Речи любовные - Алиса Ферней

Влюбленный человек бережет себя, посвящает себя себе: Полина забросила друзей. Два или три раза звонила Сара, Полина не перезвонила ей. Она знала, что Сара хочет женить на себя Тома, которому это не нужно. И хотя любовные муки сближают, Полина предпочитала переживать в одиночестве. К тому же не хотела надолго занимать телефон в ожидании звонка. Сара поведала ей о своей печальной судьбе любовницы:

— Представь себе — ночь провожу у него, все по полной программе, засыпаем на рассвете, от усталости меня качает, на работу иду не заходя домой. А там все шепчутся за моей спиной: «Она не ночевала дома…» — потому что я одета, как накануне. А тут одна редакторша предложила мне пообедать вместе. Догадайся, что было дальше? Рассказ о любовных похождениях Тома. Я просто наложила в штаны, клянусь тебе. Была вся как выжатым лимон. — Полина не знала, что ответить, но Саре этого и не требовалось. — Кажется, Жиль и Бланш уже не разводятся. Я так обрадовалась, узнав об этом.

— Ты знаешь Бланш Андре? — удивилась Полина.

— Скорее ее мужа! — ответила Сара.

— Вот как!

— Он знаком со всеми преуспевающими людьми в нашем городе!

Полина прикусила язык. Меньше всего ей хотелось слышать о нем из чужих уст. Ни у кого не было права говорить с ней об этом человеке. И хотя о нем говорили не так, как о других, все равно она не хотела ничего знать.

— А вот у Макса с Евой плохи дела!

— Я так и думала. Они без конца ссорились, и даже на людях.

Из разговоров с Сарой Полина узнавала о жизни знакомых.

— Мелюзину поместили в лечебницу, Анри каждый день ужинает в клубе. Можешь пойти взглянуть на него! Выпивает по графинчику красного! Уже пристрастился. Меня это бесит.

Полине было нечего сказать, она едва знала Мелюзину.

Сара продолжала:

— Луизе в пятый раз сделали искусственное оплодотворение, и снова неудача. Она превратилась в тень, а Гийому все нипочем.

— Откуда тебе знать, ты же не живешь с ними. Может, он очень внимателен к ней.

— Марк не вернулся? — спрашивала Сара после часового разговора.

— Который час? — пугалась Полина, глядя на будильник. — Скоро придет. — И они вешали трубки.

Было девять вечера. Полина так долго болтала, потому что знала: в это время Жиль не звонит, так как уже дома.

«Как они проводят вечер?» — задумывалась она о Жиле и Бланш, а потом гнала представавшие ее воображению картины.

Возвращался в работы Марк, обнимал ее — Теодор спит? — И шел взглянуть на сына. Потом они рассказывали друг другу, как прошел день.

Не во всех семьях вечер проходил так гладко.

— Почему ты говоришь, что вернешься в восемь, а возвращаешься в десять двадцать? — такими словами Ева встречала Макса.

— Откуда мне знать, что еще будут посетители, им ведь нужно уделить время. Да и дорога забита.

— Я сыта по горло, — вздыхает она. — Все сама да сама, тебя никогда нет, то собрания, то обеды. У меня же, представь себе, не хватает времени даже пообедать.

Он ждал, когда она закончит список его прегрешений, который он изучил наизусть. При этом она прищуривала глаза.

— Вот и хорошо, я тоже сыт по горло.