Женская сила - Ирина Мясникова

Квартиру Муравлева Инга, однако, одобрила. И квартиру, и Зинаиду.

– Прикольная у вас, Вадим Михайлович, квартира. И собака замечательная. Добрая и ласковая.

Зинаида Ингу поприветствовала, весело помахав обрубком хвоста, а вот при виде Тани ее обуяла странная радость. Таня тоже выразила Зинаиде свою любовь так, что было не совсем понятно, кто из них кого обслюнявил.

– Неужели Зина не ест непослушных детей? – Таня сразу обнаружила фартук в том самом месте, где его оставила в прошлый раз, повязала его и принялась по привычке хлопать дверками шкафчиков и холодильника.

– Я и сам не перестаю удивляться! Раньше она детей и пьяниц на дух не переносила! Чуть что – пожирала моментально. Ты, Виноградова, наверное, мою собаку чем-то заразила. Мы сейчас с ней гулять пойдем, пиши список, чего купить. Будешь проживание отрабатывать. Уж больно ты вкусно готовишь. – Муравлев сглотнул слюну и плотоядно улыбнулся.

– Это точно! Лучше тети Тани никто не готовит. Она такой рыбный супчик делает. – Инга закатила глаза. – Вы пробовали ее рыбный супчик?

– Нет, но надеюсь сегодня попробовать!

Таня уселась за составление списка, а Муравлев удалился к себе в спальню. Вернулся он в джинсах и каком-то довольно модном хлопчатобумажном свитере.

– О! Прикольно, а вы без галстука не такой уж и страшный, – одобрила вид Муравлева Инга. – Вот только нам с тетей Таней нечего надеть. Она там из магазина только какие-то маломерные кофты потырила тридцать четвертого размера. Хорошенькие, конечно, но в них никто не влезает. Они не первый год там болтаются. – Инга противно захихикала.

– А чего же ты мне не сказала? – Тане опять захотелось дать Инге подзатыльник. Ну что ты будешь с ней делать! Нет, определенно Виноградовой повезло, что в свое время у нее родился рассудительный Григорий, а не такая вот ядовитая штучка.

– Да кто бы меня слушать стал? – Инга сделала честные глаза.

Таня жалостно посмотрела на Муравлева.

– Нет, нет и еще раз нет! Продукты я куплю, а вот шмотки только завтра после работы. И не нойте. – Он развернулся и исчез в недрах квартиры. Через некоторое время Муравлев вернулся, держа в руках два мужских халата и какие-то футболки. Он сгрузил все на диван и сказал:

– Вот, так и быть, наряжайтесь. Виноградова, ты не знаешь, почему я все это делаю?

– Потому что добрый! – за Виноградову, лучезарно улыбаясь, ответила Инга.

Муравлев тяжело вздохнул, прицепил к Зининому ошейнику поводок, и они с собакой удалились.

– Виноградова! Ты б сняла пока свою маскировку, – послышалось из прихожей. – А то я каждый раз пугаюсь.

Таня кинулась в ванную комнату и развязала баранку. Довольные волосы вольготно раскинулись у нее по плечам. Таня полюбовалась на себя в зеркало и в очередной раз мысленно поблагодарила Лидию Андреевну и парикмахершу Наташу.

Вернулся Муравлев не скоро, весь нагруженный разными пакетами.

– Виноградова! Ты как с голодного острова. Вот никогда бы не подумал, что женщины столько едят.

Таня разобрала покупки и приготовила ужин. История, к Таниному удовольствию, повторилась. Муравлев с аппетитом съел все, что ему дали, очень хвалил и дважды просил добавки, а потом довольно постанывал, лежа на диване перед телевизором. Таня поглядывала на него и ловила себя на мысли, что впервые в жизни ей хочется приготовить мужчине чего-нибудь еще. Пусть бы только нахваливал.

Вечером Таня с Ингой улеглись спать в гостевой комнате, в которой Таня ночевала прошлый раз. Гостевая комната в квартире Муравлева была одна.

– Вот и хорошо! – с одобрением в голосе сказала Инга. – Из-под бока у тети Тани меня уже точно никто не украдет.

Более того, охрана удвоилась за счет Зинаиды, которая отчетливо дала понять, что уходить из гостевой не собирается. Тане ничего не оставалось, как с этим смириться. Футболки Муравлева Таня и Инга использовали в качестве ночных рубашек. Получилось очень даже миленько.

Таня недолго поворочалась, но вскоре уснула. Видимо, дало о себе знать пережитое напряжение и шпионские страсти. Проснулась она от чудовищного храпа. Обе Танины соседки по комнате храпели, как портовые грузчики, и спать в этом ужасе было просто невозможно.

«Ладно Зинаида! – подумала Таня. – Но Инга! Надо будет сказать Ирке, чтоб отвела ее к врачу. Молодая девушка не должна так храпеть!»

Она завернулась в халат Муравлева, взяла подушку и спустилась в гостиную. Там она устроилась на диване перед телевизором, накрылась пледом и уже почти уснула, когда услышала странный шорох. Как будто кто-то крался в темноте. Так как Зинаида при ходьбе не шелестела, а цокала, да еще в данный момент дрыхла наверху без задних ног, Таня сделала вывод, что крадется совсем не Зинаида. Ей стало страшно, она представила злых людей в черных масках с огромными ножами в руках, которые узнали, где прячут Ингу, и пришли забрать ребенка себе. Таня привстала и потихоньку выглянула из-за спинки дивана. По гостиной в направлении к холодильнику аккуратно передвигался Муравлев, голый по пояс, вокруг бедер у него было повязано небольшое полотенце. Таня не удержалась и ахнула. Муравлев подпрыгнул на месте и прошептал:

– Кто тут?

– Вадим Михайлович! Почему вы в таком виде? У вас же в квартире юная девица! – возмутилась Таня, вставая в полный рост.

– Виноградова! Меня чуть кондратий не хватил. Нельзя так вот выпрыгивать на людей из темноты.

– Вы не ответили на мой вопрос, – прокурорским тоном заметила Таня.

– Я вам отдал свои халаты! Чего непонятного? Лучше скажи, что там можно еще съесть? – Муравлев с вожделением посмотрел на холодильник.

– Сейчас. – Таня вздохнула и подошла к нему, раздумывая, чем бы накормить среди ночи этого ненасытного Аполлона. Кстати, Аполлон из Муравлева был что надо. – Я вот думаю, что чем на вас, Вадим Михайлович, одежды меньше, тем лучше вы выглядите. Но если вы будете жрать по ночам, у вас вырастет пузо.

– Не бойся. – Муравлев похлопал себя по месту, на котором это предполагаемое пузо могло вырасти. – Ты ж не каждый день тут у меня ночевать собираешься! Или вы ко мне пришли навеки поселиться? – испуганно добавил он.

– Даже не надейтесь! Мне вас на работе во как хватает. – Таня провела рукой по горлу и открыла холодильник.

Муравлев заглянул туда вместе с ней, а у Тани от его близости вдруг закружилась голова, и она качнулась.

– Опять штормит? – Муравлев подхватил Таню под локоть. – Когда только успела надраться?

Он развернул ее к себе лицом и стал целовать, и, ясное дело, Виноградова потом, хоть убей, не могла вспомнить, как они оказались в его спальне. Под утро она тихонечко вернулась в гостевую комнату, в которой никаких изменений не произошло. Девки дружно храпели, но теперь ей было на это наплевать. Таня забралась под одеяло и сладко-сладко заснула.