Обещание Габриеля - Сильвейн Рейнард

– Что ты хочешь этим сказать?

Сапфировые глаза Габриеля блеснули:

– Ты знаешь, что я хочу сказать.

Она наклонилась через стол:

– Ты не слушал, что говорила Кэтрин? Обещание, данное Эдинбургскому университету, нарушать нельзя.

– А обещание тебе? И Клэр?

Джулия откинулась на спинку кресла, качая головой.

– У тебя есть другие варианты.

– Да. Чтобы ты и Клэр поехали со мной в Эдинбург.

– Я пытаюсь, – прошептала Джулия сквозь стиснутые зубы. – Наверное, мне не стоило обращаться к Сесилии сразу, как объявили твои лекции. Неудачно выбрала время.

Габриель развел руками:

– Прошли месяцы, а она решения не изменила.

– Давай подождем до апреля. Позволь мне ее спросить, когда мы будем в Оксфорде. Там будет Грэхем Тодд, может быть, он тоже с ней поговорит.

Габриель положил руки на скатерть ладонями вниз:

– Я могу дать тебе время до апреля, но только потому, что лекции намечены на зимний семестр четырнадцатого года. Но если Сесилия откажет, а ты по-прежнему захочешь с ней работать, тогда я эту проблему решу сам. Я не оставлю тебя на другой стороне океана без защиты, пока буду торчать в Шотландии. Я все сказал.

Лицо Джулии потухло. Она взяла вилку, стала ковырять еду у себя в тарелке. Потом положила вилку обратно.

Габриель встал, положил салфетку на стол. Обошел стол и сел рядом с Джулией на кресле для двоих, чуть ее подвинув.

Джулия оказалась между спящим ребенком и решительно настроенным Габриелем, и деваться ей было некуда.

– Что ты делаешь?

– Трогаю тебя.

Он протянул руку вдоль спинки кресла и привлек Джулию к себе. Она задрожала.

Губы Габриеля задевали ее ушную раковину:

– Я приглушил твой свет, и в комнате стало темно.

Она не ответила, и он отвел ей волосы за плечи, провел пальцами по шее.

– Что мне сделать, чтобы существовавшая минуту назад веселая и счастливая Джулия вернулась обратно?

Она обернулась к нему.

– Обещай мне, что ты не откажешься от сейджевских лекций.

Настала очередь Габриеля замолчать.

Джулия приблизила губы к его уху.

– Я не позволю тебе жертвовать собой ради меня. Больше никогда.

Габриель стиснул зубы:

– Мы приносим жертвы друг другу. В этом и смысл.

– Эта жертва слишком велика. И в ней нет необходимости, потому что есть иные способы.

– Я ничего не стану делать, не поговорив сперва с тобой, – уступил он.

Джулия положила ему руку на колено.

– Я буду так же бороться, защищая тебя, как борешься ты, защищая меня и Клэр.

Лицо Габриеля смягчилось, и голос тоже:

– Самый опасный зверь – это мать с детенышем.

– Именно. Не становись между медведицей и ее медвежонком. Так, а теперь ты вернешься на свое место или так и будешь тут сидеть?

– Там очень одиноко. – Габриель блеснул дерзкой улыбкой. – А ты великолепна.

– Твое обаяние может довести до бешенства.

– Понятия не имею, о чем ты говоришь. – Он чуть сдвинул бретельку ее платья и легонько поцеловал плечо. – Но я на все готов, чтобы ты снова была радостной. Прости, я стараюсь изо всех сил.

Джулия выдала ему полуулыбку.

– Хочу еще бокал шампанского. Но знаю, что мне не положено пить, пока я кормлю. И когда мы вернемся в отель, я потребую сатисфакции.

Она посмотрела на него понимающим взглядом. Габриель тут же подозвал официанта.

Глава 56

Вернувшись в отель, Джулия покормила и перепеленала Клэр, и уложила ее спать.

Габриель стоял в гостиной возле открытой двери балкона и глядел на океан. Шторы шевелились на легком теплом ветерке.

– Уснула? – спросил он с надеждой.

– Да.

Он протянул руку, и Джулия подошла к нему.

Габриель выключил весь свет, кроме лампочек, горевших синим внутри бассейна при номере. Солнце ушло за горизонт, и над головой плыли звезды.

Габриель вывел Джулию на балкон, где заранее укрыл кушетку подушками и мягкими одеялами. Еще он, по своему обычаю, зажег свечи, искусно расставив их вокруг кровати, и еще несколько – вокруг бассейна. Тихая гитарная музыка звучала из стереосистемы в гостиной.

Подняв руку Джулии, Габриель закружил жену на месте, взметнулась юбка оранжевого платья. Потом прижал Джулию к себе.

– Давно мы не танцевали.

– Знаю. – Она издала довольный звук и прижалась щекой к груди Габриеля над татуировкой.

Габриель неспешно, лениво двигался взад-вперед, пристроив подбородок на макушку Джулии.

– Прости, что я испортил ужин.

Джулия крепче обняла его за талию.

– Ты его не испортил. У нас и правда есть о чем волноваться.

– Я бы хотел, чтобы ты позволила мне волноваться за тебя.

Она подняла голову:

– В браке так не получается.

Габриель вздохнул, соглашаясь, и крепче прижал ее к груди. Руки его, лежавшие у нее на талии, сдвинулись ниже, он крепко сжал ее ягодицы.

– Невероятно.

Она потянулась вверх, притянула его к себе – губы к губам.

Еле ощутимое прикосновение, намек на него. Джулия и Габриель уже давно были любовниками, и все же даже после краткой разлуки они знакомились заново, медленно и неспешно.

Габриель расцеловал уголки ее рта. Прикоснулся к середине. Всосал в рот ее нижнюю губу и застонал.

Джулия обвила руками его шею, прижалась к нему грудью.

Едва ощутимо провел языком по соприкосновению ее губ, и она их раскрыла. Приняла его охотно и радостно, переплетая свой язык с его языком.

– Я никогда не перестану тебя хотеть, – прошептала она, снова глубоко его целуя.

– Да благословит тебя Бог за это, – сказал он, не отрываясь от ее губ, и стал их ласкать языком изнутри.

Спустя несколько минут Джулия отодвинулась.

– Нас кто-нибудь видит?

– Нет. Над нами никого нет, и вряд кто-то может видеть нас поверх стекла балкона. – Он раскрыл губы. – Это пока мы лежим.

Легкий ветерок шелестел над ними, и Джулия покрылась гусиной кожей.

– У тебя что-то другое было на уме?

– Не сегодня. Сегодня мне вспомнилось, как я любил тебя во Флоренции на балконе, когда все только начиналось. Я хочу снова пережить этот вечер.

Он поднял ее руку, поцеловал, синие глаза встретились с ней взглядом. Он поднес руку Джулии к груди и прижал к сердцу.

– Смотри, как быстро оно бьется, когда знает, что ты рядом.

Она отвела соединенные руки к себе и тоже прижала к сердцу.

– И мое тоже.

Она выпустила его руку, но Габриель не убрал руки, а стал гладить пальцами верх ее грудей.

– У тебя глаза светятся, – заметил он. – Блестят, как темные озера.

– Я знаю, что меня ждет.

– Тогда иди сюда.

Он опять ее поцеловал, пальцами прочесывая волны ее волос. Потом опустил руки ниже и крепко взял