Милая маленькая игрушка - Айви Торн

что Трент действительно готов начать с того места, которое я указала, затем я веду счет. Его движение твердое, когда мы вступаем в действие, его линии верны, когда он пикирует позади меня, а я делаю фуэте, поднимаясь на носки моей левой ноги, когда я разворачиваю правую ногу, вращая меня на месте.

Наши руки встречаются, когда Трент останавливает меня и кладет свою свободную руку мне на бедро. Мы шагаем вместе в па-де-де, его руки крепко сжимают мою талию, его крепкие руки сгибаются каждый раз, когда я подпрыгиваю в воздухе для нашей единственной поддержки, которая больше похожа на три, соединенные вместе в быстрой последовательности. Затем, когда я начинаю арабеск… в этот момент Трент должен поддерживать меня для моего следующего движения, я обнаруживаю, что мой партнер кружится, переходя к случайной части в третьей фазе нашего танца.

— Нет! — Кричит профессор Мориари, когда я опасно покачиваюсь на одной ноге. — Нет, нет, нет! Ты должен быть рядом со своей партнершей, Трент Разве ты не видишь, что она в позиции для подъема?

Он машет рукой в мою сторону, а Трент удивленно смотрит на меня, совершенно сбитый с толку тем фактом, что он, должно быть, не в том месте. Я опускаю ногу, чтобы восстановить равновесие, и стараюсь не скрипеть зубами. Это потребует так много дополнительной работы, учитывая, что голова Трента витает в облаках. Только я не знаю, как заставить моего партнера выучить рутину. Он сказал, что повторил ее в эти выходные. Так что, в его голове ничего не задерживается? Я делаю глубокий вдох, пытаясь найти в себе терпение. Надеюсь, он станет лучше, когда мы лучше познакомимся с шагами.

Но к концу занятия я уверена, что это партнерство бросит вызов моему терпению, которого у меня не так уж много. Мы добились приличного прогресса, и я обнаружила, что, когда мы успешно справляемся, Трент довольно искусен в физических упражнениях. Но я уверена, что мне придется держаться за него, чтобы он был адекватным партнером. У него не хватает концентрации внимания, и он, кажется, больше сосредоточен на поддержании своей идеальной повседневной прически, чем на моем равновесии. Я даже заметила, как он корчил себе рожицы в зеркале между нашими пробежками. Боже мой, кажется, мне придется довольствоваться хипстером Зуландером в качестве партнера.

Я более чем немного радуюсь, когда занятия заканчиваются, и изо всех сил стараюсь подавить вспышку ревности, которую я чувствую из-за удачи Ани. Хотя я очень рада за нее, мне бы хотелось, чтобы было двое Финнов, чтобы у меня тоже был разумный партнер.

Тренировки с Трентом после занятий проходят не лучше, и единственное, что поднимает мне настроение, — это спонтанное сообщение Ильи с вопросом, когда я закончу свой день, потому что он хочет пригласить меня куда-нибудь. Мой живот дрожит от волнения, и я даю ему знать, что могу быть готова, как только он приедет.

Идеально. Встретимся в северной части кампуса, — пишет он через минуту.

Хорошо. Когда?

Сейчас.

Мое сердце делает сальто, и я отрываюсь от телефона, чтобы увидеть Трента, наблюдающего за собой, напрягающим бицепсы в зеркале студии, ожидая моего возвращения. Я закатываю глаза. Да, я точно закончила репетировать на сегодня.

— Трент, мне пора. Увидимся завтра на занятиях. Продолжай повторять хореографию сегодня вечером! — Кричу я, снимая танцевальные туфли и надевая ботинки.

В шокирующе-голубых глазах Трента отражается удивление, и я знаю, что грубо прерываю репетицию, но я серьезно не могу проводить с ним больше времени прямо сейчас. Не тогда, когда Илья уже ждет меня. Контраст почти грустный. Я практически сбегаю от своего партнера, чтобы провести время с тем, кто буквально платит за мое обучение, понимая, что я не привяжусь. Я жалкая. Но когда я сажусь в шикарную синюю спортивную машину Ильи десять минут спустя, я не могу игнорировать то, как моя грудь расширяется от облегчения и волнения.

— Это было быстро. — Замечает Илья с легким весельем, его темные брови поднимаются к его густой шевелюре.

Я смеюсь.

— Обычно я не так горю желанием заканчивать.

— О? Я думал, что это позже, чем ты обычно уходишь с занятий. — говорит Илья, наблюдая, как я пристегиваюсь и закрываю дверь.

— Ага. Так и есть. Но мой преподаватель хореографии назначил нам партнеров на прошлой неделе, и моему партнеру и мне понадобится много дополнительной работы, если мы собираемся справиться с нашей программой. Я никогда раньше ни с кем не танцевала, а Трент… — Я с трудом могу выразить свое разочарование. Я не хочу возлагать все наши проблемы на Трента. Не так рано. В конце концов, мы оба впервые выступаем в качестве партнеров. — Ну, скажем так, это серьезный этап обучения.

— Ты танцуешь с парнем? — Рука Ильи соскальзывает с рычага переключения передач, когда он поворачивается ко мне, его глаза темнеют, когда он хмурится.

Я борюсь, чтобы подавить смешок, который вырывается из моих губ.

— Ну, да. Я имею в виду, что как балерина я должна знать, как делать поддержки, и обычно только парни достаточно сильны, чтобы работать с ними в паре.

— Поддержки? — Спрашивает Илья, подозрительно прищурившись.

— Да. Как в «Дракуле» той ночью, когда он танцевал с девушкой и, ну, поднимал ее над головой или поддерживал ее прыжки. — Я жестикулирую руками, пытаясь имитировать то, как парень мог бы обхватить свою партнершу по танцу за талию и поддержать ее.

— Я не знаю, что я чувствую, когда другой мужчина кладет на тебя руки, — рычит он.

Почему это заставляет мое сердце замирать, я не знаю, но, когда слышу собственнический тон, у меня внутри все трепещет.

— Это полностью платонически. Никакой показной романтики или чего-то еще, обещаю. Это просто помогает мне делать более масштабные танцевальные движения, делает выступление более драматичным.

Илья скептически смотрит на меня.

— И мне нужно знать, как работать с партнером по танцу, если я собираюсь добиться успеха как балерина. Это требует большой силы корпуса, равновесия, координации. Ты не поверишь, как сложно просто правильно рассчитать время, чтобы мы оказались в одном месте, когда должны.

— Лучше бы он не черпал никаких идей из этого партнерства. — Тон Ильи полон мрачных обещаний.