Ангел-Хранитель, или Никогда не работай в библиотеке - Наталья ДеСави

Мы с Денисом вошли в больничную палату, за нами тихо проскользнула Юлька.

— Нет, — она гордо подняла пакет, — мандарины!

— У меня будет авитоминоз! — Антон закрыл лицо руками.

Юлька поставила пакет с мандаринами на прикроватную тумбочку, на которой уже стояли два пакета с апельсинами. Антон попытался сесть, но застонал и упал обратно. Юлька тут же подбежала и заботливо подоткнула ему еще одну подушку. Я села на край кровати, Денис встал рядом.

— Ну как, на поправку идешь? Когда тебя отсюда выпускать собираются?

Антон скривился.

— Пока не собираются. Вот видишь, я пока и встать-то не могу. Но если они так и будут меня кормить водянистой кашей и склизким пюре, я сам отсюда через неделю сбегу.

— Ты это, не шали, — погрозил ему пальцем Денис, — ножевое ранение — это не шутки. Лучше лежи и сил набирайся. Тебя в детстве не учили, что геркулесовая каша сил придает?

— Не учили, — буркнул Антон, — и я бы с этим выражением поспорил. Очень сильно. Вы мне лучше расскажите, чем все закончилось.

Мы с Денисом переглянулись.

— Ты пропустил самое интересное. Нас закинули в книгу, мы прогулялись по Петербургу Достоевского, нас чуть не поджарил Раскольников, а организатором всего оказался Хан.

— Хан? — Антон сосредоточенно сдвинул брови. — Зачем ему все это?

Я пожала плечами.

— Он вдохновился теорией Раскольникова о великих и невеликих людях. Решил сохранить литературу в чистом ее виде, одновременно избавившись от тех, кто эту литературу не читает.

— То есть выпустить всех героев в наш мир, а в книги запихнуть тех, кто подвержен компьютерной зависимости и книгам предпочитает игры, — Денис показал пальцем на меня так, чтобы я не видела. Но все равно получил тычок в бок. Мы оба рассмеялись.

— И как же вы смогли выбраться из книги?

— О, тут самое интересное. Мы познакомились с самим Достоевским. И он применил свою Силу Слова и написал нам сценарий того, как мы попадаем в наш мир.

— Ого, ну вы даете. И что в итоге стало с Ханом, Раскольниковы и, — он запнулся, — с Максимом.

— Раскольникова мы убрали. Куда не могу сказать, но где-нибудь там, в литературном мире ему будет явно лучше, — доложила я. — А вот Хан и Максим ушли.

Антон облегченно выдохнул, стараясь, что бы этого никто не заметил. Но я не стала обращать на это внимание.

— Мы просто не знали, что с ними делать, — приложил руку ко рту и на ушко сказал Денис, — убирать героев в их книги уже научились, а что делать с живыми, пока не знаем.

— Живые будут пострашнее литературных, — согласился Антон.

Тут дверь палаты открылась, и спиной вперед вошла невысокого роста старушка, с двумя увесистыми сумками.

— Антошенька, я тебе тут поесть принесла, — повернулась она ко всем, — ой, а у тебя гости. Ну я мешать не буду.

Она попыталась открыть дверь, но сумки в руках ей мешали.

— Что вы, что вы, — бросилась ей на помощь Юлька, до этого тихо стоявшая около кровати Антона, — проходите, мы уже уходить собирались. Вы же Антону гостинцев принесли?

Она выхватила сумку и понесла ее к столику, стоявшему около стены.

— Борщец, помпушек, мяска тушеного, пюрешечку из свежей картошки, огурчики малосольные, вчера только засолила, — бабушка вытаскивала все новые и новые продукты из пакетов.

— А ты жаловался, — с завистью проговорил Денис, смотря как быстро заполняется стол новыми блюдами, — меня так никто не кормит.

Юлька услышала его последнюю фразу и обернулась. В глазах мелькнул небольшой огонек ненависти.

— Мы, пожалуй, пойдем, — проговорила я, вставая с кровати.

— Куда же вы, — защебетала старушка, — присоединяйтесь, у меня еще пирожки есть.

— Пирожки, — выразительно проговорил Денис и дернул меня за рукав.

Я посмотрел на брата, усмехнулась и сказала:

— Ну ради пирожков мы, пожалуй, и останемся, — и тут же поймала недобрый взгляд Юльки, но только пожала плечами.

Бабушка занырнула на самое дно сумки и достала огромное блюдо с пирожками.

— Угощайтесь, — протянула она блюдо нам.

Я взяла пирожок, Денис схватил два, стараясь не смотреть в глаза Юльке, которая пыталась делать ему какие-то знаки, но потом плюнула на это, и сама взяла пирожок, чтобы не огорчать старушку. Наконец бабушка дошла до внука, и поставила блюдо ему на колени, пригладила ему волосы и поправила одеяло.

Свет от окна упал ей на лицо и на миг мне показалось, что лицо старушки чуть подернулось. Я присмотрелась и увидела сквозь ее лицо будто бы вторую сущность.

«Герой?!» — я чуть не сказала это вслух.

Я посмотрела на Антона. Тот с удовольствием лопал пирожки, запихивая их один за другим в рот. Никто ничего не замечал. Бабушка оторвалась от внука и вернулась к столу.

— А ты чего не ешь? — спросила она меня. — Только не говори, что худеешь.

— Она и так сильная, — выхватил у меня пирожок Денис.

Юлька уже этого вынести не могла и засобиралась.

— Нам уже пора. Антон, выздоравливай. За тобой бабушка присмотрит, а мы еще как-нибудь заглянем к тебе.

Денис пожал Антону руку, а тот, когда прощался с Денисом, засунул ему в карман куртки два пирожка так, чтобы этого не заметила Юлька. Денис одарил того благодарным взглядом, полным восхищения и восторга. Я встала с кровати, чтобы выйти за ними, но Антон удержал меня за руку.

— Ангел, подожди.

— Теперь и ты так меня будешь называть?

— Мне нравится. Для меня ты как ангел, спасла меня тогда.

— Думаешь, должна была бросить? Смотри, будешь себя плохо вести, в следующий раз так и сделаю.

— Я должен извиниться. Дураком был, доставал тебя.

— Исправиться хочешь?

— Если дашь шанс, я бы пригласил тебя на свидание. Так сказать, начать с чистого листа.

— Даже целовать «на благо дела» не будешь?

Антон засмеялся.

— Буду. Но только, если ты позволишь.

Он притянул меня к себе и легонько поцеловал в щеку.

— Пока начну так. А дальше посмотрим.

Я провела рукой по его щеке и коснулась губ.

— Повторишь свое приглашение, когда выпишешься.

Невольно покосилась на бабушку, которая хлопотала рядом с баночками с едой, встала и вышла из палаты, поймав напоследок восторженный взгляд Антона.

— Вы не заметили, — спросила я, оборачиваясь на палату.

— Классная у него бабушка, верно? — Денис улыбался во всю. — Так вкусно готовит!

— Жареное и жирное, — надула щеки Юлька, — но вкусно, спорить не буду.

— Да я не про это, — мы шли по коридору, а я все оглядывалась на палату.

— Ты будто уже скучаешь по Антону, — заметил это Денис, — лучший друг теперь что ли? Или что-то