос снова остался без ответа.

8.47.

Мы вернулись после приема пищи в комнату.

– А теперь говори! – настояла я, пропустив его вперёд, закрыв дверь и прижав её своим телом.

Он тяжело вздохнул, но, поняв, что я не отстану, решил посветить меня в подробности их беседы.

– Мы говорили о тебе.

– Это я поняла.

– Тогда что ещё ты хочешь знать?

– Всё. Вплоть до запятой, – хищно шептала я, щёлкнув ключом в замке и приближаясь к Герману.

– Хм, обойдешься, – заявил он мне.

– Что? – наигранно обиделась я и ущипнула его.

Он повалил меня на кровать и начал щекотать. Кажется, мой смех слышала вся клиника. Я сопротивлялась, честно… Ну, почти. Как вообще можно было спрятаться от его рук?

Моё любопытство ушло на задворки сознания, и я забыла про то, что хотела узнать.

9.14.

Когда пытка была окончена, мы отправились в тренажерный зал. Он полностью восстановил свои мышцы, и я понимала, зачем он туда ходит. Решил сделать себе красивое тело, а заодно разбудить во мне горячее желание? Ладно. Я не против. В конце концов, мне будет даже приятно.

10.15.

Занимался он, а устала я. Парадокс, однако.

– Я в душ, – заявил он, закончив последнее упражнение и забрав снятую им футболку со скамьи.

– А чего меня с собой не зовёшь? – встав с лавки, улыбнулась я.

Он повесил часть своей одежды на плечо, всё так же оставляя торс обнаженным, рывком прижал меня к стене и издал звериное рычание.

– Хочешь? Пошли, – горячо прошептал он. – Только помни, что мой дух силен, а твоя плоть – слаба!

– Не хочу, – усмехнулась я и вылезла из капкана его рук.

10.22.

Я нашла Ваню в комнате для персонала и сказала, что Герман пошел в душ. Он отправился за ним.

Я зашла в палату, легла на пустую кровать и позвонила Жене.

– Как дела? – спросила я.

* Нормально, вот стою, халат глажу на завтра.

– Какие завтра пары?

* Ой, сейчас посмотрю.

Она чем-то зашуршала и начала говорить.

* Завтра у нас из три: микробиология, патология и диагностика в терапии и хирургии.

– Сложно, – заключила я.

* Как последний день свободы? – весело говорила она.

– Сегодня Герман познакомился с моим папой.

* О… Да он смелый! Я-то знаю твоего папу. И как всё прошло?

– Папа от него в восторге!

* Да ладно?

– Представь себе.

* Ну, всё. Теперь ты обязана выйти за него замуж!

– Не начинай.

Она засмеялась.

– Жень, можешь купить какой-нибудь телефон?