Заключённыий волк - Каролайн Пекхам

Я подал знак фейри, играющим в настенный мяч передо мной, и они бросили мне мяч. Я провел по нему большим пальцем, и на тыльной стороне моей ладони начали появляться задания, но сегодня мне не хотелось брать работу. Я собирался публиковать.

Я толкнул свою магию в шар, визуализируя слова, затем встал, спрыгнул с трибуны и бросил его. Я пнул его в стену, и как только он ударился, работа была опубликована. Я сыграл несколько раундов для наблюдавших охранников, и затем оставил игру и вернулся на трибуны.

Не успел я дойти до места, как до меня донесся вой, и я оглянулся через плечо, замечая, что двое из моей стаи ведут ко мне девочку. Ее рост едва превышал метр пятьдесят, а ее розовые волосы были собраны в две косички. Ей было всего двадцать два года, но она уже заслужила свое имя в этой тюрьме. Все звали ее Яблочко. Несмотря на то, что все фейри здесь были практически смертными без магии, мы сохраняли наклонности наших Орденов. А Яблочко была Вампиром с самыми зоркими глазами, которые я когда-либо видел. Даже без формы ее Ордена она была смертельно опасна. Так что если ты ее разозлил, то мог рассчитывать на камень между глаз из рогатки, которую она носила с собой. И это дерьмо могло убить, если она этого хотела.

— Привет, любимая, — промурлыкал я, когда мои Волки толкнули ее передо мной, и я поднял руку, чтобы создать вокруг нас заглушающий пузырь.

— Я подумал, что она была вероятным кандидатом на то, чтобы снять вчера камеры в столовой, — сказал Рамзи, и я кивнул ему, повернувшись к Яблочку.

— Это правда? Твоих рук дело?

Ее взгляд метался от меня к Волкам, которые, судя по звуку, собирались у меня за спиной, но в ней не было и намека на нервозность. Пока что.

— Да, — она пожала плечами. — И что? Я взяла работу со стены.

Я сжал челюсти. Я должен был догадаться, что тот, кто взял этот ключ, поступил умно. Вероятно, в их плане было множество частей. Невозможно было достать ключ от наручников, если только план не был тщательно продуман. А аутсорсинг через стену означал, что преступник не оставил зацепок.

Я поднял руку, высвобождая свою магию, чтобы над головой Яблочка образовалось облако. Она вздрогнула, когда на нее хлынул дождь, и я убедился, что он был холодный, как сволочь.

Я придвинулся на шаг ближе, принимая угрожающую позу.

— Что ты взяла в качестве платы за работу, любимая? — прорычал я.

— К-краску для волос, — сказала она сквозь стучащие зубы, показывая на свои яркие волосы. — Это что, п-преступление?

Я усилил дождь, складывая руки на груди и осматривая ее с ног до головы.

— Я хочу, чтобы ты работала на меня. Если в будущем тебе понадобится краска для волос, ты обратишься к моей стае. Берешь задания со стены — рассказываешь мне о них до их выполнения.

— Я ни к кому не примыкаю, Шэдоубрук, — сказала она с шипением, поднимая ладони почти с угрозой. Черт возьми, есть же яйца у этой девчонки.

Я мрачно улыбнулся, и она задергалась под моим взглядом.

— Ты присоединяешься ко мне или сражаешься против меня.

Она поджала губы, посмотрела на моих Волков, затем снова на меня. Помимо того, что я был в два раза больше ее, в моих жилах бурлило цунами силы. Она не могла победить. Она уже пробыла в Даркморе несколько месяцев, так что пора было предъявить права на кого-то столь ценного, как она.

— Так как же это будет, Яблочко? — я откинул плечи назад, позволяя дождю утихнуть, и вместо этого создавая в ладони ледяные лезвия. Мои Оборотни плотно сомкнулись вокруг нас, завывая и возбужденно тявкая. — Тебя заставить склониться или ты сделаешь это добровольно?

Яблочко сглотнула, затем кивнула, ее раздраженное выражение лица ничуть не обеспокоило меня.

— Хороший выбор, — я обхватил ее рукой, притянув к себе для крепкого объятия, и позволяя льду растаять в моих ладонях. Я прильнул ртом к ее уху, когда мои мышцы напряглись вокруг нее почти с угрозой. — Если на стене появятся новые задания по снятию камер, я хочу, чтобы ты согласилась на них, поняла?

Она прижалась к моей груди, почти задыхаясь, так как я держал ее слишком крепко. Я провел костяшками пальцев по ее волосам, а затем оттолкнул от себя, и мои Волки расступились, выпуская ее. Они тут же бросились ко мне, проводя ладонями по моим рукам и груди, и я впитывал их общество, в то время как решимость бурлила в моих венах. У кого бы ни был этот ключ, он может спрятать его хоть в глубинах ада, мне все равно, я пройду девять кругов, чтобы получить его. Это был лишь вопрос времени, пока он станет моим.

***

Я плохо спал в своей камере с тех пор, как потрахался с Розали. Спать в одиночестве было неестественно для Волка, но почему-то после нее, я не мог найти в себе силы пригласить мою стаю в камеру. Трудно было вообще отдохнуть без прикосновения рук к моей коже или мягкого дыхания на моей плоти. Но сегодня, как и каждую ночь с тех пор, как я трахнул эту сучку Оскура, я жаждал только веса одного тела поверх моего. Ее.

Когда я закрывал глаза, я видел только ее. И всякий раз, когда я засыпал, меня мучили сны о том, как ее обнаженное тело скачет на моем, пока я не просыпался с каменным стояком и злостью самого дьявола.

В камере раздалось жужжание, и мои уши встали на макушке, когда двери камеры отворились. Да, детка.

Время Орденов. Охранники никогда не предупреждали нас о том, когда именно мы его получим. Просто еще один способ свести нас с ума, как я догадывался. Но когда это происходило, мы словно просыпались в рождественское утро.

Я выскочил из камеры, прикладывая ладони ко рту и издавая вой, чтобы позвать свою стаю к себе. Возбуждение бурлило в моих венах, когда я спускался по лестнице, разминая руки и шею, готовясь к тому, чтобы сдвинуться, бежать и быть свободным. Ну, настолько свободным, насколько это было возможно