Обещание Габриеля - Сильвейн Рейнард

Джулия засмеялась:

– Ты съездил к дому и выкопал его из-под снега?

– Я его убрал в тот день, когда встречался с представителем охранной фирмы. И да, я его вымыл.

Он протянул птицу Джулии, губы его дергались.

– И что мне с ним делать?

Она с опаской взяла фламинго в руки.

– Открой.

Габриель показал на конверт, искусно привязанный к шее фламинго.

Джулия поставила садовую скульптуру на пол и отвязала конверт.

– Что там?

– Твой рождественский подарок.

– Ты же мне уже сделал подарок. – Джулия показала на коробки и обертки, разбросанные по кровати. Габриель настоял, чтобы она открывала подарки одна, и Джулия была рада этому. Он ей накупил всякого нижнего белья – от элегантного до эротического.

Она в ответ одарила его новым набором авторучек «Монблан». А еще распечатала и обрамила огромную черно-белую фотографию Габриеля с новорожденной Клэр. Снимок получился такой красивый, что у Джулии даже сердце ныло.

– Открой, – повторил Габриель.

Джулия поддела пальцем язычок конверта, сунула туда руку и вытащила вырезанную из бумаги пальму.

– Бумажные куклы? – спросила она.

– Нет, – засмеялся Габриель и повернул пальму другой стороной, показывая, что там написано.

Майами.

– Мы с тобой и с Клэр едем на каникулы. В Сауз-Бич, с видом на океан. Веселого Рождества!

Габриель был очень собой доволен.

Джулия посмотрела на пальму:

– Никогда не была в Майами.

– Там тепло, там совсем нет снега, а еда исключительная. Мы будем гулять с Клэр под солнышком и босыми ногами ковырять песок. Настоящие каникулы.

Джулия обняла его за талию.

– Потрясающе. Я понятия не имела, что ты планируешь поездку.

– Сперва я подумал о Гавайях, но решил, что для Клэр это слишком долгий полет. Мне надоела зима, Джулия. Если в ближайшее время не увижу солнца, всех поубиваю.

Джулия удержалась от смеха.

– У нас снег всего-то меньше месяца лежит.

– Я хочу улететь из Кембриджа куда-нибудь подальше. Билеты я заказал на второе января из Филадельфии. Уедем на две недели.

– А Ребекка? А дом?

– Ребекку я пригласил с нами, но она решила остаться подольше у детей. Встретит нас по возвращении в Массачусетс.

– А дом?

– Будем ждать, сделает ли взломщик очередной ход. Охранная компания сейчас мониторит все: они там установили камеры, детекторы движения, дублирование сигнализации, чтобы сигнал тревоги нельзя было обойти снаружи. Еще я поговорил с Лесли – она сейчас присматривает за домом и будет и дальше это делать.

Джулия посмотрела Габриелю в глаза:

– А когда мы прилетим обратно, мы в дом вернемся?

Выражение лица Габриеля изменилось.

– Давай об этом поговорим в Майами. Друг Джека землю роет в поисках вора. А Лесли очень внимательна. Она, быть может, лучше любой охранной системы.

– У меня с собой летних вещей нет. И для Клэр нет летней одежды.

– Бикини и шорты купишь в Майами.

– Бикини? Габриель, я же только что родила. И мне делали кесарево.

– Четыре месяца прошло. – Его взгляд переместился ей на грудь, потом ниже. – Выглядишь потрясающе.

– Что ты за человек!

Она покачала головой.

– Все я делаю правильно. Меня только злит, что в доме полно народу, а стены звукопроницаемые.

– Гардеробная наверняка нет. – Джулия оглянулась через плечо.

Габриель развернул фламинго так, чтобы он смотрел в сторону от гардеробной. Потом взял Джулию на руки и скрылся в гардеробной, закрыв за собой дверь.

– Сейчас мы это выясним.

Он склонился к ее губам.

Глава 53

7 января 2013 года

Сауз-Бич, Флорида

Когда Эмерсоны собрались выходить из номера отеля к бассейну, у Габриеля зазвонил телефон. Габриель глянул на экран:

– Это Витали звонит по FaceTime. Мне стоит ответить.

– Мы будем у центрального бассейна.

Джулия поцеловала мужа и покатила коляску к двери.

– А почему не наш личный бассейн на балконе?

– Потому что там будут другие мамы с детьми. Может быть, Клэр с кем-нибудь подружится.

– Верно. Я скоро вас найду.

Габриель подошел к письменному столу и принял вызов:

– Массимо, привет!

– Добрый день, – ответил по-итальянски доттор Витали. Он показал на сидящую рядом с ним темноволосую женщину, одетую в очень стильный красный костюм. – Профессор Габриель Эмерсон, позвольте вас представить дотторессе Джудит Альпенбург. Она недавно переехала к нам из Стокгольма, эксперт по предметам религиозного культа в палаццо Питти.

– Очень приятно познакомиться, дотторесса.

Габриель наклонил голову и потянулся за очками.

– Взаимно. Пожалуйста, называйте меня Джудит. – Она говорила по-итальянски с легким шведским акцентом. – Я исследовала присланное вами «мементо мори». Поразительная находка.

– Спасибо, Джудит. – Габриель надел очки и быстро взял блокнот и авторучку. – Вы можете о нем рассказать подробнее?

– Конечно. – Она надела белые перчатки и выставила статуэтку на фоне черного бархата. – Очень интересный предмет. Мы исследовали материал, внимательно следя, чтобы не испортить предмет, и оказалось, что статуэтка вырезана из слоновой кости. Я бы датировала предмет примерно тысяча пятьсот тридцатым годом. Через минуту я вернусь к вопросу о дате.

Джудит перевернула предмет.

– Как видите, вдоль ключицы у головы идет латинская надпись: «O Mors quam amara est memoria tua», что я перевела бы: «О смерть! как горько воспоминание о тебе». Вы узнаете цитату?

– Нет.

– Выдержка из Писания. Первый стих сорок первой главы «Премудростей», которая в Вульгате начинается словами: «O Mors quam amara est memoria tua».

– Интересно. – Габриель решил взглянуть на этот пассаж позже.

– Аналогичные предметы выставлены в разных музеях, в том числе в Музее изящных искусств в Бостоне. И в Музее Виктории и Альберта в Лондоне есть несколько превосходных экземпляров.

– Я считаю, что ваша статуэтка высокого качества. Как видите, очень много подробностей. Над головой вырезаны черви и жабы. Рот раскрыт, виднеются зубы, на голове складки ткани. В нижней части объекта выгравированы листья, и сам он находится на маленьком круглом пьедестале. Предмет поврежден – в голове трещина. Но тем не менее объект ценный и редкий. Такой, который можно выставить с гордостью.

– Вы можете мне рассказать о его провенансе?

Джудит улыбнулась с энтузиазмом:

– Да, это очень волнующая история. Объект, который, я думаю, является бусиной, был просверлен вертикально, чтобы его можно было повесить на четки – у нас их чаще называют розарием. На нижней стороне бусины клеймо мастера, вот его видно. – Она приподняла фигурку, показала ее с нижней стороны. – Увидев это клеймо, я сообразила, что где-то его уже видела. Так что я стала смотреть экспонаты, которые есть у нас в палаццо Питти, но такого клейма не нашла. Тогда я пошла в палаццо