Модель по вызову - Марина Дмитриева

— Я видела вас, когда вы ужинали в «Селесте».

«Моя красотулька», «кошка ебливая», «принцесска моя сладенькая», — зазвучал ласковый голос Упыря в моей голове. Нет… я слишком здравомыслящая девушка, чтобы допускать подобную возможность! Такие, как Упырь, не способны любить, только временно увлекаться. Это просто необходимое для многих мужчин разнообразие в сексе и ничего больше.

— И ты тоже... на него смотрела… В общем, вы производили впечатление настоящей влюбленной пары, которой очень хорошо вместе.

— Это не любовь! Это не может быть любовью! Мы просто болтали и все.

Хотя, пожалуй, нам действительно хорошо вместе, раз мы так были поглощены друг другом, что даже не заметили присутствия в ресторане Алены.

— Ален, только ты могла выдумать такую ересь. Просто Юра посчитал, что я слишком неопытна. Если честно, до Чернова секс у меня был только один раз и то не очень удачный. Поэтому он и решил, что, прежде чем такое бревно подкладывать под клиентов, его нужно немного расшевелить, подучить премудростям секса. Вот и вся любовь... Но согласна, в постели Юрик просто высший класс. Даже никогда не думала, что бывает так… ну, скажем, приятно.

Великолепно! Феерично! Прекрасно!

— Любовь нечаянно нагрянет… — продолжила говорить глупости Алена.

— Не в нашем случае, — упрямо ответила я.

— Да ладно! Признайся, что ты влюбилась в Юрика?!

Нет… я не могу быть такой дурой. Я просто, раз уж есть такая возможность, получаю удовольствие.

— Глупости, Ален. Большие глупости. Ты перечитала любовных романов.

Подружка погрустнела:

— Но знаешь, так хочется верить иногда, что любовь все-таки существует...

— Возможно, существует, — примирительно сказала я, — но уж совершенно точно она невозможна с таким человеком, как Юрик.

Даже думать об этом глупо. Да и не до любви мне сейчас. Потом, когда мы вылечим Темку, найду себе хорошего скромного парня, наподобие Ромы Васильева с моей основной приличной работы. Тогда и можно будет дать волю чувствам.

ГЛАВА 13

Светик, — басил в трубке голос моего непосредственного руководителя, Чернова Юрия Николаевича, — в четыре часа ты должна быть в агентстве «Соблазн», и прихвати, пожалуйста, подарок из ювелирного магазина.

— Что-то намечается? — затаив дыхание, уточнила я.

Неужели все, срок моего обучения закончился?! И теперь у меня появятся реальные клиенты… Что за противная дрожь в теле?! Я должна радоваться... Юра, конечно, щедрый парень, но, возможно, мои другие покупатели будут еще более богатыми и расточительными. Выпрашивать подарки я тоже уже почти научилась. Купил же мне Упырь колье и сережки из лазурита, а еще балетки, красивое белье и вагинальные шарики. Впрочем, последние два пункта — это чисто его инициатива. Только радости внутри совершенно не чувствовалось. Не готова я сегодня, прямо сейчас, начать свою трудовую деятельность, да и, если честно, плохо представляю себя в постели с кем-то, кроме чертового Упыря.

— Потом узнаешь, — И отключился… Юрий Николаевич сегодня предельно лаконичен.

Гад! Самоуверенный наглый гад!! Неужели нельзя ответить правдиво?! Зачем эта устрашающая, леденящая душу таинственность? Никаких нервов с ним не останется! Или он тоже думает, что я должна быть рада? Ведь у меня был целый месяц, чтобы принять мысль о своей последующей продаже.

Всю дорогу до модельного агентства «Соблазн» я внутренне обмирала, хуже того, медленно умирала, коченела бескровной ледышкой. Судорожно куталась в курточку, пытаясь согреться, хотя на улице, тем более в автобусе, не было холодно. Это всего лишь тело, Светик, всего лишь тело... Грязь не коснется твоей души, и потом, когда Артем вылечится, ты начнешь новую жизнь, сотрешь, словно ластиком, воспоминания, и больше не будет ни одного поступка против своей совести и принципов! Боже, но я не готова! Я не хочу!! Не хочу, чтобы он меня продавал!

Юра стоял во дворе особняка агентства и с кем-то разговаривал по телефону. Одет в белый с черными полосками спортивный костюм, на ногах дорогие кроссовки. Выглядит как всегда стильно. Известный боксер-тяжеловес вышел на… учитывая цвет костюма, на праздничную пробежку.

Заметил меня, помахал приветливо рукой и поспешил закончить разговор. Один шаг, второй, третий — расстояние между нами сократилось.

— Ты чего бледненькая, Светик? — скалил зубы бритоголовый.

Такой большой, сильный, близкий, мой… Разве он сможет продать меня другому?! Господи, Светка, какой чепухой забита твоя башка! Он сутенер! Такие, если назначат хорошую цену, и мать родную продадут!

— Видимо, сегодня я наконец-то приступлю к работе.

— Похвальное трудолюбие, принцесска, — продолжал ухмыляться Юрик.

Такой красивый, сильный, такой притягательный…

— Говорят, ходить на работу — к деньгам, — ответила я когда-то слышанным афоризмом. — А еще говорят, лучшая работа это та, которая приносит удовольствие. Пожалуй, мне повезло устроиться так удачно.

Бритоголовый засмеялся… Хорошо хоть кому-то весело, потому что мне от своей удачливости порой выть хочется.

— Светик, подойди ближе.

Сделала несколько шагов в сторону своего непосредственного руководителя, остановившись на расстоянии вытянутой руки. Внутри что-то опять обмирало, но теперь уже не страх, это змеи радостно шумели, реагируя на своего хозяина. А потом шаг вперед сделал он... Ахм… Весь воздух из легких вышел, задохнулась от его мощи. Мужская лапища запуталась в волосах, притянул к себе мою голову, твердые губы требовательно впились в рот. Улетаю! Как всегда, я от него улетаю! Чтоб он провалился, чертов сутенер! Нет, не провалился... только выпив остатки разгоряченного воздуха из моих легких, чуточку отодвинулся, уставившись хитрым прищуром мне в глаза.

— Пройди в гардеробную, там Павлик приехал, он подкрасит твой луноподобный фейс и завьет волосы златовласки.

Я, разгоряченная нашим поцелуем, полетела своим «луноподобным фейсом» прямо в снег. Готова не готова, хотела не хотела, но сегодня мой первый рабочий день. Холод прошелся по каждой клетке. Кажется, даже кожа покрылась инеем... Как я буду такой ледяной с кем-то трахаться?

Павлик, стилист, который подрабатывал в салоне «Соблазн», долго, очень долго возился с моими волосами… мыл, подстригал кончики, завивал, затем принялся тщательно подкрашивать лицо, скрывая за слоем тонального крема и румян мою побледневшую кожу. В его кресле я провела полтора часа. Долго, но перед смертью не надышишься... Во всяком случае, готовности и смелости во мне за это время так и не прибавилось.

— Света, ты прекрасна! Какая великолепная фактура! Ну просто Брижит Бардо в молодости!

Внимательно всмотрелась в зеркало. Оттуда на меня глядела волнующаяся перед первым балом принцесса. Давай называть вещи своими именами,