Ты меня бесишь - Анна Шнайдер

— Давайте без крайностей, — неожиданно смягчился Александр. — Я почти уверен, что мы сможем не доводить дело до суда. Сейчас вы напишете признание с подробным описанием всех обстоятельств произошедшего, со своей подписью и датой, на камеру. Потом мы с Ариной поедем в клинику — сдавать анализы, осмотр врачей тоже не повредит. А затем я потолкую с Кириллом уже более предметно. Один на один, — он серьёзно посмотрел на нас. — Понимаю, каждой из вас есть что сказать этому фрукту, но, чтобы у нас с вами всё получилось, нужно застать его врасплох. Так что никаких контактов, пока с ним не поговорю я.

76

Арина

Дождавшись, когда Нина напишет признание, Бесов напомнил ей, чтобы та никому не рассказывала об этом разговоре и избегала контактов с Кириллом, дабы не спугнуть его раньше времени. Затем, собрав мои нехитрые пожитки, мы действительно поехали в клинику, а спустя ещё два часа я оказалась у Саши дома, к полному восторгу Ани. Сбылась её мечта о моей ночёвке. Только спать вечером я легла не в её комнате, а на диване в гостиной — мы с Сашей решили пока не пугать девочку совместными ночёвками в его спальне.

Следующие дни мы были на осадном положении — Бесов тем же вечером добавил Жанну в чёрный список на телефоне дочери, мне нельзя было выходить даже на улицу, Аня, Алтай и Людмила Михайловна, конечно, своим присутствием меня подбадривали, но тревожные мысли не отпускали.

Спустя ещё два дня Саша после возвращения вечером домой, дождавшись, когда Аня уснёт, повёл меня на кухню.

— Всё закончилось. Думаю, мы больше никогда не увидим ни Жанну, ни Кирилла.

— Почему ты так уверен? — спросила я и тут же спохватилась: — А Нина? Ей ничего не будет?

— После того как я отвёз тебя домой, я поехал обратно в общежитие и нашёл Кирилла. — Бесов поморщился, будто говорил не про встречу с человеком, а про разгребание канализационных нечистот голыми руками. — Благо Нина дала мне и номер его телефона, и номер комнаты. Не хочу вдаваться в подробности, но разговор оказался результативным. В итоге он уедет из города, как только сдаст диплом, а до этого — в его же интересах обходить тебя по широкой дуге. Но главное, что у меня появились неопровержимые доказательства участия во всей этой мерзости Жанны. Она, конечно, последнее время не берёт трубку, но, по счастью, у неё есть сайт со ссылками на страницы в соцсетях и электронной почтой. Оказывается, Жанна довольно резво отвечает на сообщения по этим контактам и даже соглашается на личные встречи. Особенно, когда в сообщении фигурируют фразы вроде «уголовный кодекс» и «лишение родительских прав».

Я видела, как непросто Саше даётся рассказ, и положила ладони поверх его рук, желая хоть как-то поддержать. Мне было ужасно погано на душе оттого, что меня опоили и чуть было не изнасиловали, но ситуация, в которой оказался Саша, на мой взгляд, была намного хуже — у него есть дочь, которой лучше никогда не узнать, на какие низости способна её мать.

— Вы встретились?

— Да. Жанна, конечно, испробовала весь свой арсенал — от обаяния до шантажа чувствами Ани. Но всё же угроза уголовной ответственности проняла даже её. Завтра она уедет в Москву.

— Ты уверен, что она не вернётся?

— Она надеялась вернуться ко мне. — Саша устало выдохнул, сжимая мои ладони. — Её бывший спонсор Антонио, оказывается, умер. Возраст, разгульный образ жизни и слабое сердце дали закономерный эффект. И по завещанию он Жанне ничего не оставил. Так что ей пришлось вернуться в старую хрущёвку своей матери. Тут до Жанны дошли слухи, что за эти годы я существенно продвинулся по карьерной лестнице. Конечно, не как Антонио, но зато я жив. И можно попытаться «вернуться в семью» до следующего более перспективного спонсора. Однако в своих фантазиях она зашла слишком далеко. Здесь ей ловить больше нечего, так что Жанна поедет в Москву. Там живёт несколько её знакомых. Может, и найдёт себе там кого, но мне это уже не интересно. Лишь бы Ани вся эта грязь не коснулась. Мы с Жанной договорились — она не трогает нас, дочери звонит по праздникам, а я не иду в полицию с заявлением. Думаю, ты поймёшь, почему я всё-таки предпочёл договориться.

Мы синхронно вздохнули. Я была согласна: взрослые проблемы не должны касаться детей, но в жизни так редко выходит.

— Мы справимся со всем, Саш, — улыбнулась я.

— А куда мы денемся, — мотнул головой Бесов, будто стряхивая с себя напряжение последних дней. — Пошли спать, Арин. Теперь, когда самое страшное позади, всё, чего я хочу, — это кровать и ты под боком.

С этими словами меня взяли за руку и повели в спальню. Именно в спальню, а не на диван в гостиной, чему я только обрадовалась.

И да, уснули мы не сразу.

Эпилог

— А дальше что было? — Вера во все глаза смотрела на проводки, которые тянулись от детектора лжи к ноутбуку.

— Я прикрепила к Бесову все эти датчики, дала ему в руки синюю ручку и попросила сказать, что у него в руках красная ручка, — хихикнула я, протягивая ей синюю ручку. — Попробуй сама скажи.

— У меня в руках красная ручка! — громко и чётко проговорила девочка, и полиграфограмма послушно выдала скачок показателей. — Обалде-е-еть!

— Вот и у Александра Андреевича так же было, — улыбнулась я, снимая свою дипломную работу с сестры. — А потом он выступил перед комиссией с отзывом.

— А ему-то зачем выступать?

— Отзыв — это последний комментарий научного руководителя перед тем, как комиссия уйдёт на совещание. Его последний шанс сказать, что он думает по поводу дипломной работы и самого студента. Так вот, он, не снимая датчиков, сказал, что я самая целеустремлённая, умная и талантливая студентка, которая у него когда-либо была. И полиграфограмма ни разу не дёрнулась! Собственно, так я и получила свой красный диплом, — закончила я с улыбкой.

За прошедший месяц произошло много событий — я успела получить диплом, чтобы сразу же устроиться на работу… на радиозавод. Конечно, после того, как я озвучила решение остаться в городе, Саша