Останься со мной - Дженнифер Арментроут

– Но ты сказал, что поцелуй был не настоящий.

– Верно. Зато вот этот настоящий.

И Джекс поцеловал меня. По-настоящему. Он прижался губами к моему рту, провел по нему своими губами, словно изучая форму и мягкость моих. Пальцы мои разжались, выпустив одеяло, и я уперлась руками ему в грудь, чуть пониже шеи, чтобы оттолкнуть. На ощупь его кожа была горячей, упругой, немного грубой – словом, другой. Но прежде чем я успела исследовать ее, парень поймал зубами мою нижнюю губу и легонько прикусил ее. Я ахнула от неожиданности и взметнувшей бури эмоций. Воспользовавшись этим, Джекс уже не остановился, проникая языком мне в рот – и я и думать забыла о том, чтобы его оттолкнуть.

Поцелуй… был влажным, глубоким. И это было не хорошо или приятно. Это было грандиозно, прямо как пишут в любовных романах. Джекс пробовал меня на вкус. Другими словами этот поцелуй описать было невозможно. Он чуть наклонил голову и коснулся своим языком моего. Затем провел языком по моему небу и заставил меня надрывно застонать.

Услышав мой стон, он отстранился и сказал:

– Мне нравится этот звук. Черт. Я от него в восторге.

Глаза у меня были закрыты, губы покалывало.

– Я… Я даже не подозревала, что можно так целоваться.

– Проклятье, – прорычал Джекс.

И поцеловал меня снова. Этот поцелуй был столь же прекрасен, как предыдущий, но затем… Затем он перерос в нечто большее. Джекс сжал мою грудь, и мое тело задвигалось само собой. Спина изогнулась, я снова застонала, и ему это, похоже, снова понравилось – в ответ я услышала низкое глубокое рычание. Его пальцы пробежали по моей груди, и его опытный большой палец с поразительной точностью нашел мой затвердевший сосок. Я запрокинула голову на подушку, и Джекс следом за мной подался вперед, продолжая целовать меня и покусывать мои губы и ласкать мою грудь.

Потом он оказался на мне, движением бедра развел мне ноги и устроился между ними. Я выдохнула прямо ему в рот, когда меня пронзило стрелой наслаждения, которая впилась в самую чувствительную точку моего тела.

Разум отключился. Не думая ни о чем, я сделала это. Поцеловала его в ответ. Я провела рукой по его груди, затем по шее. Мои пальцы запутались у него в волосах. Я подалась к нему, желая попробовать и его на вкус, и не стала сдерживаться. Джекс позволил мне зайти дальше, и я смело обвела языком его губы, прослеживая их изгиб. Мои бедра задвигались сами собой и прижались к его, ведомые первобытным инстинктом.

– Боже, а ты завелась. – Он чуть подвинулся, чтобы провести рукой мне по животу. – Знаешь, чего я хочу? Я хочу, чтобы тебе стало еще слаще.

Еще слаще? Я тяжело дышала, чуть не задыхалась. Губы опухли, как и груди. Между ног все так и пылало от напряжения.

– Ты раньше кончала? – спросил Джекс, когда его рука коснулась края футболки, обмотанной вокруг моих бедер.

Я округлила глаза. Что он делал? Я не могла позволить ему просунуть руку под майку. Наслаждение смешалось с паникой. Я схватила его за запястье.

Парень смотрел на меня глазами цвета темного шоколада. Под их взглядом я трепетала, желая всех самых ужасных вещей, о которых он говорил.

– Ты раньше кончала? – снова спросил он.

Залившись краской, я выдавила:

– Д-да. Вроде того.

– Вроде того? – Джекс потянул руку, и я не смогла его остановить: он был гораздо сильнее меня. Его пальцы опустились ниже, но не проникли под футболку. – То есть никто не доводил тебя до оргазма? Кроме тебя самой?

Господи, я поверить не могла, что он задает мне этот вопрос – что этот разговор вообще происходит на самом деле. Сердце колотилось как ненормальное, все тело ныло – буквально горело огнем.

Джекс опустил ресницы и взглянул на меня из-под полуприкрытых век.

– Прекрасно, значит, я буду первым.

Мать честная, не может быть, чтобы он это сказал.

– Джекс…

Секунду спустя парень уже снова целовал меня, опуская руку все ниже, гораздо ниже края футболки. Костяшками он коснулся внутренней стороны моего бедра, и моя поясница прогнулась от наслаждения. Его рука поползла вверх, одурманивая меня легким касанием. Я попыталась свести бедра, но в итоге у меня получилось лишь сжать его ноги своими.

– Я хочу дотронуться до тебя, – выдохнул он мне в рот, и внутри у меня все сжалось. Интересно, можно ли довести девушку до оргазма одними словами? – Я дотронусь до тебя – и больше ничего. Хорошо?

И больше ничего? Не успела я подумать об этом, как Джекс снова меня поцеловал, а тыльной стороной ладони скользнул прямо по тому месту. На этот раз я выгнулась так, что моя спина оторвалась от матраса, и Джекс одобрительно застонал. Я вцепилась ему в волосы, а другой рукой плотнее обхватила его запястье. Затем кончиками пальцев он коснулся моих трусиков, и мне показалось, что у меня вот-вот случится инфаркт.

– Калла, милая… – Он поцеловал меня в уголок рта. – Позволь мне дотронуться до тебя.

Но я не могла. Ни в коем случае. Это было глупо.

– Позволь мне, – повторил он, и его голос словно шелком окутал мою кожу.

Сердце споткнулось, я разжала пальцы и провела рукой по его предплечью и напряженному бицепсу.

Какая же я глупая.

– Моя девочка.

Моя девочка? Я вся затрепетала при этих словах, а потом кровь вскипела у меня в жилах: его пальцы сделали еще несколько движений, легко кружа по моим трусикам и пробираясь все ближе, пока я не развела бедра и Джекс не коснулся самого средоточия моего естества, нажав на него двумя пальцами. Движение. Нажим. Еще одно движение.

– О боже, – выдохнула я ему в рот.

Я почувствовала, как его губы изогнулись в улыбке. Поцелуй стал более страстным, а мои бедра задвигались в такт с его рукой.

– Вот так, – шептал он, творя пальцами настоящие чудеса. – Пусть тебе станет еще слаще.

Я запрокинула голову. Его губы скользнули по моей щеке, и я закричала. Может, даже назвала его по имени. Не знаю точно. Я чувствовала лишь, как распрямляется сжатая глубоко внутри меня пружина, от которой расходятся огромные, мощные волны наслаждения.

Когда напряжение немного спало, а мое тело опустилось на постель, я ощутила на себе его взгляд. Мне должно было быть невероятно стыдно. Я впервые испытала такое. Но потом туман наслаждения превратил мои мышцы в кисель, и я потеряла способность двигаться и думать. Я отпустила волосы Джекса, и моя рука упала ему на шею.

– Лучше, чем я представлял, – пробормотал парень, целуя меня в шею, а затем перекатился на бок, медленно убрал руку и положил ее мне на бедро. – Ты жива?

– Не уверена. Я ног не чувствую.

Джекс усмехнулся.

– Только подумай: это ничто в сравнении с тем, что случится, когда я войду в тебя по-настоящему.