Вовлеченные в грех - Шерон Пейдж

— Ты что-то задумался, — заметил Тристан.

— Не знаю, чему верить, — после некоторых колебаний поделился с другом Девон. — Если принять ее рассказ за чистую монету — что она очень хотела покинуть Лондон и увидела во мне прекрасный шанс сбежать оттуда, — тогда мне понятно, почему она выдумала эту историю. Но… — Девон попытался выразить свои сомнения словами. — Мне кажется, у Сэриз недостаточно серьезные мотивы, чтобы объяснить свое безумное бегство сюда. Под опекой Кэт она нашла бы себе любовника в городе. Как только она стала бы любовницей пэра, месть хозяйки борделя была бы ей не страшна.

— У тебя веские аргументы, Девон. Но единственный, кто знает правду, — это Сэриз.

Раздался легкий стук в дверь. Девон обернулся, уверенный, что в комнату войдет Сэриз. Он ожидал услышать твердую поступь, почувствовать легкий естественный запах и услышать сочный голос, которым она спросит, не надо ли почитать ему на ночь.

Вместо этого ему в нос ударил тяжелый запах духов, от которого он едва не задохнулся.

— Ваша светлость, милорд, как восхитительно, что вы оба здесь, — притворно промурлыкала мисс Лейси.

Девон застонал. Он помнил, как Сэриз играла роль дерзкой куртизанки, но в ее спектакле присутствовало очаровательное смущение. Она не производила впечатления пресытившейся и равнодушной женщины, как эта.

— Прости, любовь моя, но его светлость предан своей очаровательной любовнице, — сказал Тристан.

— Какая жалость, — фальшиво воскликнула мисс Лейси, зашуршав юбками и явно соблазнительной походкой пересекая комнату. — Но причина, по которой я искала вас, заключается не только в том, чтобы предложить какую-нибудь шаловливую забаву для нас троих. Немного отдохнув в спальне, я спустилась вниз и услышала последние слова вашей любовницы, ваша светлость. Прошу прощения, но я должна предупредить вас. Она утверждала, что помогла невинным девушкам убежать от хозяйки борделя. По всему Лондону ходят сплетни о Мадам, которую в собственном борделе убила одна из ее проституток. Эта девица помогла девушкам скрыться, а потом убила свою хозяйку каминной кочергой. Сама она сбежала. По всему Лондону ее разыскивают сыщики с Боу-стрит, но не могут найти.

— Когда это случилось? — спросил Девон, услышав торжество в страстном голосе мисс Лейси.

— Мадам убили около трех недель назад, ваша светлость.

Девон вдруг потерял дар речи. Боже мой.

— Девон, в твоем доме есть газеты?

— Черт, я не знаю. Может, их и привозили, но я ведь не могу читать. Тредуэлл! — По полу резко застучали башмаки, и Девон почти мгновенно услышал особую походку своего дворецкого. — Тредуэлл, у нас есть газеты за последние несколько недель?

— Да, милорд. Когда камердинер ушел, я сохранил их, сложил стопкой в библиотеке. Простите, я вам не сказал.

Энн отпрянула в мрак коридора, слыша, как колотится сердце в груди.

Хотя Девон отправил ее в спальню, Энн не могла там оставаться. Она не стала раздеваться, опять спустилась вниз, собираясь выяснить, не захочет ли Девон, чтобы позже она ему почитала.

Но, оказавшись у входа в коридор, ведущий к гостиной, Энн заметила несколько удалявшихся фигур. Она молча поспешила вперед и подкралась довольно близко, чтобы рассмотреть идущих впереди Девона и лорда Эштона и спешивших за ними следом Тредуэлла и чувственную мисс Лейси. Энн прошла за ними до библиотеки.

— В этих газетах о смерти Мадам или о пропавшей проститутке ничего нет, — услышала Энн слова лорда Эштона. — Однако здесь не хватает штук пять выпусков.

— О Боже, — пробормотал Девон. — Неудивительно, что она сбежала из Лондона. Она убила свою хозяйку.

— К тому же хладнокровно, — добавила мисс Лейси. — Вы должны отдать ее под суд.

Они узнали. Так или иначе, они… Боже мой, у мисс Лейси появилась самодовольная улыбка на лице. Наверняка куртизанка читала газеты или слышала сплетни в Лондоне, обо всем догадалась и немедленно рассказала Девону, чтобы уничтожить конкуренцию с ее стороны.

Господи, сколько же времени у нее осталось до прихода к ней Девона?

Скорее всего несколько минут. Этого недостаточно, чтобы вернуться в спальню и взять что-нибудь из вещей, даже шляпку.

Энн сделала шаг назад, повернулась и помчалась прочь. Когда она добежала до гостиной, то уже дышала с трудом. Она пересекла комнату и устремилась к стеклянным дверям, выходившим на улицу. Дрожащими руками Энн повернула ручку, молясь, чтобы Тредуэлл еще не запер дверь на ночь.

Ее молитвы были услышаны. Дверь широко распахнулась, и Энн, которая с силой толкала ее, потеряла равновесие и, споткнувшись, вылетела на вымощенную каменными плитами террасу. Она подобрала юбки и по серым камням поспешила в сторону темнеющей лужайки. Что ей делать? Куда бежать?