Брачное объявление - Мими Мэтьюз

Дженни крепко обняла ее в ответ.

— От тебя разит дешевыми духами, — сказала она со смехом. — Но как хорошо ты выглядишь.

Хелена отступила на шаг, чтобы получше рассмотреть подругу. На Дженни была простая поплиновая юбка без оборков и черный бархатный жакет карако. Свободный жакет длиной до бедер был застегнут на талии и расширялся к низу. После стычки с дядей Эдвардом она выглядела ничуть не хуже, чем раньше, но Хелена знала, что внешность может быть обманчивой.

— С тобой все в порядке?

Дженни улыбнулась.

— Он меня не трогал. Я обещаю.

Хелена не видела повода для улыбки.

— Вполне достаточно того, что он накричал на тебя и выставил вон.

— Признаюсь, это было неприятно. Но я не из сахарной пудры сделана. Ты это знаешь. Кроме того, я гораздо больше беспокоилась о тебе.

Дженни протянула руку.

— Пойдем со мной наверх. Я хочу тебе кое-что показать.

Хелена оглянулась на Джастина. Они с мистером Финчли тихо разговаривали друг с другом, их лица были серьезными. Он поймал ее взгляд и слегка улыбнулся.

— Иди, — сказал он.

— Тебе обязательно спрашивать у него разрешения? — тихо спросила Дженни, когда они поднимались по лестнице на третий этаж.

— Нет. Конечно, нет. Но я ужасно привыкла к нему с тех пор, как мы уехали из Девона. Я поражена, что у него в руке еще сохранилось кровообращение.

— Значит, он тебе нравится?

— Да, — сказала Хелена. — Даже слишком сильно.

— Нет такого понятия, как «слишком сильно». Если только ты ему не нравишься в ответ. В таком случае, ты должна хотя бы попытаться казаться равнодушной.

Дженни увлекла Хелену в одну из спален.

— Посмотри.

Это была большая комната с такой же большой кроватью, занавешенной пологом. На противоположной стене между двумя окнами, занавешенными ситцем, висело высокое зеркало в виде трюмо. Слева на шифоньере орехового дерева с мраморной столешницей стояла масляная лампа с абажуром из граненого стекла. Справа стоял туалетный столик и огромный шкаф из орехового дерева. Дверцы шкафа были распахнуты, открывая взору изобилие платьем из муслина, тонкой шерсти и шелка.

У Хелены от изумления отвисла челюсть.

— Моя одежда!

— Ее доставили вчера, — сказала Дженни. — Все, кроме твоих драгоценностей. Лорд Каслтон хранит их в своем сейфе.

— Но как?

Хелена подошла к гардеробу, ее взгляд скользнул по знакомым нижним юбкам, лифам и подолам. Некоторые предметы одежды висели на крючках, вбитых в заднюю стенку шкафа, другие были сложены на полках, каждая вещь была аккуратно обернута бумагой.

— Дядя Эдвард бы этого не допустил.

— Боже мой, нет, конечно. Это миссис Баттерфилд все устроила. Она велела Марте и Мэйзи упаковать все в сундуки, пока твой дядя был в своем клубе. Двое лакеев отнесли сундуки вниз и погрузили их в наемную карету.

Миссис Баттерфилд долгие годы была экономкой в резиденции графа Каслтона на Гросвенор-сквер. Она служила у отца Хелены, а затем у ее брата и, казалось, была счастлива продолжить службу у дяди Хелены, когда он унаследовал титул. Она ни разу, ни словом, ни делом, не дала понять, что не одобряет жестокость дяди Эдварда.

— Я бы не подумала, что миссис Баттерфилд пойдет на такой риск, — сказала Хелена. — Она всегда была предана моему дяде.

— Миссис Баттерфилд предан всем графам Каслтон. Это не значит, что у нее нет совести.

Хелена воздержалась от комментариев. Последние месяцы ее жизни в доме дяди были настоящим кошмаром наяву. Она не могла припомнить, чтобы кто-нибудь из персонала хотя бы отдаленно сочувствовал ей. На самом деле, большинство из них, включая миссис Баттерфилд, не могли смотреть ей в глаза.

— Я разложила большую часть твоих вещей, — сказала Дженни. — Я закончу распаковывать вещи сегодня днем. Я собираюсь поиграть в камеристку.

— Не говори глупостей.

— Я говорю совершенно серьезно. Думаешь, миссис Джарроу имеет хоть какое-то представление о том, как укладывать волосы леди? Хотя, надо отдать ей должное, готовить она умеет. И она мастерица в починке.

Дженни поправила одну из стеклянных баночек с косметикой на туалетном столике.

— Миссис Джарроу и ее муж готовы на все ради мистера Финчли. Он спас их сына от тюрьмы.

— Неужели? — Хелена взглянула на Дженни. — Как?

— Написал юридическую статью. Краткое изложение или какой-то аргумент. Я этого не поняла. Честно говоря, мистер и миссис Джарроу тоже. Большая часть того, что делает мистер Финчли, кажется загадкой.

Хелена прошлась по комнате, разглядывая тяжелую мебель, толстый ковер и узорчатые обои.

Дженни последовала за ней, продолжая что-то говорить.

— Возьмем, к примеру, этот дом. Мистер Финчли настоял на том, чтобы снять его. Я сказала ему, что была бы вполне довольна комнатой в каком-нибудь пансионе, но его было не переубедить.

— Он подумал, что здесь тебе будет безопаснее.

— Даже если и так… — Дженни присела на край кровати. — Я не должна была позволять ему тратить на меня ни пенни. Это крайне возмутительно — быть в долгу у одинокого джентльмена. Если об этом станет известно, моя репутация будет погублена.

— Ты не в долгу перед мистером Финчли. — Хелена опустилась рядом с Дженни. Покрывало смялось под их общим весом. — Джастин взял на себя оплату аренды. Разве он тебе не сказал?

— Это не меняет того факта, что я живу здесь уже неделю. И я разрешаю мистеру Финчли навещать меня. Все на улице наверняка видели, как он входит в дом. Они подумают, что я его избранница

— Глупые люди. Он может быть твоим братом.

Редкий румянец окрасил щеки Дженни.

— Мне не кажется, что он мой брат.

Хелена приподняла брови

— Он ведь не делал никаких предложений, не так ли?

— Ни одного, — поморщившись, ответила Дженни. Она пренебрежительно махнула рукой.

— Но давай не будем говорить о нем. Я хочу услышать о тебе. Расскажи мне все об аббатстве Грейфрайар. И о мистере Торнхилле тоже.

Следующие полчаса Хелена посвятила описанию жизни в аббатстве. Она рассказывала о скалах, море и ужасной погоде. Она рассказала о мистере Бутройде, Невилле, слугах и собаках. Она даже рассказала о той ночи, когда мистер Глайд приехал вместе с мировой судьей.

Но, несмотря на просьбу Дженни, она мало что рассказала о Джастине. Ее беседы с ним были слишком личными. Слишком ценными. И она, конечно же, не собиралась обсуждать его поцелуи. Даже с закадычной подругой.

— Ты говоришь так, словно счастлива там, — сказала Дженни, когда она закончила.

Хелена разгладила складку на покрывале, ее мысли вернулись к мрачной реальности ее положения.

— Я думаю, я могла бы быть. Если бы только…

— Если бы только ты была свободна от своего дяди