Аромат тьмы - Ольга Вадимовна Гусейнова

И вздрогнула, когда Рамдер жестко оборвал докладчика на полуслове:

— Я приказал вам принести мне голову Черной Лесиры-Девственницы! Где она?

Вперед вышел Дашейн и за золотые волосы вытащил из мешка голову Велины-Лесиры:

— Вот!

Я покачнулась и уткнулась в плечо Фрея, с трудом сдерживая рвотные позывы. Какой кошмар.

— Я сказал, голову Лесиры, а не подменного тела! — взревел Рамдер, вытаращившись на меня злобным взглядом.

— Но она не Лесира, — осторожно возразил Иор и столкнулся с таким взглядом короля, что не осмелился продолжить.

— Если бы не эта дрянь, тебе пришлось бы резать много, очень много невинных голов, — лениво, снисходительно вмешался Фрей, демонстрируя на ладони пылающий тьмой кинжал. Тот самый!

— Длань Рамоха! — потрясенно прохрипел Иор.

Дашейн отшатнулся, среагировала его светлая магия.

По залу пронесся гул ужаса, а вот Рамдер завороженно смотрел на кинжал в руке Фрея. Я своей сутью чувствовала, что король по самую маковку заражен Злом, не первозданным, что несет мир Дальмейн, не хаосом Великого Рамоха, а нажитым с годами, накопленным неправедными делами, обидами, ненавистью и завистью — всем тем негативом, что сжирает изнутри, если не получилось с ним справиться.

Рамдер махнул рукой и к Фрею поторопился мужчина, пожилой, нарядно одетый и чересчур украшенный, в смысле обвешанный «золотом-бриллиантами» поверх одежды с обильной вышивкой.

— Отдай его нашему архимагу, он… — не успел закончить его величество.

Потому что древнейший и самый жуткий артефакт, что я могла себе представить, вспыхнул в кровавом пламени Фрея прямо у него на ладони. Рукоять-накопитель кинжала лопнула, крошево разлетелось в стороны, но не достигнув разом охнувших людей и протянувшего руку архимага, испарилось кровавыми каплями.

— Ой, — выдал Фрей с кривой ухмылкой, глядя на покрасневшего архимага, — сломался! Видно, не выдержал близости рядом с вашей искрящейся светлостью…

Рамдер встал, причем с таким императивом, будто хотел убить лично за то, что кто-то «лежал в моей кровати и съел мою кашу». И даже сделал к нам несколько шагов, но замер, сверля взглядом Фрея.

— Хвала Свету! — ну прямо очень «искренне» обрадовался темный Иор, будто нечаянно заступая повелителю дорогу. — Таким вещам не место на Ариме. Эта дрянь несет первозданное зло в мир людей.

Его поддержал светлый товарищ Дашейн:

— Тем более этот артефакт открывал врата в проклятый Дальмейн. Даже наш отряд с трудом и огромными жертвами смог бы справиться с одной из тех тварей. А если бы они пришли толпой — нам всем конец. Всему Ариму конец!

— Согласен. Этой дряни не место в вашем мире. — Усмехнулся Фрей.

А мне подумалось, что вайр специально, как и дальмейна утром, зачем-то дразнит короля, провоцирует на глупости и добивается чего-то.

Словно подтвердив мою догадку, Фрей вынул из-за пазухи еще один кошмар.

— Что это? — с трудом сдерживая гнев, процедил Рамдер.

А вот архимаг профаном не был, вон аж воротник камзола рванул, видно, горло от чувств сдавило. Окружающие слишком сосредоточились на том, как жонглировал чужой душой Фрей, а я вслушивалась в его зловещее предупреждение:

— Душа проклятой Черной Лесиры. Решил показать ее вам… ну и другим, чтобы неповадно было заключать договора с иномирными тварями ради власти и могущества.

— Отличный подарок, Фрей! Ты заслужил прощение за сломанный артефакт! — произнес подобревший Рамдер.

Хм, неожиданно. Иор испуганно, встревоженно посмотрел на Фрея, потом предупреждающе, умоляюще — на короля.

Фрей, повертев сферу с мечущейся проклятой душой, смерил взглядом протянутую к ней руку короля и — поджег эту чудовищную ловушку, как кинжал Рамоха, под общий крик собравшихся.

— Ой! — снова с ленцой выдал он, видно решив добить повелителя Лавера. — Случайно вышло, от нервов. Возненавидел эту тварь, мечтал, чтобы сдохла. Всю кровь мне выпила, вот и не сдержался, спалил…

Иор замер, выпучив глаза, — растерялся и не знал, что делать. Дашейн, прилично принявший на грудь, побагровел, не дай бог инсульт хватит. Король побелел от ярости, еще и стоял с протянутой рукой как последняя попрошайка, которой не подали медяк. Он медленно опустил руку, мне показалось, мысленно считал, чтобы успокоиться. Затем, развернувшись, медленно подошел и бухнулся на трон. Поднял на нас такой взгляд, что я поняла: мне конец.

— Ну что ж, раз душа терзавшей Лавер черной магини уничтожена, дело осталось за малым. Пусть мой народ порадуется нашей победе и силе! Я успокою подданных, Лесира нам больше не угрожает! — постановил Рамдер и с нескрываемым злорадством, глядя в глаза Фрею, кивнул в мою сторону: — Сегодня на дворцовой площади ты лично казнишь ее тело.

Я замерзла. Вокруг полно людей, множество магов, как мы будем выбираться из королевской ловушки? Но почему-то Фрей наоборот неожиданно расслабился.

— Она моя истинная пара! — заявил Фрей, по-моему, излишне напряженно, наигранно.

И еще сильнее раскочегарил топку злорадства в душе его величества, который, вцепившись за подлокотники и подавшись к нам торсом, взревел:

— Ты поклялся служить мне!

— Нет, я поклялся защищать тебя от врагов! Ты абсолютно уверен в своем приказе убить Олесю? — вкрадчиво уточнил Фрей.

Откинувшись на спинку трона, Рамдер скривил лицо в презрительно-торжествующей гримасе. И громко повелел:

— Да! Я приказываю тебе убить ее! Та, что лишает тьмы, может и другую магию забрать. Нам такие сюрпризы не нужны!

Иор сорвался. Наступив на нижнюю ступень пьедестала перед троном, взволнованно выпалил:

— Нет, Ваше Величество, вы не можете… Не понимаете!

Наверное, именно нога на ступени и «вы не можете» помешали королю прислушаться к Иору, поэтому тот заработал злобное высочайшее возмущение:

— Молчать! Ты забыл с кем говоришь?

— Главное, чтобы ты больше не забывал, с кем говоришь и кому смеешь отдавать приказы! — насмешливо заметил Фрей, напоминая мне довольного маньяка, когда жертва совершила главную ошибку и попала в расставленную ловушку.

Дальше, повинуясь жесту вайра, красные нити, разлетевшись по залу, вспарывали кожу на руках придворных, впивались и высасывали энергию. А хозяин нитей рисовал сложнейший витиеватый рисунок на полу — очередной портал-переход, надо думать.

— Что происходит? Как ты смеешь применять магию во дворце?! — возмутился Рамдер, но уже без прежнего высокомерия, мало того, в его голосе сквозили неуверенность и страх.

— Рамдер, законы мироздания стоят намного, намного выше мирских и уж тем более твоих. Так вот, отдав приказ убить Олесю, ты аннулировал нашу сделку. Снял с меня все обязательства