Зависимость - Айви Смоук

Я облокотилась о перила рядом с ним.

– В старших классах я бегала по этим тропинкам.

– Я не знал, что ты любишь бегать.

– Не люблю, – рассмеялась я. – Я себя заставляла. Мне нужно было быть в форме для волейбола. На самом деле я ненавижу бег.

– Ты играла в волейбол?

– Почему ты всегда удивляешься, когда я рассказываю о своих спортивных достижениях? Я единственный ребенок. И я все время играла в разные игры с папой. У него ведь не было сына. – Я пожала плечами. – На самом деле я делала успехи в волейболе.

– Ты вообще умница.

Он обнял меня за плечи.

– Я часто мечтала о том, чтобы у меня был бойфренд, с которым я могла бы гулять здесь. Я даже мечтала о том, как буду втихую уходить из дома на тайные свидания.

– М‐мм. – Он наклонился и поцеловал меня. – Ты всегда была склонна к скандальному поведению. Полагаю, новость о том, что ты встречаешься со своим профессором, не должна в таком случае шокировать твоих родителей.

Я нервно рассмеялась. Я чуть не сказала, что мечты очень отличались от реальности. Но это было бы ложью. Находиться рядом с ним – было воплощением моей самой заветной мечты.

– Какой ты была в старших классах?

– Что ты имеешь в виду? Такой же, как и сейчас. Или нет, скорее, какой я была до встречи с тобой. Застенчивой и тихой. Совсем незаметной. Но больше я не чувствую себя такой.

Мой телефон зазвонил, и я вытащила его из кармана.

– Они оба будут дома через час. – Я была почти разочарована. – Какой план? Как, по-твоему, мы должны начать? Мы уже сказали им, что ты студент. И ты выглядишь очень молодо, Джеймс. Боюсь, они решат, что я шучу.

Он прижал меня к своей груди.

– Не думаю, что есть какой-то легкий способ. Давай постараемся не думать об этом.

– Как я могу об этом не думать? Я хочу, чтобы они полюбили тебя так же, как я.

Джеймс провел рукой по моим волосам.

– Скорее уж твой папа подобьет мне глаз, чем полюбит меня.

Я рассмеялась.

– Он этого не сделает.

Но на самом деле я не была в этом уверена. Я понятия не имела, чего ждать.

– Мне очень хочется посмотреть твой дом. Чтобы подготовить путь к отступлению, пока их нет. На всякий случай.

– Если тебе необходимо будет срочно ретироваться, не оставляй меня в огне.

– Никогда.

* * *

Открывая входную дверь, я немного нервничала. Я не стыдилась своего положения. Но Джеймс был богат. Скромный семейный дом в колониальном стиле на окраине города совсем ему не подходил. Я переступила порог и зажгла свет в коридоре.

Мой кот, Тедди, выбежал навстречу, мяукая. Я рассмеялась и подхватила его на руки.

– Это Тедди, – сказала я и повернулась к Джеймсу.

– Я не знал, что ты кошатница.

– Ну, я бы так прямо не сказала.

Мелисса постоянно шутила, что я стану старухой-кошатницей. И я была рада, что теперь мне это, похоже, не светит. Я протянула кота Джеймсу.

– Ой, м‐мм, хорошо.

Он взял кота, неловко держа его перед собой. И выглядел при этом очень растерянным. Тедди начал вырываться у него из рук.

Боже!

Он бросил Тедди на пол, и кот мгновенно исчез.

Я рассмеялась.

– Итак, похоже, ты не дружишь с животными?

– Так заметно? Когда я рос, у меня не было домашних питомцев. Я к ним не привык.

Я рассмеялась и взяла его за руку.

– Ну, у меня всего один кот. Так что тебе не стоит волноваться, что ты столкнешься с кем-то еще. И я уверена, что оставшуюся часть дня Тедди будет держаться от тебя подальше.

– Надеюсь, это не плохой знак.

Я тоже на это надеялась.

– Не будь смешным. Итак, ну, это наша столовая.

Я прошла сквозь арку в столовую. Это была просто обставленная комната – стол, стулья и несколько фотографий на стенах.

Он подошел к стене и посмотрел на снимок, на котором я обнимала дерево с яркими красными листьями. Я не могла поверить, что мама продолжает менять фотографии в зависимости от времени года. Через несколько месяцев на стене появятся те, на которых я сижу под елкой в подгузнике или в чем-нибудь еще таком же нелепом. По крайней мере на этом фото я была одетая.

– Ты такая прелестная.

Я рассмеялась.

– Я на самом деле рада, что здесь нет моих фотографий в неловком возрасте. Я умоляла маму не вешать их на стены по всему дому. Может быть, она наконец меня послушала.

Я посмотрела на горку с фарфором и резко повернулась к нему. Я обрадовалась слишком рано. Пожалуйста, не подходи к горке.

Словно почувствовав ауру, исходящую от моих ужасных снимков, Джеймс подошел поближе.

– Ты не хочешь посмотреть кухню?

Он наклонился и уставился на фотографию, на которой я улыбалась, демонстрируя брекеты на зубах.

Убей меня.

Он повернулся ко мне и улыбнулся.

– Ты бесподобно милая. Я понятия не имею, почему у тебя прежде не было бойфренда.

– Заткнись.

Я схватила его за руку и потащила из столовой.

– Серьезно, Пенни. – Он прижал меня спиной к двери между столовой и кухней. – Ты прекрасна.

– Но не тут.

Он нежно поцеловал меня в губы.

– Посмотрела бы ты на меня на первых курсах университета.

– Ты, вероятно, всегда был сексуальным.

Он рассмеялся.

– Я уверен, что Роб с удовольствием покажет тебе фотографии, доказывающие, что это не так.

– Я с нетерпением жду с ним встречи.

– С ним не соскучишься. – Джеймс отпустил меня и вошел в кухню. – Мне нравится твой дом. Он… теплый.

Это был замечательный способ описать мой дом. Я чувствовала себя здесь в полной безопасности!

– Теплый. Мне это нравится.

Я повела его в гостиную.

– Гараж и черный ход. Запомню.

– Джеймс, тебе не придется убегать. Ты же не пожилой профессор. Ты даже не так уж сильно старше меня. Ты даже больше не мой преподаватель. Могло быть намного хуже. И я думаю, что они хотят, чтобы я была счастлива. А ты делаешь меня такой счастливой!

– М‐мм. – Он улыбнулся мне.

– Пойдем, мы еще не закончили осмотр дома. – Я показала ему гостиную, кабинет и ванную. – А там вход на цокольный этаж, – сказала я, указывая ему на дверь. – И прачечная, – я указала на другую дверь. – Вот и все.