Желание неистового графа - Вики Дрейлинг

– Скажи ей, что ты сожалеешь, а потом – что скучал по ней.

– Проклятье, – снова выругался Белл.

Он изрядно струсил в тот день, когда увидел детское платьице. Потом задумался, почему перестал искать себе новую любовницу и как часто Лора занимала его мысли. Он порой ловил себя на том, что улыбается, вспоминая что-то из сказанного ею, или то, как светлеет ее лицо, когда улыбается. Каждую ночь, лежа в постели, Белл пытался представить, как занимается с ней любовью.

При виде того крохотного детского платьица для ребенка ее сестры, его дремавшая совесть вдруг пробудилась ото сна и укорила его, потому что он никогда не сможет дать Лоре то, что она заслуживает. А она так и не поймет: он никогда не станет прежним молодым человеком, которым был когда-то, и что для него не существует выхода.

Следующим днем

Белл в ярости шагал мимо длинного ряда карет, выстроившихся перед городским домом Лоры. Он невольно представлял, как все эти мужчины рисуют в мыслях Лору в обнаженном виде. Как улыбаются ей, воображая, как срывают с нее юбки.

Нужно как-то избавиться от них. Можно, к примеру, вбежать в гостиную с криком «Пожар!». Однако нет гарантии, что это сработает. Эти похотливые сластолюбцы так одержимы ею, что скорее сгорят заживо, чем оторвутся от нее.

Рид открыл дверь, и Белл вошел в холл с букетом роз в руках. Он купил три дюжины, полагая произвести на Лору впечатление. Он догадывался, что, возможно, она сердита на него. И не мог упрекнуть ее в этом. Нужно было продолжать навещать ее. Боже правый, ему придется сказать, что сожалеет.

– Я сам поднимусь наверх, Рид, – сказал Белл.

– Прошу прощения, милорд, но леди Чесфилд не принимает.

Белл топнул ногой.

– На площади полно карет. Очевидно, у нее гости. Еще один ничего не изменит.

– Милорд, мне строго-настрого приказано не впускать посетителей.

– Я не просто посетитель, – возразил Белл. – Я пришел, чтобы доложить ей о сыне.

– Прошу прощения, милорд, но у меня приказ. Однако с радостью приглашу горничную, чтобы поставила в вазу цветы для леди Чесфилд.

Белл не собирался уходить. Не обращая внимания на мольбы Рида остановиться, он пересек мраморный холл. Мысли о похотливых искусителях заставили его взлететь вверх по ступенькам. Он распахнул дверь гостиной и вытаращил глаза.

Его встретили улыбкой девять дам.

Лора не улыбалась.

– Лорд Беллингем, вы снова меня удивляете, – произнесла она, вставая.

По его шее поползло предательское тепло. Боже, он краснел.

– Вы пришли как раз вовремя на собрание Общества помощи сиротам, – продолжала Лора сквозь зубы.

– Да, сироты, – пробормотал он. – Я как раз хотел сделать пожертвование.

– Как это замечательно, – отозвалась дама в желтом.

Вошла горничная с вазой, чтобы поставить букет.

– О, как это мило, – объявила беременная леди. – Он принес вам розы.

Леди Аттертон одобрительно посмотрела на Белла.

– На меня произвело впечатление, что один из наших наиболее известных политиков нашел время в своем плотном расписании, чтобы уделить его сиротам.

– Да, сироты – это серьезный вопрос, – сказал Белл. – Может, им нужна обувь?

Беременная леди улыбнулась.

– Им нужны родители.

– Справедливо, – согласился Белл. – Я холостяк, так что не гожусь для этой роли.

Дама в розовом что-то отметила карандашом в своем блокноте.

– Милорд, какую сумму вы хотите пожертвовать?

– А сколько нужно? – справился Белл.

– О, граф! Вы истинный джентльмен, – похвалила его беременная. – Можно рассчитывать хотя бы на пятьдесят фунтов?

Лора прищурила глаза.

– Он очень богат и щедр, разве нет, лорд Беллингем?

– Бесспорно, – подтвердил он и решил поразить ее: – Запишите тысячу фунтов.

Все дамы, кроме Лоры, захлопали в ладоши и защебетали о его своевременном появлении и великодушии. Увидев, как Лора сжала губы, Белл понял, что его подкуп не сработал.

Видно, придется извиняться.

Дама с карандашом сделала заявление, что собрание следует считать закрытым. Леди Аттертон поддержала предложение. Дамы цепочкой двинулись на выход. Белл поклонился.

Леди Аттертон уходила последней. Поравнявшись с Беллом, она остановилась.

– Примите мой совет: ползайте на коленях.

Ничего подобного он не делал с того дня, как отец застал его целующимся с девкой из таверны.

Как только леди Аттертон ушла, Белл закрыл дверь, заложил руки за спину и подошел к Лоре.

– Вы имеете полное право сердиться на меня.

– Вы обещали давать моему сыну уроки фехтования. А сами перепоручили это кому-то еще. Вы говорили, что Джастину требуется мужской пример для подражания и выразили желание взять на себя эту роль.

Белл сделал глубокий вдох.

– Прошу прощения.

– Думаете, я прощу вас без всякого объяснения? – Глаза Лоры наполнились слезами, но она не позволила им пролиться. – Джастин мой сын, и вы лучше других знаете, что он значит для меня.

– С моей стороны это было глупо и эгоистично, – признался Белл.

– Это и все объяснение? – удивилась Лора.

«Теперь наши отношения стали смахивать на семейные».

– Я не всегда соглашалась с вами, – сказала Лора, – но уважала вас и восхищалась, пока вы не прислали мне ту короткую записку.

Белл вскинул голову. Еще никто не подвергал сомнению его честь.

– Меня все глубже и глубже затягивало в ваши жизни, – пояснил он. – Я взял на себя ответственность за вашего сына и вскоре понял, что даю ему повод привязаться.

– Вы оказывали на него благоприятное влияние, – возразила Лора.

– Но это носит временный характер. Я осознал, что Джастина постигнет неминуемое разочарование, когда по завершении сезона наши с вами пути разойдутся.

– Дело не только в Джастине, – подчеркнула Лора.

– Я знаю, вы не можете дать мне то, что я хочу, а я не могу дать вам то, в чем нуждаетесь вы.

– Послушать вас – все так просто, а на самом деле – нет, – заметила Лора.

– Пожалуйста, посидите со мной, – тихо попросил Белл.

Лора присоединилась к нему на диване, и он взял ее ладонь.

– С того дня, как Монтклиф угрожал вам, я обнаружил, что играю роль сэра Ланселота. До этого мне никогда не доводилось выполнять какие-нибудь обязательства. Я не представлял, какие могут быть последствия.