Солнце краденое - Нани Кроноцкая

Спать тоже не выходило. Какая-то вязкая дрема, скорее изматывала, чем дала отдохнуть. В голову лезли какие-то глупости. Встала, попыталась сделать несколько упражнений прописанной мне гимнастики. Голова закружилась, глаза заболели и заломило виски. Мрачно меряя каюту шагами, я нервничала все больше. Почему мне нельзя было просто сказать: «Прости, загрузка задерживается»? Просто, ясно и совершенно не страшно…

Таймер на гладкой стене мрачно отсчитывал последние минуты медленно уползшего часа, когда дверь в каюту открылась и на пороге возник незнакомый мне человек.

Мужчина, молодой, но не юноша. Очень высокого роста, худощавый, но широкоплечий.

Короткий ёршик светлых волос, красивые голубые глаза, холодно и откровенно меня рассматривающие. Лицо, очень узкое, длинное, делало его похожим на рыжего носорога. Очень светлый, практически белый комбинезон оттенял болезненно-бледную кожу.

— Прошу прощения за задержку, возникли некие… — он замялся, почему-то оглядываясь в коридор, потом в каюту вошел окончательно, за собой закрыв дверь.

Голос высокий и громкий. Но отчего-то вежливые слова, им произнесенные, остро резали слух.

Я молчала, смотря на пришедшего. Он расценил это приглашением к диалогу.

— Остались кое-какие формальности. Сейчас я возьму у тебя несколько биометрически уникальных маркеров для занесения в личную карту, и отведу в блок для прохождения карантина.

Неприятное впечатление. Раздевающий взгляд. Он протянул ко мне руку с каким-то приспособлением. Я отшатнулась, все еще ошарашенная происходящим. Не от испуга, скорее от отвращения. Длинные тонкие пальцы пришельца походили на лапы морского козла. Кто это? Неужели…

— Аверин? — само как-то произнеслось.

Мужчина в ответ ухмыльнулся. А я отступила обратно к кровати, едва на нее не упав.

— Ты же понимаешь, что путь из каюты на волю один, и он у меня за спиной? — не ответив мне на вопрос, он улыбнулся.

Хищно. Зло как-то даже.

Так. Стоп. Почему я его испугалась? Да еще так, что чувствовать перестала и думать? Не убьет же меня этот… нет.

Не Аверин.

Собрав, наконец, волю в подобие кулака, я поняла это очень отчетливо. Ни одной схожей черты. Мои способности, дарованные зерном Зеро, еще только открывались. До полного моего изменения еще очень долго. Это сложный и болезненный процесс, набирающий силу, подавляющий разум и волю. Но кое-что я ощущала уже очень ярко. И новые чувства приобретали свой цвет.

Я словно видела окружающих в новом свете, Макар даже через оболочку скафандра явно чувствовался ультрамарином: глубоким, бескрайним как космос. Приятным, красивым и сложным. Не обычный, привычный всем синий, а многогранный цвет морской глубины, той, в которой теряется солнце.

Молча скалившийся рядом со мной человек был коричневым. Цвет растрескавшейся под солнцепеком земли, размытой ливнями континентальной пустыни, высохшей под летним зноем, не успев прорасти даже легкой травой.

— Я никуда не пойду. — Ответила ему громко и четко, опять отступая к кровати. — И если вы подойдете, я буду кричать.

Он тут же зло скрипнул зубами. На лице отразилась целая буря эмоций. И все они мне ничего хорошего не сулили…

Что делать? Бедром уперлась в кровать, медленно на нее заползая. Если успею вскочить на нее — буду иметь преимущество в росте. Согнула колено, пришелец разгадал мой маневр и рванулся вперед.

И в этот момент дверь за спиной у «Коричневого» с громким звоном открылась и в проеме возник…

Еще один персонаж. Не просто высокий, — огромный. Он сразу же мне напомнил молодого белого льва, только без крыльев. Гора литых мышц, лицо, словно вырубленное из камня, тяжелая челюсть, строгие черные глаза без белков и гладкий, совершенно лысый череп. Быстрый взгляд на меня, на первого моего визитера, и очень спокойное:

— Ойле, капитан весьма настоятельно просил передать тебе это: — с этими словами громила протянул длиннолицему небольшую пластинку.

Тот поморщился, но бросив взгляд на предмет, тихо выругался, развернулся и вышел, не взяв его в руки. Остались мы двое. За пять последних минут в нашей каюте побывало уже целых два незнакомца.

— Добро пожаловать на борт фрегата. Надеюсь, наш штатный доктор не успел вас напугать, теа Нэрис.

Ну вот. Я так и думала. Стоило не ударяться в истерику, а реагировать адекватно.

— Ус-с-пел. — тихо пробормотала, падая на кровать.

Только сейчас поняла, насколько действительно испугалась. Чего? Собственная беспомощность оглушила. Пока рядом был Мак, я была абсолютно уверена в правильности своего выбора и смело шла только вперед. А теперь… первое же испытание на прочность и я плачу, судорожно пытаясь скрыть свой позор.

— Простите, — прозвучало очень искренне. — Я спешил, но…

— Это вы простите меня за болото, — тыльной стороной ладони я вытерла слезы, исподволь наблюдая за лысым.

Он чем-то неуловимо напомнил мне капитана. Ощущением? Как же непросто мне не запутаться в этом. С даром Зеро словно бы широко открылись глаза и весь мир вокруг стал таким ярким, что впору ослепнуть…

Этот мужчина ощущался, как темно-зеленый. Глубокий цвет, отливающий искрами виталита.

— Меня зовут Гесс, — он широко улыбнулся, и грубые черты лица тут же преобразились, словно подсвеченные изнутри. — Я второй инспектор и штатный биолог.

— Макар… — тут я осеклась, вдруг вспомнив, что Аверин здесь командир. — Инспектор о вас мне рассказывал. — Сказала зачем-то. Чтобы отвлечься, наверное.

— Он в лазарете, снимает лечебный скафандр, — словно почувствовав мои мысли, ответил биолог. — Там… — Гесс явно замялся, — возникли некоторые осложнения. Он просил меня вас проводить и остудить пыл нашего доктора.

— У вас получилось, спасибо еще раз, — я прямо взглянула на Гесса, поймав его взгляд.

Приятное ощущение. Меня словно согрели. Слезы сами куда-то ушли, сразу стало спокойнее.

— Пойдемте, вас ждет отдельная каюта и к сожалению — недельный карантин. — Он развел грустно руками, как будто был сам виноват в карантине. Свет, падающий с потолка, ярко блеснул на его глянцевой лысине. — Я вам компанию составить не смогу, но как только капитан освободится — уверен, вы его сразу увидите.

— Он не предупреждал меня о карантине, — приняв почему-то протянутую мне руку, сползла с кровати и двинулась следом за Гессом, ощущая себя маленькой девочкой, которую вывели на прогулку. — И где остальные? Мой брат и…

— Их уже разместили в отдельной каюте. А что касается первого вашего вопроса, то думаю, Аверин сам на него вам ответит. Я могу лишь гадать.

Мягкая вежливость, тихий низкий голос так удивительно контрастировали со всем внешним видом биолога, что я даже притормозила. Он даже шел как-то очень опасно: так двигаются хищные звери, уверенные в своей силе. И размер… я, всегда считавшая себя довольно высокой, была ему где-то по грудь.

Интересно, а каков все-таки мой Аверин?

37. Лазаретное