Клуб безжалостных сердец - Хелен Джонс

Выходные прошли быстро. Так всегда бывает, когда ты находишься с любимыми людьми. Энни не хотелось снова уезжать, представляя все дни, проведенные за работой в салоне. Однако она призналась себе, что уже начала скучать по Джози, Карен и Мили. Миринда, узнав о том, что на август Энни остается в Вольтербурге, жутко обиделась на подругу, сказав, что уламывала родителей две недели, чтобы приехать домой хотя бы в последний месяц лета.

«Буду приезжать по выходным, – сказала Энни, – или ты ко мне. Постараюсь договориться с мисс Хаверди, чтобы ты пожила у меня в номере».

Миринда пообижалась еще некоторое время, но потом сдалась, понимая, почему Энни так рвется заработать больше денег, и сказала, что обязательно приедет к ней погостить в отель.

Глава 35. Встреча

Спустя три месяца

– Круто выглядишь. – Мили улыбнулась, глядя на Энни. Та осмотрела себя с ног до головы в зеркале и кивнула в знак согласия. Это зеленое обтягивающее платье с рукавами-фонариками очень шло ей, она сама это видела и поблагодарила Карен еще раз, что та посоветовала его купить.

– Всегда пожалуйста, – Карен закурила прямо в квартире Мили, – я спец в шмотках.

За эти три месяца работы в клубе Энни стала просто неузнаваемой, так сказала Миринда. Они встречались с ней в прошлые выходные. Девушка устроилась на работу к отцу, как и планировала, и иногда приезжала к Энни в съемную квартиру. Из отеля Энни съехала, сняв квартиру вместе с Джози. Та сказала, что еще полгода планирует жить в городе, потому что у матери возникли кое-какие проблемы на работе и вообще в жизни, которые нужно решить, чтобы потом уехать и не возвращаться больше никогда. Энни было грустно от мысли, что с Джози придется расстаться. За это время они очень сблизились. Джози частенько приносила домой вредности из фастфудов и заставляла Энни смотреть с ней боевики. Энни нравилось, как Джози смеется. Искренне и звонко. Она порой возвращалась в прошлое, вспоминая их первое общение. Тогда Джози была закрытой и грубой, но на деле все оказалось далеко не так.

– Что именно во мне изменилось? – спросила Энни у Миринды. И девушка резко остановилась, осматривая подругу, словно ища ответ на вопрос.

– Стала… увереннее. От тебя… исходит какая-то бешеная энергетика, что ли.

– Энергетика? – Энни засмеялась. – А я-то уж подумала.

– Нет, серьезно! – Миринда продолжила неспешную прогулку по аллее. Наступила осень. Дворники сгребали пестрые листья в кучки, прохожие в легких куртках гуляли с собаками, которые носились по площадке, играя с мячами и дисками. Серое небо навевало грусть, суля дождь, но Энни хотела дождя. Она любила это негромкое постукивание капель по стеклу и тихо завывающий ветер.

– То ли взрослее стала, – пожала плечами Миринды, кивая на кафе. – Зайдем?

О Майкле они не говорили. Миринда лишь раз спросила, знает ли Энни, что он пропал, и, получив утвердительный ответ и дополнение: «Не хочу о нем говорить», больше не поднимала эту тему. А вот Тони сам давал о себе знать целых два месяца. Он писал с разных номеров, звонил. И один раз даже набрал с телефона Чарли, но все впустую. Услышав голос Тони, Энни пригрозила, что заблокирует и номер Чарли, если Гилберт попытается еще раз позвонить. А однажды, еще в августе, он приехал в отель.

Энни вышла к автобусной остановке, чтобы доехать до торгового центра. С Мили и Карен они собирались пройтись по магазинам. Но прекрасное настроение испортил Тони у самых дверей отеля. С большим букетом белых роз. Он выглядел лучше, чем когда жил здесь. Ухоженные блестящие волосы, вкусный парфюм, новенькие брюки, рубашка и начищенные до блеска туфли. Сердце Энни забилось от одного только взгляда на него.

– Ты что тут делаешь? – начала она так, словно ей был неприятен его приезд. Хотя она призналась себе честно, что до сих пор любила его и было безумно приятно, что Тони пытался ее вернуть. Но простить его Энни не могла.

– Хотел извиниться, – виновато произнес он и протянул букет, – это тебе.

– Ты женат, Тони! Какие цветы? Лучше подари их своей беременной жене!

– Чарли. Вечно он лезет не в свое дело. – Тони положил букет к ногам Энни и подошел ближе, но девушка сделала шаг назад. – Я хотел тебе сказать, крошка. Правда хотел. Когда мы начали встречаться, мы с Ребеккой даже не общались. Но потом мне стало известно, что она беременна, и не знал, что делать дальше.

– Поэтому решил спать с нами по очереди? – недовольно произнесла Энни, держа дистанцию.

– Господи, Энни! Я не знаю, как это вышло. Старые чувства нахлынули, и я изрядно выпил тогда от осознания проблем, – Тони чуть нагнулся и жалостливо посмотрел на девушку исподлобья. – Давай начнем все сначала? Ну пожалуйста.

– А как же Ребекка и ее… ваш ребенок?

– Я разведусь с ней. Буду помогать с ребенком. А с тобой начнем все заново. Согласна? Такого больше не повторится, я обещаю! Как только ты скажешь, что согласна, я тут же еду к Ребекке за вещами и перевожу их к Чарли. Идет?

Энни до жути хотелось избавиться от всех этих воспоминаний, прижаться к Тони и быть с ним вместе, проводить вечера, гулять и целоваться. Но она не могла. Не могла смотреть на него теми влюбленными глазами, которыми смотрела раньше. Не могла избавиться от воспоминаний. Не могла подпустить его к себе, зная, что он был с другой. Не могла стать той, ради которой он бросит свою семью. Он уже изменял прежде и изменит еще раз, Энни была в этом уверена.

– Нет, Тони. Не пойдет. – Комок подступил к горлу, но Энни продолжила: – Ты отвратителен. Ты и раньше Ребекке изменял, еще до меня…

– Да, но это потому, что я ее не люблю!

– Так зачем ты с ней продолжал жить?

– Ради удобства!

– Вот видишь, Тони. Ты отвратительный человек. Не хочу тебя больше видеть! – Она пнула букет. – И забери это с собой, извинись перед Ребеккой, может, она примет тебя назад.

Два месяца Тони напоминал о себе, но наконец перестал, и Энни могла спокойно выдохнуть. Все позади.

– Давно не выбирались все вместе, – улыбнулась Карен, получая на барной стойке заказанные коктейли, – я и не надеялась, что ты еще с нами пойдешь.

– Не могла, – громко сказала Энни, перекрикивая музыку, – здесь все напоминает о Тони. Да и не до веселья было. Ездила к родителям каждые выходные.

– Ну, хоть сейчас получилось, – Мили