Двуликий бог. Книга 2 - Мэл Кайли

вымолвить хоть слово. Я, тем не менее, старалась сдержать улыбку. С одной стороны, изощрённый план бога обмана был так чудесно прост, что обещал сработать, ведь большинство йотунов имело смутные представления о внешности асиний. С другой — он отличался беспощадной жестокостью и ударял по самолюбию и гордости Тора, взревевшего, что никогда он не облачится в женское тряпьё и не примет на себя позор, которого и века не смогут смыть. И я не могла упрекнуть его в неправдивости. Женоподобный ас вызывал столько насмешек и презрения в обществе богов, сколько не заслужить и куда более низкими и серьёзными пороками.

Спор закончился тем, что Тор, вконец разъярившись, обвинил Локи во лжи и желании насмеяться над ним. Я не вмешивалась, только переводила взгляд зорких глаз с одного аса на другого. В один миг губы повелителя дрогнули от гнева, однако, поймав мой красноречивый взор и вспомнив о своём обещании, мужчина лишь выдохнул и пропустил оскорбление мимо ушей. Скрестив руки на груди, он пообещал рыжебородому асу, что разделит с ним это приключение (я угадывала, как с языка его едва не сорвались слова «этот позор»), наденет на себя платье подружки невесты и отправится вместе с ним в дом Трюма. Разгорячённый препирательствами Тор раскрыл было рот в гневе, да так и осёкся, когда до него дошёл смысл слов собеседника. Локи предлагал ему помощь, более того, ничуть не опасался насмешек и порицания. Меня-то это решение не удивляло: муж не слишком дорожил мнением асов и ванов, к которым относился со скрытым презрением, так что их издёвки не могли затронуть его самолюбия и уверенности в себе. Однако Тор об этом не догадывался и принял предложение двуликого бога за высочайшее самопожертвование. Мы обменялись лукавыми понимающими взглядами.

Яростное упрямство Тора улетучилось, когда Локи вполголоса заметил, что редкостная глупость страшиться смеха асов и ванов, если в случае неудачи их смех и вовсе никогда больше не раздастся в Асгарде. Могучий ас задумался, опечалился и, в конце концов, кивнул, со смирением принимая свою унизительную долю. Благополучие родного края для него было важнее гордости, и честный воин понимал, что за свою ошибку придётся расплатиться. Это вызвало во мне уважение к оплошавшему гостю. Я положила ему руку на плечо в ободряющем жесте, заглянула в глаза, улыбнулась. Когда он обратил на меня внимание, пояснила, что не вижу ничего предосудительного в задуманной хитрости, напротив, если им удастся обмануть глупого Трюма и вернуться с Мьёлльниром, весь Асгард поднимет за них кубки, как за героев и ловкачей. Растерянный громовержец воспрянул духом, с благодарностью улыбнулся мне.

Двое асов договорились выдвинуться в Йотунхейм на рассвете, а прежде решили отправить в дом Трюма гонца с радостной вестью, что сама Фрейя со своей свитой едет в его владения, чтобы отдать руку и сердце, и пора готовить свадебное пиршество и дар. Слуга ускакал уже после того, как Соль скрылась за цепью гор, оставив после себя лишь краешек подола — расплывчатую алую полосу на горизонте. Тор распрощался с Локи, как с верным другом, чему я не могла нарадоваться, и вернулся в свой чертог. Бог огня проводил гостя каким-то странным взглядом, доброжелательная улыбка соскользнула с его лица, как только громовержец шагнул за порог. Не говоря ни слова, он приблизился ко мне, обнял за плечи и повёл за собой в направлении столового зала. День выдался сумбурным, и Локи умудрился пропустить все трапезы до одной.

Мы ели в полном молчании, каждый в своих мыслях. Я украдкой наблюдала за мужем, и, хотя по внешним признакам я не находила поводов для беспокойства, врождённая чуткость не давала себя обмануть. Что-то с ним творилось. И к тому моменту, когда мы оба оказались в покоях повелителя, я уже всё решила для себя. Я стояла за его спиной и, нежно пройдясь ладонями по шее и плечам, снимала с них рубашку, обдумывая, как начать разговор. Локи был молчалив тем вечером, а значит, либо о чём-то размышлял, либо что-то скрывал. Я коснулась губами его плеча, чтобы привлечь к себе внимание.

— Скажи мне уже то, что так хочешь сказать, — видя меня насквозь, усмехнулся ас и повернулся, погладил по волосам. Я сделала к нему шаг, положила ладони на грудь и подняла на него взор. Мальчишеские нестареющие глаза следили за мной и посмеивались, хотя лицо стало чуть спокойнее, серьёзнее.

— Локи, возьми меня с собой в Йотунхейм, — не спуская с него внимательного взгляда, попросила я супруга. Тонкие губы дрогнули, изогнулись, а затем Локи зашёлся громким, досадным для меня хохотом. Я молча ждала, пока он отсмеётся, наблюдая за ним из-под нахмурившихся бровей. Осознав, что я не шучу, бог огня склонил ко мне голову, улыбнулся уголками губ.

— Это ещё зачем понадобилось? — произнёс он снисходительным тоном, каким говорил со мной, когда считал, что я выкинула что-то глупое и забавное, словно малое дитя. Я отступила на шаг, сложила руки под грудью, сжала губы, не скрывая своего неудовольствия. — Сигюн, Йотунхейм — суровый и опасный край. Это не место для госпожи.

— Потому вы только там и пропадаете? — приглушённым ироничным тоном поинтересовалась я в ответ. Двуликий бог пропустил колкое замечание мимо себя, однако улыбаться перестал. Вскинул красиво изогнутую бровь, точно спрашивал: «Вот как?» — Пойми меня, мой повелитель, — смягчившись, продолжала я, — мне нельзя покидать Асгард в твоё отсутствие, нельзя даже отлучиться из чертога. Я уже госпожа и мать, но до сих пор ничего не знаю о жизни за пределами крепости асов. Я изнываю от любопытства, хочу знать, как устроен мир. Мне интересно взглянуть на край, откуда ты родом, то место, что так притягивает и тебя, и других асов. А уже завтрашним утром я могла бы оказаться там под защитой двух сильнейших асов, да к тому же переодетая и никем неузнанная. Когда ещё мне представится такая возможность?..

— Ты счастья своего не ведаешь, маленькая избалованная госпожа, — его холодный спокойный голос уязвлял. Локи смотрел на меня свысока, и я, смутившись, на мгновение ощутила себя ребёнком. Однако отступать не собиралась. — Тебе повезло родиться в лучшем из миров — солнечном, тёплом и цветущем. Всю жизнь тебя опекали и защищали, так что ты понятия не имеешь, с какими трудностями и опасностями можешь столкнуться в нижних мирах. И я не собираюсь подвергать тебя им ради глупой прихоти.

— Действительно, что я могу знать о трудностях и опасностях?.. — я скривила губы, выдержала паузу. Разумеется, он всё понял — от меня