Одинаковые - Лоя Дорских

— Тебе кого? — зевая, уточнила у меня… таки Жанна, судя по всему.

— Саша дома? — спросила, стараясь угомонить клокотавшую внутри бурю.

— Нет, любимый вчера улетел в Берлин… — девушка нахмурилась, явно собираясь с мыслями. — А ты кто?

— Вера, — на автомате ответила, оглушённая её словами.

Развернувшись, быстро выскочила на лестничную площадку, бездумно пробежав вниз на два пролёта, заставляя себя остановиться.

Нет, он не мог. Просто не мог! Должно быть какое-то дурацкое объяснение всему этому! Любое дурацкое объяснение! И плевать, что всё сходится! И слова Инны про Жанну, и его отъезд, сразу после того, как мы…

Смахнув скатывающиеся слёзы, достала телефон и набрала ему сообщение на мессенджер, не давая себе времени вспомнить про гордость и передумать:

«Ты сейчас правда в Германии? И что за история с Жанной? Эта правда про вашу договорённость? Вы снова вместе?»

Без наших шуток, без привычной саркастичной манеры, без каких-либо намёков. Просто прямые вопросы. Унизительно тупые вопросы.

Не отрываясь смотрю в экран, неосознанно задержав дыхание, когда он появляется в сети и прочитывает сообщение. Не дышу, когда в чате высвечивается надпись, что Саша набирает мне ответ.

Пожалуйста, Соколов, пожалуйста…

Я в любой бред готова поверить, просто напиши мне, что всё не так, как я сейчас думаю! В любую чушь! Пожалуйста…

Рванный выдох сам вырывается из груди, как только на экране появляется его сообщение. Заторможено наблюдаю, как телефон выпадает из моих рук, как разбивается экран одновременно с чем-то внутри меня.

Даже зажмурившись никак не могу прогнать из памяти написанные им слова:

«Думаю, ты и сама всё поняла, но раз просишь — да, правда. И да, вместе. Надеюсь, мы не будем усложнять и обойдёмся без истерик с твоей стороны, Вер?»

Контрольный в голову, Саш? Ты был прав. Это действительно он.

Без шансов.

Соколов Александр

Из аэропорта заказал такси сразу к Вере. На учёбу она должна выходить не раньше восьми утра, как раз успею подъехать почти на час раньше.

Очень меня напрягала вся эта ситуация, чтобы делать крюк и заезжать сперва домой. Тем более, что вещей с собой я брал немного, так что оформление доставки багажа на квартиру не разорило.

Как же всё по-дурацки получилось!

Сначала разбудивший меня Паша, верещащий, что ему визу развернули, ссылаясь на какие-то задолженности. Я даже не сразу понял, а о чём он вообще говорит и где Вера. Брат про девушку не знал ничего, из чего выходило, что моя девочка тихо ушла утром. Меня это даже немного задело, всё-таки, как многие мужчины я и сам промышлял такими уходами по-английски, но вот чтоб меня так…

Впрочем, на размышления времени не оставалось, так как через три часа у Паши улетал самолёт, на который попасть ему уже не светило.

Ругаясь сквозь зубы, пришлось собираться в ускоренном темпе, и уже через полчаса гнать в аэропорт самому, чтобы сделка не сорвалась. Искать другого человека на замену, который будет в курсе всех договорённостей и целей, просто не было времени.

Пока я менял билеты и чудом успел на посадку, сам братец из дома вёл переговоры с немцами о небольшой рокировке с него на меня. И уже перед самым взлётом, когда стюардесса попросила отключить мобильники — я понял свой главный косяк. Телефон в спешке я оставил дома.

Только в понедельник смог дозвониться до брата в офис на стационарный, проклиная себя, что ни одного мобильного номера телефона близких мне людей не знаю наизусть. Как мальчишка обрадовался, получив наконец-то Верин номер, но меня ждал облом. Кажется, у неё стоял фильтр на входящие звонки с незнакомых номеров. Другого объяснения, почему сразу идёт сброс, вместо гудков, у меня не было. Пришлось снова дёргать Пашу и брать номер Леры, правда и это оказалось бесполезным — история повторилась.

Брат хотел сам позвонить девочкам, но я отказался от столь щедрого предложения. Боюсь, едва услышав что-то из серии: «Вера, привет! Саша просил передать, что он сейчас в Берлине…», она просто повесит трубку, добавив наши номера в чёрный список.

Вера и так слишком долго не могла выкинуть из головы наш дурацкий спор с братом — кто знает, что она может себе на придумывать? А, учитывая её богатое воображение… Да я даже в разговорах с ней специально обходил эту тему, прекрасно зная о скором отъезде Паши! Кто же знал, что вместо него придётся срываться мне?

Машина наконец остановилась у дома близняшек и я, расплатившись с водителем, стал ждать. Что она будет злиться — это факт. Я почти на неделю пропал, что приятных мыслей обо мне у Веры точно не вызывало.

Увидев выходящую из подъезда девушку, вздрогнул, предвкушая, как прижму её к себе и поцелую. Чёрт, рассуждаю, как влюблённый школьник, вот что она со мной сделала?

— Только не убивай сразу, — двинувшись на встречу, с улыбкой обратился к ней, но наткнулся лишь на безразлично скользнувший по мне взгляд. — Вер…

Она даже шаг не сбавила, просто проходя мимо меня. Ну, я прекрасно знал, что она обидится, да и просить прощение морально был готов.

— Вер, послушай, — быстро догнав её, зашагал рядом. — Я понимаю, что ты злишься на меня. Давай поговорим, и я тебе всё объясню.

Малышка лишь ускорила шаг, доставая на ходу телефон и куда-то звоня, даже не смотря в мою сторону.

— Здравствуйте, подскажите пожалуйста, я сейчас нахожусь на пересечении… — назвав улицы и номер ближайшего дома, Вера выслушала ответ и продолжила. — Да, иду в сторону метро. Дело в том, что меня от самого дома преследует мужчина подозрительной наружности и мне реально очень страшно за свою жизнь.

Не понял… это она сейчас обо мне?! И куда она звонит? В службу спасения, что ли?!

— Вер, прекрати этот цирк! — крикнул, когда она ещё больше ускорила шаг.

— Да, да, спасибо огромное! — девушка упорно продолжала меня игнорировать. — Да, здесь.

— Вера, может хватит? Пожалуйста, давай обсудим всё, как взрослые люди, — мы практически подошли ко входу метро, у которого стояли двое сотрудников службы безопасности в полной экипировке.

— Да, вижу, спасибо! — наконец-то убрав телефон от уха, Вера неожиданно подскочила к ним, указывая рукой в мою сторону и что-то быстро говоря.

Я и опомниться не успел, как девушка скрылась за дверьми метрополитена, а передо мной возникли спецы.

— Предъявите документы, пожалуйста, — обратился один из них, выразительно положа руку на рукоять дубинки.

— Вы серьёзно? — в