Заслони меня собой - Мария Устинова

— Рад, что тебе нравится.

Конечно, нравится. Из его рук меня бы даже колечко из жевательной резинки обрадовало.

Мы еще немного повозились, и я задремала в нагретой постели. Он привалился к спине, целуя шею, и я окончательно провалилась в сон.

А когда открыла глаза, Яра рядом уже не было.

Глава 45

В окно било солнце — ранее утро. Я по опыту могла сказать, что сейчас около семи.

За спиной раздалось звяканье, и я перевернулась на другой бок: распахнув шкаф, Яр собирался. Рубашка болталась на спине пузырем, расстегнутые манжеты обвисли. Черные брюки он уже надел, но еще не застегнул.

Я смотрела, как неторопливо он выбирает ремень, перебирая их в держателе на дверце шкафа. Тщательно выбрал один в одинаковом ряду, продел в брюки, и затянул.

Яр обернулся: голубые глаза были безмятежными, как небо в полдень. Звериными.

— Яр, — позвала я и у меня вырвалось. — А кто ты? Человек или нет?

— Человек, — серьезно ответил он. — Но ты считай, как тебе больше нравится, Рита.

Я сонно улыбнулась. После всего мне уже мало было разницы.

— Ты куда? Опять к своим друзьям?

По его лицу пробежала странная тень.

— У меня нет друзей, только временные союзники… — Яр замолчал, словно решал, рассказывать мне то, что его беспокоит или нет. — Паша звонил с новостями. Собирайся, съездим.

Странный паренек обещал разузнать, кто хозяин таинственной бутылочки. Неужели получилось?

После отличной ночи и приятного пробуждения эти новости окунули в холодную воду.

— А он не сказал, в чем дело? — спросила я. — Он узнал, кто сделал вещество?

Яр пожал плечами, застегивая манжеты.

Я томно потянулась всем телом, наслаждаясь негой в мышцах, и вскочила с кровати. До того, как меня вымотала взрослая жизнь, я всегда вскакивала, как солдат по свистку. Но потом тяжелая работа, иногда по две смены, потом дом… Я разучилась радоваться новому утру и глаза открывались навстречу солнцу с трудом.

Зато сейчас я чувствовала себя бодрой, как никогда.

— Как рана? — вспомнила я.

— Отлично, — улыбка сверкнула на смуглом лице. Он застегнулся и повязку под рубашкой я не успела увидеть.

Яр принес из «ягуара» мою сумку и я достала свежую футболку с коротким рукавом. Насыщенный бирюзовый цвет очень подходил моему настроению. Шорты придется надевать вчерашние — запас одежды закончился.

Во двор мы спустились вместе. Машину он перегнал к подъезду.

Я села в «ягуар» уверенно, словно это моя тачка, и Яр вырулил на дорогу. Мы покатили мимо сияющих на солнце витрин. Я пожалела, что у меня нет солнцезащитных очков, и опустила козырек.

Солнце заставило меня хмуриться. Мыслями я вернулась к флакону с ядом и тому злополучному дню в «Магнолии». Очень многое оставалось неясным.

Один вопрос волновал меня больше остальных.

— Как ты думаешь, почему именно я? — задумчиво спросила я. — Почему меня заставили отнести тебе коктейль?

Яр расслабленно сидел за рулем: его ничего не беспокоило. Легкая полуулыбка на лице, неосознанная, словно он привык к такому выражению, напомнила мне наши встречи в кафе.

Он всегда выглядит так, словно в его жизни случается только хорошее.

Какое-то время он молчал, сосредоточившись на повороте. Может, обдумывал вопрос. А мне до сих пор не давало это покоя.

— Думаю, ничего странного, — Яр пожал плечами. — Из рук незнакомой официантки я бы ничего не взял. Подозрительно, а я недоверчивый. Меня обслуживала только ты.

— Яр, — меня поразила неожиданная мысль, прямо как вспышка сверхновой. — А тебе не кажется, что это делает тот, кто хорошо тебя знает?

— Возможно, — хмыкнул он.

— Это кто-то из твоих знакомых, — горячо сказала я, хватая его за руку. — Уверена!

— Разберемся, — ответил он. — Послушаем Пашу, может, расскажет интересное.

Он обогнал медлительное ярко-красное «пежо» и с заносом свернул влево — во двор.

Яр старался выглядеть беззаботно, но между бровей появилась складка. Я его озадачила. Он прикидывал, кто из знакомых мог его подставить.

Павел нас ждал, гостеприимно распахнув двери.

Беспечно ухмыльнулся и отвел нас в знакомую комнату-лабораторию. Яр прошелся по комнате и оглядел столы с аппаратурой.

— Что выяснил? — осведомился он о причине звонка.

— Так, детали, — Паша дергано сел за стол и отбросил длинный сальный хвост за плечо. — Ты говорил, лабораторию Амина уничтожили?

Яр прищурился, сунув руки в карманы. Паша многозначительно молчал. Не выдержав, Яр с улыбкой кивнул, требуя продолжения. Любезное выражение лица сделало его похожим на повзрослевшего плейбоя.

— И что? — со смешком бросил он, не дождавшись продолжения.

— А говорят, работает, — Паша нервно дернулся и спрятал руки под столом. — Ты когда в последний раз там был?

Яр не ответил и снова начал бродить по комнате. Я видела, он о чем-то думает, хотя изо всех сил сохраняет невозмутимое выражение лица.

— Несколько лет назад, — с неохотой ответил он. — Кто говорит?

— Волки.

— А что у тебя с ними за дела? У тебя нет с ними конфликтов?

— Что ты, Яр! — Паша шутливо закрылся руками. — Я ни с кем не ссорюсь! Зачем? Чтобы они меня преследовали? Ты же знаешь, одного тронешь, все ополчатся. А я не ты… Не отобьюсь.

— Правильно, — одобрил Яр. — Мирным быть хорошо. Паш, лабораторию я уничтожил лично. Ты что-то мозги пудришь, там ничего не осталось. Голые стены.

Паша почему-то испугался его насмешливого, но пристального взгляда.

— Ты о чем?

— Поговорить надо, Паша… Смотри, сказки мне рассказываешь. Волки с тобой личным делятся. Я тебе надоел, да? Кому ты меня сдал?

Если бы я его не знала, никогда бы не подумала, что Яр всерьез: тон голоса немного упал, но лицо осталось прежним — доброжелательным. А Паша перепугался не на шутку.

— Да ты что, Яр, — Паша сглотнул, дернув кадыком. — Мы же друзья!

— Не друзья, — возразил он. — Смотри, ты много кого знаешь. Ненавидел Амина, не так ли? У тебя есть лаборатория. Ты мог сдать меня и сам сделать катализатор.

— Яр, зачем так, — заканючил он. — Ты покажи, кто не ненавидел Амина! Я тебе клянусь, я не крыса!

Яр недружелюбно рассматривал его в упор. У него был вопросительный взгляд, словно он ждал, что решит Паша. Его устроит любой исход. Паша-друг или Паша-предатель — лишь бы определенность. А разочарование в людях — это не стезя Яра, друзей у одиночек не бывает.

— Последнее дело тоже было от тебя.

— Вспомни, кто она! — Паша поднял вверх указательный палец. Лицо стало