Моя в наказание - Мария Анатольевна Акулова

Айдар опускает Сафие на асфальт. Сам не поднимается. Направляясь к Аллочке, я прислушиваюсь к тому, как негромко разговаривают.

Оглядываюсь на полпути — он достает из кармана маленькую коробочку.

Аллах, что-то ювелирное…

Да она же малышка совсем! Ей рано золото…

Качаю головой, но молчу, снова оборачиваюсь и иду к Алле.

Натягиваю улыбку на губы. Хочу выглядеть легкой и звонкой. А по факту — на каждом шагу рассыпаюсь. По взгляду вижу — тревожу.

Раскрываю руки. Алла навстречу. Обнимаемся, как будто не виделись несколько лет.

— Спасибо, что посидела с Сафие, Аллусь. Спасибо…

— Да что ты, Алечка… Ты же знаешь, вы мне родные…

Горло сжимается. Я слышу восторженный визг дочки. Бархатисто-спокойный голос Айдара. Вжимаюсь дрожащим телом в соседку.

— Алечка… — Она начинает осторожно, но я уже знаю, чем закончит. — А это кто? Это твой мужчина? Он… Отец Сафи?

Почему-то не сдерживаю всхлип. Их сходство слишком очевидно, я знаю. Как и мое падение.

Киваю. Рискую оглянуться.

Айдар как раз поворачивает Сафие к себе спиной, чтобы надеть подарок на шею.

Дочка по-взрослому поднимает волосы, прижимает золото к шейке. Гладит.

Мы с Айдаром буквально на секунду пересекаемся взглядами и я понимаю, что ничего против не скажу. Просто ничего.

Уже закрыв свои, слышу Аллочкино:

— Вот это да-а-а… Как же похожи, Иисусе… Как же похожи…

Глава 24

Айлин

Сегодня свадьбу гуляю не я, но ручки трясутся потому что волей-неволей возвращаюсь к своей.

Помню, как боялась, как лила слезы над разбитым сердцем. Представляю, как забавляла Айдара, который сто лет не нуждался в моей девственности и непорочном теле. Потом, конечно, всё изменилось, но поначалу он испытывал ко мне симпатию, братскую жалость и готов был просто поддержать.

Поддержал. Теперь у нас с ним растет дочь и мы отлипнуть друг от друга не можем.

Приходится только для создания видимости, что нас связывает чистый секс (это его потребность) и чтобы не забросить к чертям свою такую «важную» (а по факту сейчас отягощающую) жизнь — это уже для меня.

Сегодня утро началось очень рано. Я встала в пять, чтобы приехать в ту же гостиницу, где президентский номер занят без обозначения даты выезда, но не к Айдару, а к Миллерам.

Должна была «сдать работу» и помочь надеть платье, а еще повторить коллективно утвержденный в пробный день макияж и укладку.

В номере кроме нас с Миланой была целая куча галдящих посторонних — не слишком довольные мной, как человеком, Мария и Магдалина, очень пафосные подружки невесты с не менее экзотичными, чем у нее, именами, фотограф, осветитель, свадебная распорядительница. У каждого, конечно же, было множество замечаний к длине стрелок, степени растушовки теней и количеству используемых мной пучков искусственных ресниц, но я держалась молодцом. Как самой кажется.

Мы с Миланой — на одной волне. Друг друга понимаем. Мнение остальных сегодня уже не важно.

Слепили и отвлекали от работы вспышки фотоаппарата и постоянные просьбы фотографа то повернуться, то улыбнуться, то уйти и освободить место для подруг.

Но и плюс в этом тоже был. Я осмотрела Милану со всех сторон. Идеально закрепила волосы. Налюбовалась тем, как подсвечивает кожу правильно выбранный хайлайтер и благородно блестит дорогущий глиттер. Убедилась, что моя работа выдержит даже опрометчивый прыжок в бассейн, если невеста захочет его совершить.

А еще замечталась немного. Себе вторую пышную свадьбу я уже не хотела бы, но второй раз за того же мужа… Очень.

Встретила его на выходе из отеля. Меня провожали Мария с одной из подруг, а он наоборот заходил. Мы, конечно же, не общались. Айдар только взглядом жег меня. До костей.

Не знаю, когда до всех дойдут слухи о нас, хотелось бы, чтобы попозже, но когда мы рядом, мне кажется, что дико палимся.

Мария напомнила Айдару, что они будут очень рады видеть господина Салманова на торжестве. Я на свое дежурное суховатое приглашение в очередной раз отказалась.

Уверена, Милана из благодарности, да и просто по-человечности, действительно была бы не против моего присутствия. Для остальных же я обычный обслуживающий персонал, а не какая-то там волшебница. И там я не нужна.

Айдар пообещал быть, а я попросила таксиста, оплачиваемого тоже Миллерами, отвезти меня в один из немногочисленных ТЦ нашего областного центра.

Щедрый гонорар за свадебное платье покрыл все мои нервы, бессонные ночи и мучения. Благодаря этой работе у моих швей — отличная премии. А я еду с еще одним конвертом уже порадовать себя и дочку.

Малышка ночует у Аллочки. Соседка отведет ее в сад и заберет. Кроме прочего, я планирую найти что-то, что понравилось бы нашей с Сафие спасительнице, потому что от денег она отказывается, благодарить едой — несерьезно, а ее вклад в облегчение моей жизни сложно переоценить.

Об Айдара Алла больше не спрашивала. Я знаю: готова обсудить, ей любопытно, но… Пока что не готова я.

О его… М-м-м… Предложении переехать я продолжаю думать. В этом вопрос меня на данный момент очень сильно качает.

Уверена, он и сам понимает, насколько важно для меня понимать: как кто?

Как любовница я не поеду. Для меня это за гранью. Унизительно. Я и сейчас держусь только на мысли, что мы по-настоящему свою связь не разорвали. А признать, что даешь постороннему мужчине свое тело… Я с таким жить не смогу.

Благодарю таксиста и выскакиваю из машины.

Долго расшаркиваться не собираюсь. Меня интересует три магазина: бельевой, ювелирный и посудный.

Подарок для себя выбираю с огромным стыдом, но решительно. Начинаю с примерки просто красивых комплектов, дальше — смотрю на варианты с явным сексуальным подтекстом. В итоге наличкой расплачиваюсь за первое в моей жизни белье с доступом. Бюстгальтер, который превращается в портупею, очень эротично-изящные трусики и пояс с подвязками.

Выхожу красная, но довольная. Сердце бьется быстро, низ живота вязнет в желании. Айдару, конечно же, понравится. Только я еще не знаю, когда мы встретимся в следующий раз.

За прошедшие с его возвращения недели наши встречи участились. Он четырежды просил остаться с ним на ночь. Правда… Ну как просил… Он пока не просит. Но мы значительно больше разговариваем. И значительно спокойнее. Преимущественно — о Сафи. Я рассказываю, Айдар слушает и задает вопросы.

Она — наш океан готовности идти на компромиссы.

Волшебная девочка. И волшебная же палочка.

Айдар иногда даже обнимает меня в наши