Новенькая для мажора - Елена Чикина

― Арина Голубева?

― Да, она.

― Значит, просто предложил переночевать по доброте душевной? В гостевой комнате, чисто по-дружески? ― спросил с иронией.

― В гостевой. Но насчет «по-дружески»… ― парень немного помолчал, словно собираясь с силами. ― Я и раньше хотел ее с вами познакомить. С тобой и Олесей. Она очень много для меня значит.

― Вот как. Выходит, первая любовь? ― хмыкнул мужчина.

― Да… любовь, ― в низком голосе Руслана появилась какая-то особая интонация. ― Не знаю, как еще это назвать. Со мной никогда такого не было!

― Первая любовь — это прекрасно. Ладно, раз такое дело.

У меня исчезло дыхание. Я приложила руки к груди.

Мысли перемешались, к щекам прилила кровь, душу пронзило удивительное безумное чувство…

Вместо того чтобы отправиться в западную часть особняка, я поднялась по ступенькам и вернулась в свою комнату.

Все мое существо было захвачено странными эмоциями, тело горело, душа словно вывернулась наизнанку. Я задыхалась от чувств, переполнивших меня, сделавших со мной что-то немыслимое.

Неужели… неужели Руслан действительно любит меня?..

Раньше я в это не верила. Все это время мне казалось (я была уверена), что он просто преследует какие-то свои, далекие от романтики, цели. Не доверяла, запрещала себе думать об этом парне, искала скрытый смысл в его словах и поступках. И даже если бы он признался мне в любви… я просто точно так же не поверила бы ему!

Нет, я все еще не могла ему до конца доверять ‒ ведь за эти дни он совершил столько ужасных противоречивых поступков. Я не знала, кто этот парень и что творится в его душе. Не понимала, как он может быть одновременно заботливым и грубым, жестоким и нежным. Но я поняла…

Поняла, что больше не могу…

Выйдя за дверь в каком-то бездумном ошеломленном состоянии, я снова направилась к лестнице, но тут вдруг увидела его. Он как раз выходил из своей комнаты.

Не успев все как следует обдумать, не успев себя остановить, я просто подошла к нему… обняла его шею. Откинув голову, посмотрела в его черные глаза.

Его брови чуть приподнялись, губы приоткрылись. Но он тоже обнял меня, обхватил мое тело мускулистыми руками и прижал к себе, крепко и нежно. В этот момент мы будто стали одним целым. Двумя кусочками головоломки, соединившимися с негромким щелчком.

Нет, я все еще не могла ему доверять. Но я поняла, что не могу больше игнорировать биение своего сердца. Не могу держаться вдали от него.

Я должна была совершить прыжок веры, даже если на дне этой пропасти меня ждали железные штыри и острые камни.

Руслан приблизил лицо к моему. Близость его красиво изогнутых чувственных губ на мгновение лишила меня разума. Но вот они прижались к моим губам. И то, что я при этом почувствовала, было не описать словами.

Горячие, настойчивые, они раскрыли мои, и я ощутила его обжигающее дыхание. Его язык скользнул в мой рот. Слился с моим языком.

Боже…

Я растаяла, как шарик мороженого в знойный летний полдень. Куда-то провалилась, полетела, упала…

Никогда, никогда со мной не случалось ничего, подобного этому.

Мое тело прижималось к его обнаженному железному торсу, покрытому татуировками. Всей кожей я ощущала эти стальные мышцы, их сдержанную силу.

Язык Руслана проникал в мой рот глубоко и жарко, бархатистые губы были ласковыми, но властными. Ладони переходили от моей спины к талии и ниже, сжимали мое тело крепко, до боли. Ему было мало меня… и я чувствовала то же. Мои пальцы перемещались от его волос к лицу, к тренированному животу, к грудным мышцам, впивались в спину.

Проведя губами по щеке, он перебрался на мою шею. Прикусил ее, прошелся по коже языком.

― Руслан… ― судорожно вздохнула я.

Нажав на ручку двери в свою комнату, парень завел меня внутрь. Увидев его кровать, я сделала короткий выдох. Закусила губу.

Мой первый раз, настоящий первый раз, который я запомню… Часть меня все еще чего-то боялась, опасалась перейти эту черту, стереть, уничтожить все границы между нами.

Другая моя часть больше всего на свете желала именно этого.

Прыжок веры, падение в пропасть… Мое тело наполнилось невыносимой горячей слабостью. Позволить ему завладеть собой, отдаться на растерзание дикому хищнику? Когда-то я сказала себе и ему, что этого не будет никогда. Но я больше не могла врать ни одному из нас ‒ мне безумно, до дрожи хотелось этого с того момента, как его красивые чувственные губы впервые меня коснулись.

― Ариша, ― низко и хрипло прошептал в мою шею, ― как же долго я этого ждал…

«Но ведь он давным-давно меня получил», мелькнула мысль в моем мозгу.

Но, наверное, он имел в виду нечто другое ‒ ведь ему нужно было не только мое тело.

Моя кожа рядом с его казалась белоснежной, тонкой и прозрачной. Руки Руслана, эти на удивление длинные, изящные, для такого атлета, кисти, на моем теле выглядели слишком большими и по-мужски грубоватыми. Но их прикосновения становились чем-то, чего я еще никогда не испытывала.

Мой купальник соскользнул куда-то на пол.

Уложив меня на кровать, Руслан спустился ладонями и губами вниз по моему животу. И тут внезапно движение его языка вызвало во мне такие ощущения, каких я не смогла бы себе даже вообразить. С моих губ сам собой сошел прерывистый стон; я изогнулась дугой, вцепилась пальцами в покрывало.

Он продолжил ласкать ртом мое тело, всем моим существом овладело непереносимое чувственное удовольствие.

Я вздохнула, ахнула, застонала громче.

― Руслан!.. Боже…

Вернувшись к моим губам, поцеловал меня глубоко, с той же безжалостной нежностью. Поставив руки с обеих сторон от моей головы, взглянул мне в лицо. Я посмотрела в его черные глаза, от страсти, от желания горящие, как угли. В них все еще отражалось что-то, что пугало меня, но при этом сводило с ума.

Это было что-то дикое, мужественное, что заставляло меня безотчетно, отчаянно желать принадлежать только ему…

Я знала, что мне не будет больно, но все равно почувствовала, как от волнения моя кровь, закипая, помчалась по венам с невероятной скоростью. И ощутив, как он вошел в меня, наполнившись им изнутри, я выгнулась в непереносимо сладком исступлении… и наконец, поняла, что я действительно его.

Его до последней клеточки тела.

* * *

Лежа на груди у