Лили. Том 2 - Патриция Гэфни

Вспомнив о ребенке. Лили испугалась.

– Дэв…

– Габриэль дотащился ползком до самого дома, дорогая. Его нашла Алисия. Благодаря ему я узнал, где искать тебя.

– Гэйб, – прошептала она. – О Боже! Он умер?

– Я не знаю. Боюсь, что да.

Они опять крепко обнялись, утешая и поддерживая друг друга. Но плечи Лили вдруг напряглись, все ее тело пронзила острая боль. Дэвон испуганно выругался. Она хваталась за живот, а он не мог предложить никакой иной помощи и поддержки, кроме своих объятий. Наконец она распрямилась, видимо, боль отпустила ее. Трясущимися пальцами Дэвон коснулся ее твердого, как камень, живота, пытаясь обнаружить рану. Руки до локтей у нее были в синяках и ссадинах от ударов о скалу, плечи, видневшиеся из-под разорванного платья, – тоже, но никаких серьезных повреждений он не находил.

Лили остановила его руки и, задыхаясь, прислонилась спиной к мокрому камню.

– Дэв, – проговорила она с трудом, – роды начались.

С минуту он смотрел на нее с открытым ртом, потом решительно покачал головой.

– Нет, этого не может быть. Нет-нет, тебе показалось. Этого просто не может быть.

Лили откинула со лба волосы, по которым стекала вода.

– Извини, но мне-то лучше знать…

– Да не могли они начаться! Ты ошибаешься.

– Я ошибаюсь?

– Послушай…

– Дэвон, я рожаю!

– Ладно, ладно, – пробормотал Дэвон, чтобы ее успокоить.

Ему все еще не верилось. Он отвел глаза от ее испуганного лица и стал вглядываться сквозь пелену дождя в неумолимые скалы, холодные, гладкие и скользкие, нависшие над ними отвесной стеной.

– Ты не могла бы…

– Нет.

– Я так и думал.

А как ее нести? Только перекинув, как куль, через плечо и оставив себе всего одну свободную руку, чтобы взобраться на вершину утеса. Но именно сейчас Лили была не в том состоянии, когда ее можно было бы перекинуть через плечо.

– Ну что ж, – произнес Дэвон с наигранным спокойствием, – давай посмотрим, что мы можем сделать.

Пока они разговаривали, два фута твердой суши у них под ногами сократились до полутора.

– О Боже, Боже, – бормотала Лили, стуча зубами. – Не может быть, чтобы это случилось, этого просто не может быть.

– Вот и я о том же…

– Ой!

С сильным стоном она опять согнулась пополам, так крепко сжимая его пальцы, что он готов был вот-вот услышать хруст костей и едва не застонал вместе с нею. Когда боль стихла. Лили вновь подняла голову. Она была бледна, как привидение, все ее лицо покрылось испариной. Дэвон больше не мог отрицать очевидное: у Лили начались схватки.

– Боже! – простонала она. – Что же мне делать? Не могу же я рожать прямо здесь!

– Все в порядке, любовь моя, – заверил он ее, стараясь, чтобы его голос звучал убедительно, – все будет хорошо. Я о тебе позабочусь. Ни о чем не беспокойся, думай только о ребенке.

– Где?

Вместо ответа он поднял ее и взял на руки. Прибой пенился вокруг его ног. Стиснув зубы и щурясь от ветра, Дэвон пошел по мокрой гальке в восточном направлении. Он старался держаться как можно ближе к береговым утесам, но иногда земля уходила у него из-под ног, и ему приходилось брести чуть ли не по пояс в бурлящей воде. Лили изо всех сил цеплялась за его шею и молила Бога, чтобы он не оступился. Они прошли около сорока шагов, прежде чем она начала догадываться, куда направляется Дэвон.

– В пещеру.., ты несешь меня в пещеру!

– В чудную, большую, просторную…

– ..пещеру.

– Да.

– Мы с Клеем…

– ..в детстве играли здесь в пиратов.

– Ну да. Это единственное…

– Я не хочу рожать в пещере! Ой! О, нет… Внезапно дыхание у нее пресеклось, а все тело свело судорогой. В ожидании нового приступа боли она еще крепче ухватилась за его плечи. Дэвон сел прямо в полосе прибоя, держа Лили на коленях, и стал укачивать ее.

– Сильнее, чем раньше, – заметил он нетвердым голосом, когда схватка миновала. Лили смогла лишь кивнуть в ответ.

– Послушай, Дорогая, другого места нет. Там будет темно и, наверное, грязно, но хотя бы сухо. Там мы укроемся от ветра. Мы уже добрались. Видишь? Вход вон там, позади дерева в расщелине.

– Но мы же утонем! Вода…

– ..поднимается футов на двенадцать и забивает вход, но там начинаются ступеньки, ну , что-то вроде ступенек. Они ведут прямо в пещеру, а в ней сухо и безопасно.

Он поднялся, держа ее на руках.

– Что-то вроде?

– Лили, не волнуйся.

– Что это значит, Дэвон?

– Все будет хорошо.

– В пещере живут летучие мыши, верно?

– Нет там никаких летучих мышей!

– И мен.

– Никаких змей.

– – Ну, значит, пауки.

На это у него ответа не нашлось, и Лили воскликнула со злорадной укоризной:

– Значит, есть пауки? Ах ты, лжец!

– Я их раздавлю.

Дэвон поставил ее на ноги у входа в пещеру, представлявшего собой узкую зловещую щель в отвесной скале.

– Давай я первым войду.

– Давай.

– Держись за мою руку. Крепче.

– Тебе легко говорить!

Обеими руками он сжал ее лицо и заглянул прямо в полные ужаса глаза.

– Все будет хорошо, любовь моя, я обещаю.

– Но, Дэв, мне придется рожать в пещере! Он поцеловал ее лоб и щеки.

– А я буду тебе помогать. Я не допущу, чтобы с тобой что-то случилось.

Опять у нее начались схватки. Лили тяжело прислонилась к нему, и прикосновение его могучего тела помогло ей пересилить боль.

– Ты меня не бросишь? – простонала она, когда боль наконец отпустила ее.

– Я никогда тебя не брошу. Идем, любовь моя, вода поднимается. Держись за мою руку.

Лили заметила, что волны разбиваются у самых ее колен. Ей пришлось наклонить голову, чтобы войти в пещеру. Почти тотчас же они оказались в кромешной тьме.

– Прекрасная пещера, что и говорить! – прошипела Лили с сарказмом.

– В самой пещере не так уж темно, – торопливо пояснил Дэвон, – там сверху свет проникает, – добавил он, полагаясь на воспоминания двадцатилетней давности и надеясь, что они его не подведут. – Идем, нам сюда.

Ступени, вырубленные в скале, были высокими и неровными, ему пришлось на каждом шагу подсаживать Лили. На четвертой ступеньке, пока они отдыхали, у нее опять начались схватки.