Я тебя не обижу - Лана Пиратова

– Если ты не выйдешь и не дашь мне переодеться, я не буду с тобой заниматься, – говорю из-за дверки шкафа.

– До чего же ты глупая! – в голосе прямо слышится злость. – Маленькая и глупая! Нахера только связался с тобой?!

Потом раздается звук удара о шкаф. Вздрагиваю, но из-за дверки не выхожу.

– У тебя десять минут, – доносится с той стороны. – Жду в кабинете.

Потом хлопок двери. Выглядываю. Марата в комнате нет.

Выдыхаю и быстро переодеваюсь.

Бегу в кабинет, но, зайдя, обнаруживаю, что Марата там нет. Еще раз оглядываюсь и сажусь в кресло. Проходит не десять минут, а полчаса, прежде чем дверь в кабинет открывается и заходит… какая-то незнакомая мне женщина в очках.

– Здравствуйте, Дарья, меня зовут Виола Юрьевна. Я – ваш репетитор. Давайте сначала проверим ваш уровень знаний.

Удивленно смотрю на нее, но берусь за ручку и открываю тетрадь.

На что я рассчитывала? Конечно, Марат не будет тратить на меня свое драгоценное время.

А еще про приток крови с утра рассказывал. Чувствую, как внутри зарождается обида.

Что за бред? Не все ли мне равно?

Я должна математикой заниматься, а не этими глупостями.

Поэтому отгоняю ненужные мысли и сосредотачиваюсь на разговоре с Виолой Юрьевной.

Мы занимаемся два часа. Я это отнимает у меня много сил. Остаток дня я провожу с Ольгой Константиновной. Помогаю перебрать документы, навести порядок в библиотеке и выбрать цветы для сада.

– Дарья, – вдруг спрашивает Ольга Константиновна, когда мы рассматриваем каталог с растениями, – а как ты относишься к Марату.

Я сразу же настораживаюсь.

– Почему вы спрашиваете?

– Обычное любопытство, – пожимает она плечами. – Я же мать. Отлично знаю своего ребенка, даже если он уже и вырос в здорового мужика. Повадки-то у него остались как и в детстве.

Это точно.

– И я давно уже не видела его таким, как сейчас, – продолжает Ольга Константиновна, листая каталог. Говорит это как бы между делом. – Просто подумай о том, что каждый имеет право на шанс. Ты еще очень молода. Вам свойственен максимализм. Но я вижу и зачатки мудрости в тебе.

Теперь она уже смотрит мне в глаза.

– Маленькие пока, но они есть, – улыбается. – Я хочу счастья своим детям. Как любая мать. И Марат заслуживает его, как никто другой. У него в жизни было достаточно разочарований. Может быть, когда-нибудь он расскажет тебе. Я не вправе делать это.

Я молчу, но и взгляд отвести не могу. Настолько проникновенно она произносит эти слова.

– Ты умная девочка, – гладит меня по руке. – Уверена, ты поступишь правильно. Немного женской мудрости, совсем чуть-чуть.

Кивает и улыбается.

Вечером я сижу в своей комнате, пытаясь повторить то, что проходили сегодня с репетитором, но в голову лезут лишь слова, сказанные Ольгой Константиновной. Закрываю уши руками, пытаясь заглушить их.

Вдруг открывается дверь и в комнату входит Марат.

– Марат, – говорю я сразу же, – тебе, наверное, еще не успели сказать. Когда входишь в комнату к другому человеку, лучше постучаться. Мало ли, я не одета?

Он улыбается.

– Вот на это я и рассчитываю каждый раз.

Недовольно фыркаю и отворачиваюсь.

– Пойдем, – подходит и встает совсем рядом.

– Куда? – с тревогой в голосе спрашиваю я.

– Домашние задания проверять буду. Зря, что ли, я деньги репетитору плачу? – ухмыляется он.

– А зачем куда-то идти? – не понимаю я. – Здесь проверь.

– Здесь, – кидает взгляд на кровать, – у меня мысли об одном, Даш. Как поставить тебя раком и трахнуть.

Сжимаю губы и складываю руки на груди. Марат, не скрывая, радуется моей реакции на его слова.

– Так что, лучше не спорь. Пошли.

И он впервые подает мне руку. Не хватает сам, а подает. Какие-то секунды просто смотрю на нее, но потом протягиваю свою.

И он сразу же перехватывает ее и тянет меня на себя.

Марат ведет меня к машине.

– А в доме нет комнаты для проверки? – спрашиваю я, когда он легонько толкает меня в машину.

– Нет, – сухо отвечает и закрывает за мной дверь.

– Марат, куда ты везешь меня?

Он упорно молчит. Внимательно смотрит на дорогу и никак не реагирует на мои слова.

И привозит меня… в ресторан?!

Помогает выйти из машины.

– Марат? – возмущенно смотрю на него. Он ведь продолжает игнорировать мои вопросы.

Взяв меня за руку, ведет внутрь. И сразу на лифт. Заходим в какую-то комнату.

Первое, что бросается там в глаза, огромные панорамные окна. Я не сдерживаю восхищенного восклицания. Подхожу к окну и любуюсь видом вечернего города.

– Нравится? – слышу сзади совсем близко голос Марата.

Оборачиваюсь и почти утыкаюсь в его губы.

Марат обнимает меня за талию. Как-то слишком слабо для него. Не сжимает как обычно.

– Вот, скажи мне, Даш, – говорит тихо. – Ты совсем не скучаешь по нашим…

Задумывается, как бы назвать. Ищет подходящее слово? Выглядит это забавно. Решаю прийти ему на помощь.

– Я не думала об этом, – говорю и пытаюсь сдержать улыбку.

– А я скучаю, – теперь уже прижимает меня к себе плотнее. – Ты знаешь, – наклоняется и шепчет в самое ухо, – у меня никого не было все это время.

Недоверчиво смотрю на него.

– Если ты и дальше продолжишь в том же духе, то сделаешь из меня импотента, – он приподнимает бровь. – Сама же потом жалеть будешь. Всю оставшуюся жизнь.

Последняя фраза заставляет меня пристально посмотреть на него.

– Так, ладно, пошли поужинаем, – отвлекается он и тянет меня за руку за стол.

Помогает сесть на диван. Сам садится напротив на стул. Накладывает мне в тарелку какую-то еду и наливает вино.

Но я не собираюсь пить.

– Расскажи мне о себе что-нибудь, – просит, принимаясь за еду. – Где родители твои? Почему ты одна?

– Родители погибли в автокатастрофе, – рассказываю я, опустив взгляд. – Давно. Я еще маленькая была.

– Прости, – говорит Марат. – С братом жила?

– Да. И с его женой.

– Не ужилась?

Киваю.

– Понятно, – заключает он.

Кладет приборы и складывает руки на столе. Внимательно смотрит на меня.

– Рубен звонил?

Киваю опять.

– Когда в последний раз? – голос опять становится жестким.

– Не помню, – пожимаю плечами.

– Так, Даша, – произносит строго. – Я не люблю повторять по много раз. Еще раз ответишь ему и…

– Что? – перебиваю я.

Он зло зыркает на меня, сжимает губы. Опять возвращается прежний Марат.

– Не перебивай, – цедит сквозь зубы. – Ответишь и пожалеешь.

– Ну, я же не могу просто игнорировать его звонки, – притворяюсь дурочкой. Мне так нравится его реакция на мои слова, что я не могу остановиться. – А вдруг он с неизвестного номера позвонит. Тогда тоже пожалею?

– Он больше не позвонит.