Подарок для маленькой леди - Ольга Вешнева

– Это же я, – некрасиво взвизгнула в страхе.

– Мне было нелегко найти подходящее стекло для глаз, нужного серо-голубого оттенка, – растерянно пожав плечами, Райден повернул игрушечную девушку лицом к себе. – Пришлось заказывать за границей. Эти глаза выглядят натуральнее, чем простые рисованные. А моль… Я купил на блошином рынке брошь-бабочку, разобрал ее на части, оставил только стальную основу, верх собрал из крошечных кусочков мозаики и покрыл серебристой эмалью. Видишь, даже лапки сделал мохнатые, которыми она топчет пальто.

– И что ты теперь будешь делать с этой куклой? – закипая от негодования, прошипела я. – То же, что и все темные маги? Втыкать в нее иголки! Обматывать ей шею колючей проволокой! Заливать эти красивые стеклянные глаза чернилами!

– Я таким не занимаюсь. У меня и в мыслях не было… – Райден отвернулся от меня, расстроенно повесив голову. Он поправил кукле локон волос, убрав со щеки, и поставил ее на подвесную железную полку между книгами и инструментами. – Хотел подарить ее тебе на Новый год. Сделать приятный сюрприз. Но раз ты боишься ее даже в руки взять, пусть остается у меня. Буду смотреть на нее и вспоминать те лучшие моменты, что были между нами.

– Райден, прости, – я позвала его, но кукольник не обернулся. – Я опять наговорила глупостей, не подумав.

– Нет, Лира, ты озвучила собственные мысли, – покачал он головой, – твое истинное отношение ко мне в этих коротких словах. Да, я их не читал. Заранее предупреждаю новые обвинения в мой адрес.

Он все же глянул на меня через плечо.

– Просто не понимаю, зачем я нужна тебе. От этого происходят все прочие страхи и сомнения, – я подошла ближе к нему и осмелилась прикоснуться к руке. Почувствовала, как напряглись мускулы под легкой тканью белой рубашки. – Ты можешь приворожить к себе целую толпу женщин и питаться ими по очереди.

– Далеко не все люди знают, что любовная привязка действует в обе стороны, а не исключительно на жертву приворота, – размеренным и равнодушным голосом лектора в аудитории поведал Райден, изволив повернуться ко мне лицом. – Все эти связи высосут из меня больше энергии, чем я получу взамен. Приворожить к себе толпу женщин? Легенда гласит, что в позапрошлом веке жил такой маг-горемыка. Он был мал ростом и уродлив. Прожил всего одну счастливую неделю, наслаждаясь любовью молодых красоток, и умер от магического истощения. К тому же привязка против воли сродни насилию, а я не так воспитан, чтобы насиловать девиц.

– Ты выглядишь привлекательно, – я повторила слова мэра. – Многие согласятся по доброй воле.

– Но мало кто из них потом останется в живых. Знаешь ли, не самое приятное впечатление – проснуться утром рядом с мертвой женщиной, – Райден сказал об этом так спокойно, как будто с ним такое случалось, и не раз.

Мои страхи вернулись, но я снова попыталась от них избавиться. Пока все шло не так, как я рисовала себе в голове. И все же его присутствие немного пугало и выбивало из колеи.

– По всем этим причинам, а также для сохранения безупречной репутации, я предпочитаю охотиться на прогулке и подчищать жертве последние воспоминания, – признался Райден. – Знаешь ли, тут не скрыться от любопытных глаз. Городок маленький, многие жители знают друг друга. Быстро проведают обо всем и разболтают, что по вечерам к мастеру кукольнику приходят повариха Грита и ткачиха Делейма.

– Или скрипачка Лирана, – передразнила я его.

– Ты можешь приходить в любое время, если найдешь в себе желание, – словно не услышав издевки, сказал он мне. – Нас весь город считает любовниками. Утром заходил пастор Партвиль за игрушкой для младшего племянника. Предлагал мне забронировать место в очереди на венчание в соборе, то есть в церкви Святого Радерика. Сказал, что к праздничным каникулам наберется много желающих, и если я попрошу, он нас запишет на нужный день.

– И что ты ответил священнику? – я гулко сглотнула, переваривая эту мысль.

– Что мы пока не готовы к столь серьезному шагу в жизни. Нам нужно время подумать. А должен был согласиться? – Райден хитро подмигнул с дружелюбной усмешкой.

– Нет… Я не знаю… Не могу понять… – мои мысли заметались, путаясь и расплываясь бесформенной кашей. – И ты не ответил на мой вопрос. Зачем я тебе, кроме роли полезной закуски?

– Думал, ты сама все поймешь, – Райден приподнял бровь, глядя мне в глаза. – Но, видимо, переоценил твои аналитические способности. Ты даже мысли не допускала о том, что могла мне понравиться как женщина, а не как источник пищи. Что я мог просто полюбить тебя.

– Райден, я… – мне было трудно и легко поверить его словам.

Все во мне разом встрепенулось, как будто по венам запорхали сладкоголосые южные пташки.

– Ты любишь повторять, что я не человек, – беспощадно напомнил Райден. – Считаешь меня чудовищем, не имеющим ничего общего с людьми. Но ведь звери тоже бывают способны на верность и преданность. А я все же не животное, или для тебя…

– Не говори так больше, не повторяй моих глупых слов, – я готова была молить его о прощении.

– Я тебе открыл свои самые сокровенные тайны, – Райден вздохнул и потупил взгляд. – И моя магия приняла тебя, показала ту паутину. Никому и никогда я не доверял настолько, чтобы подвергнуть себя риску всенародного разоблачения. Но тебе я доверился, и на то были причины. Жаль, что ты не смогла их увидеть и все понять без моих подсказок.

– Ты тоже стал мне дорог, но пока мне сложно разобраться в своих чувствах. Все происходит слишком быстро. Это тяжело для меня. Память о муже давит на разум, лишая его ясности. Просто пойми… Мне надо подумать над твоими словами… Мне нужно время. Хотя бы еще немного. Прошу тебя.

– Лира, я ни к чему тебя не принуждаю, – Райден хотел прикоснуться ко мне, скользнул примеряющимся взглядом, но так и не решился.

– Давай я тебя покормлю, – сама взяла его за руку, стала поглаживать кончиками пальцев немного липкую от клея ладонь.

– Не надо, – он перехватил мое запястье другой рукой, а потом развернул мою кисть ладонью вверх и загнул мои пальцы, придерживая их.

Странно… Следуя инстинкту самосохранения, я должна была радоваться, что монстр отказывается меня “кусать”. Но мне стало до боли обидно. Словно я стала ему не нужна,