Любимая помощница инквизитора - Алёна Рю

— Готова? — спросил он.

Я крепче прижала к себе напуганного Юрти.

— Да, Ваше Величество.

Мы вышли из домика, и оба дракона тут же повернули к нам головы. Стоило подойти ближе, как оба черно-стальных ящера приблизили ко мне свои морды.

Оранджей поднял раскрытую ладонь, останавливая их. Казалось, не сделай он этого, и драконы бы вовсю облизывали меня с головы до пят.

— Драконы чувствуют магию созидания, — пояснил император. — Более того, страстно любят ее. Для них твой запах — самый лучший в мире аромат.

 Мне вспомнилось, как реагировал на меня Адамант.

— Так что не волнуйся, тебя не тронут, — добавил Оранджей.

Император помог мне забраться на одного из своих питомцев и сам устроился за спиной. Он был рядом, как тогда Реннголд. Вот только с инквизитором я чувствовала совсем иное волнение. Не страх, а тепло и жар. Сейчас же мне хотелось оказаться от Оранджея как можно дальше.

Император присвистнул, и дракон принялся подниматься в воздух. Второй последовал за собратом.

Юрти дрожал, видимо, чувствуя и мой страх. Я гладила его по пушистой холке и уговаривала успокоиться.

Реннголд не мог меня предать. Я в это ни за что не поверю. Но может, с ним что-то случилось? Узнать это я смогу только в Сельгарде. Мне понадобятся все силы, чтобы выбраться, а потому важно дышать. Дышать, не дергаться и думать. Из любой ситуации должен быть выход. Обязательно должен!

— Ты не разочаровала меня, принцесса, — шепнул мужчина мне на ухо. — Умна не по годам. Не стала истерить и сбегать. Из тебя выйдет настоящая императрица.

Глава 21. Император

Лау

Неделей ранее.

Дурные вести летят быстрее драконов. Когда я вернулся в Сельгард, на пороге особняка уже ждал посыльный от императора. Не голубь, как обычно, а молодой парнишка, смотревший с нескрываемым беспокойством. Я, конечно, привык, что моя персона вызвала трепет, даже пользовался этим. Но сегодня это порождало дурные предчувствия.

Оставив мальчишку в гостиной внизу, я поднялся к себе. Не хотелось заставлять Его Величество ждать, но и являться помятым и небритым после долгой дороги тоже не стоило. Если чутье меня не обманывало, то лучше встречать грядущие злоключения при параде.

Перед отъездом во дворец меня перехватила Агата и передала увесистый конверт без подписи.

— Принесли сегодня утром, — сказала она. — Просили передать лично в руки.

Внутри оказались документы от капитана шартонской стражи: вырезки из протоколов допроса Кирана Свифта и ему подобных, где те признавались в торговле двихтом, и признание самого капитана, что всех перечисленных он отпустил по приказу лордов. В конце письма капитан сообщал, что подал в отставку и всей семьей уже направляется в Сельгард.

Хоть немного хороший новостей. Может, предчувствие было и зря. Я сунул бумаги во внутренний карман камзола и велел седлать Метеора. Когда конь был готов, уже не задерживался и поскакал во дворец.

Его Величество был не в духе, о чем свидетельствовал его хмурый вид и отрывистая, словно чеканящая речь.

— Лау, — произнес он, когда я появился на пороге его кабинета.

— Ваше Величество, — я поклонился.

Оранджей поднялся из-за стола и прошелся к окну.

— Лау, объясни, что случилось в Шартоне? — спросил он, не глядя на меня.

Я принялся рассказывать, как лорды хотели, чтобы я подписал их проект. Сначала пытались задурманить двихтом, который я отменил в бокале, а потом и вовсе утащили в подвал и пытали ментальной магией с артефактом-усилителем.

— Интересно, — император погладил широкий подбородок. — А вот очевидцы говорят другое.

Я сдвинул брови.

— Кто?

— Все, кто в этом борделе был, — Оранджей развернулся ко мне. — Говорят, что ты напился до безумия и натравил на здание своего дракона. Между прочим, пострадали люди.

Под его взглядом было неуютно, но я лишь расправил плечи.

— Адамант помог мне выбраться из подвала, — ответил я. — На мне были ограничивающие браслеты, капитан нашей стражи подтвердит, он их снимал.

— И однако ж никого из лордов ты не арестовал.

— Они сбежали.

Император скептически изогнул бровь.

— От тебя?

В кабинете повисла пауза. Я решил зайти с другой стороны.

— Ваше Величество, вы мне не верите?

Император снова отвернулся к окну.

— Скандал в Шартоне в мои планы не входил, — сухо проговорил он. — Ты понимаешь, что я теперь должен выбрать сторону? И если я выберу тебя, в Ферию придется вводить войска и выбирать новых лордов. Неизвестно, чем это обернется.

Я на мгновение задумался. Да, положение выходило скверным.

— Мы не можем отправлять войска, Ваше Величество, — мрачно проговорил я. — Подполье готовит нападение на дворец восемнадцатого декабря, и понадобятся все свободные мечи.

Оранджей повернулся ко мне:

— Ты уверен на счет восемнадцатого?

— Мы раскрыли их схему, — я подошел к стене, на которой висела карта континента и показал контрабандный маршрут. — Из Сельгарда в Лортон везли двихт. А из Шартона в Лортон поступало оружие и запрещенные артефакты. Здесь их обменивали, переклеивали этикетки и уже везли обратно по адресам. Пользовались разными купцами, большинство из которых не знало, что везет. Двихт в итоге сбывали в заведениях, вроде того борделя, и оттуда же получали деньги. У меня есть признание капитана шартонской стражи, что лорды заставляли его отпускать наркоторговцев. Скоро он сам будет здесь и сможет дать показания.

— То есть ты утверждаешь, что и за подпольем стоят ферийцы? — уточнил император. И то, как он построил вопрос, мне не понравилось.

— В этом нет сомнений, Ваше Величество.

Оранджей наморщил лоб и вдруг перевел тему:

— Кстати, как продвигаются поиски моей невесты?

Внутри похолодело. Давно со мной такого не было. Может, и никогда.

— Пока нечем вас обрадовать, — ответил я, стараясь не выдать волнения.

— Плохо, — император пронзил меня острым взглядом.

— Я найду ее, Ваше Величество. Просто на это нужно время.

Мои слова так и повисли в воздухе. Я ощутил кожей, как кабинет наполнялся темной аурой.

— Видишь ли, Лау, — голос Оранджея зазвучал словно из глубины. — Ты все правильно разложил. Ферийцы проявили чудовищное вероломство, но сейчас мы не можем себе позволить второй фронт. А потому…

Вдоль стен у пола поползли, словно змеи, черные вихри. Я отступил к дверям.

—