Чайный фургончик Рози - Ребекка Рейсин

Парень краснеет и начинает заикаться, когда моя подруга рассказывает ему про любимую сцену поцелуя в недавно прочитанной книге. Моя внутренняя сваха просыпается (а я даже не знала, что во мне такая есть), учуяв новые перспективы. Может, Ария и отказалась от любви, но это не значит, что она должна проводить все ночи одна или в компании вымышленного персонажа. Социализироваться же ей все еще можно?

– Простите, что перебиваю, – я делаю вид, что ужасно занята и вообще у меня мало времени. – Что-то я нервничаю насчет Олли… Мало ли что с ним не так. Придешь поддержать меня, выпьем по бокальчику? Скажем, часов в девять. Я закрою магазин.

Ария одаряет меня проницательным взглядом.

– Конечно. А как все уляжется и у вас завяжется разговор, я ускользну.

Я сияю.

– Отлично! Только будет странно, если ты придешь одна. Слишком очевидно, что я волнуюсь. Возьми с собой друга, – я поворачиваюсь к парню. – Как тебя зовут?

Он снова краснеет.

– Джонатан.

– Приятно познакомиться. Спасибо за помощь! Тогда в девять встречаемся у меня. Ладно, я побежала, у меня печь включена!

Я поворачиваюсь, но успеваю заметить расширенные глаза Арии. Ой. Кажется, она готова меня убить. Да ладно, это просто встреча без обязательств. Она мне то же самое твердила! Я подавляю нервный смех и бегу в безопасность, к Поппи и грубым посетителям.

* * *

К девяти вечера я уже валюсь с ног. День выдался сложный и напряженный. Я прибираюсь, вытираю стол и взбиваю подушки на диванчиках. Интересно, сюда вообще четыре человека влезут? Я разбираю свой «офис», который состоит из стула, на котором лежат важные бумаги. Он отправляется во главу стола, чтобы я могла сидеть там, а не на крохотном диване, прижавшись к Олли. Пока что для этого рановато. Сначала нужно понять, может ли между нами что-то быть.

В дверь негромко стучат, и внутрь заходит Ария. На ее лице написано негодование, но я делаю вид, что ничего не замечаю, и обнимаю ее.

– Привет, моя дорогая. Джонатан, проходи, устраивайся поудобней. Только не тут, – говорю я, когда он прицеливается на мое место. – На диван. Да, спасибо! Я за вином и обратно.

Проверяю телефон, вдруг Олли написал. Как я и думала – пусто. Наверное, пытается найти меня среди толпы фургонов и посетителей. Вряд ли визжащая музыка ему помогает… Надо было дать Олли какой-то ориентир.

Я прячу телефон в карман, беру бутылку красного и бокалы.

– Любишь ходить на музыкальные фестивали, Джонатан?

Парень нервно смеется, будто кашляет.

– Нет, совсем нет. У друга был лишний билет, ну я и присоединился… Он встретил бывшую, и я поспешил ускользнуть. Не хотел присутствовать на их разборках.

Я смеюсь, но, кажется, чересчур наигранно, потому что Ария щурит глаза. Где же Олли? Подруга скрестила руки на груди и даже не притронулась к бокалу. Такое нечасто увидишь… Кажется, я переборщила.

Наконец раздается стук в дверь. Это Олли! Я нервничаю перед встречей с ним, но так хоть обстановка разрядится. На прошлой неделе мы столько болтали, что я все равно что жду старого друга. Может, я наконец взрослею душой?

Раскрасневшись от этих мыслей, я распахиваю дверь фургона.

– Привет, проходи… Макс.

– Выглядишь разочарованной.

– Ждала другого человека.

– Того парня из интернета?

Я разгневанно фыркаю.

– Его зовут Олли.

– Ты думаешь, что его зовут Олли.

– В каком это смысле?

Ария, что до сих пор злится на меня за мою маленькую шалость, подходит сзади. Она строит из себя милую и веселую, но я кожей ощущаю, как от нее исходит желание отомстить.

– Ма-акс! – пропевает она сладким голоском. – Проходи! У нас наверняка найдется вино без консервантов!

Наступает моя очередь смерить ее недовольным взглядом. К сожалению, в открытый спор я вступить не могу…

– С удовольствием, – ухмыляется мужчина. Я неохотно отодвигаюсь, чтобы он прошел, иначе он просто снесет меня с дороги.

– У нас нет вина без консервантов. Это же бред! – говорю я, отпихивая Арию, которая хотела завладеть моим стулом.

– Почему сразу бред? – отвечает она. – Я читала про него, говорят, интересная штука.

Я хмурюсь. С каких пор она фанатка Макса? На нее это не похоже.

Мужчина протискивается к нам, задевая стол. Тортовница принимается опасно раскачиваться. И надолго он теперь останется?

– Я Макс, – он жмет руку Джонатана.

– Джонатан, рад знакомству.

– И где же твой загадочный друг?

Я закатываю глаза.

– А тебе какая разница?

– Ты увлеклась парнем, которого никогда не видела в жизни, вот и все. Это опасно.

– Не начинай, а?

– Я просто приглядываю за тобой.

– Ага, спасибо. Как только решу, что мне нужна защита, сразу тебе скажу, – говорю я и краснею до самых корней волос. Кажется, меня не так поняли. – В смысле защита… Не в постели, а как будто ты какой-то верзила-охранник, сующий нос в мои дела.

– Он просто заботится о тебе, – вмешивается Ария. – Радуйся, что такой прекрасный мужчина о тебе думает.

Она посылает ему лучезарную улыбку. Бедный Джонатан рассматривает бокал так, словно ничего интереснее он в жизни не видел.

– Спасибо, я уже взрослая и сама о себе позабочусь. Кстати, об этом… – я убегаю к себе и беру из прикроватной тумбочки стопку купюр, связанных резинкой. Это далеко не все, но хоть что-то. – Часть моего долга.

Вся его враждебность испаряется.

– Точно хочешь отдать сейчас? – уточняет он, и я киваю.

– Точно.

Он убирает деньги в карман, даже не считая.

Мы принимаемся ненавязчиво болтать, и напряженность растворяется в воздухе. Вино с консервантами льется рекой, и даже Макс не воротит от него нос. Когда бутыль заканчивается, я иду за следующей. Тайком проверяю телефон.

Рози, семейные обстоятельства. Не смогу прийти. Напишу, когда все разрешится.

Извини.

Олли х

Сердце заныло. Неужели Макс прав и Олли нельзя доверять?

Я возвращаюсь к ребятам. Джонатан рассказывает какую-то дурацкую шутку, от которой Ария хватается за живот от смеха, а Макс улыбается во весь рот. Я натягиваю улыбку и присоединяюсь, но никак не могу сосредоточиться на разговоре. Они вроде не замечают, и я погружаюсь в свои мысли. Может, не стоило думать, что мужчина из интернета – это тот самый? Сейчас мне именно так и кажется. Макс спрашивает, где же таинственный Олли, но я делаю вид, что не слышу его, и меняю тему.

Наступает полночь,