Открытый брак - Ольга Джокер

Я знаю, что сегодня у нас будет секс, и не вижу ни единого повода, чтобы его не хотеть. От одной только мысли по телу мурашки, а внизу живота нарастает пульсация.

Игриво выскользнув из тёплых объятий, зову мужа за собой.

Наиль ненадолго задерживается в ванной комнате и проходит на кухню уже без пиджака. Расстегнув пуговицы на рубашке и небрежно закатив рукава, чтобы было удобнее.

Сев на диван в гостиной, он ненадолго устремляет взгляд в телефон, продолжая решать рабочие вопросы, которые не оставляют его ни на миг.

— Как прошёл день?

Я кружу у плиты, сливая воду со спагетти. Поддев ножку бокала, пью мелкими глотками. Когда сладкое вино тормошит вкусовые рецепторы, сильнее расслабляюсь. Спонтанная встреча с Журавлёвым откликается во мне не столь ярко и отчётливо. Уже фоном.

— Разгребались с массированной хакерской атакой на нашу инфраструктуру и сайты некоторых клиентов. Утечки или уничтожения данных не было, но пришлось попотеть.

У Наиля своя айти-компания, которая разрабатывает цифровые технологии для государства и коммерческих организаций. Сотрудников много. Идёт новый набор. Несколько команд в компании могут работать одновременно с десятками различных сервисов, не мешая при этом друг другу. Это всё, что я знаю. И, к сожалению, чем больше муж рассказывает о ночной атаке, тем больше я чувствую себя глупой и необразованной.

— Загрузил тебя? — хмурится Наиль, отложив телефон на край дивана. Вскидывает руки. — Прости. Как ты?

Я приглушаю звук на телевизоре в тот момент, когда в ток-шоу начинают рассказывать о девятнадцатилетней девушке, которая продала девственность за один миллион евро, выставив её на продажу через известное интернет-агентство. Коротко смеюсь от абсурдности и… находчивости.

— У меня всё в порядке. Была на занятиях и в торговом центре.

Выключив плиту, накрываю крышкой пасту. Слышу за спиной вкрадчивый голос мужа, который подзывает к себе.

Недолго думая, подхватываю бокал и послушно выполняю требование. Двигаюсь плавно, грациозно.

На мне шорты и открытый короткий топ, который подчёркивает силуэты фигуры и выделяет грудь.

— Ближе.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍Я забираюсь верхом на мужа под громкий стук собственного сердца, не в силах не думать о том, что именно так всё и происходило в ту ночь.

Низ живота ошпаривает кипятком. Щёки алеют, а соски упираются в шёлковую ткань и в ожидании ноют.

— А для тебя имело значение, девственница я или нет?

Ладони Наиля ложатся на мои ягодицы. Глаза беззастенчиво блуждают по лицу.

— Конечно.

— А то, что когда-то ты был единственным, а сейчас — нет?

В комнате повисает тишина. Я без страха встречаюсь с тёмным напряженным взглядом мужа. Стойко выдерживаю его. Я достаточно пьяна, чтобы не бояться задавать вопросы на не самые скромные темы.

— Имело. Надеюсь, что во всех важных аспектах я навсегда останусь для тебя единственным, Поля.

Затаив дыхание, внимательно слушаю, игнорируя отчаянно и неритмично барабанящий пульс в ушах.

— То, что мы позволили себе развлечься, не означает, что с этих пор можно всё. Вдвоем — да. По обоюдному согласию и предварительному обсуждению — тоже. До тех пор, пока это никак не вредит отношениям и не снижает качество семейной жизни. Всё остальное по-прежнему подлость и измена.

— Мы сможем понять, когда начнёт страдать качество?

На губах мужа мелькает улыбка. Под бёдрами твёрдо. Он завёлся. От одних только разговоров распалился так, что взрывной волной подкидывает и меня.

— Безусловно, сможем, если будем честны. Тебе понравилось, мне тоже. По одной из статистик каждый пятый фантазирует на тему секса партнёра с другим человеком, и эта мысль его возбуждает. Просто кто-то смело идёт дальше и воплощает, а кто-то — нет.

— Трусит?

Потянувшись, ставлю бокал на пол. Чувствую себя свободной и раскованной. Отважной, дерзкой. Другой.

— Можно сказать и так. Это крутой способ пробудить прежнее желание и убрать иллюзию принадлежности партнёра. Удовольствие через ревность и боль.

Сродни мазохизму. Я помню эти ощущения. Так красочно, будто вчера. Они не отпускают долго-долго, продлевают эффект и подогревают страсть.

Киваю, задевая ступней бокал. Остатки вина проливаются на паркет, а стекло от звонкого соприкосновения с полом разбивается на крупные осколки.

— Сиди, — просит Наиль.

Переместив меня на диван и уступив тёплое местечко, убирает стекло у моих ног. Включает робот-пылесос. Я смотрю на темную макушку и жадно хватаю ртом воздух. Наконец, решаюсь:

— Ты хотел бы попробовать ещё раз?

Время замирает, взгляды пересекаются. По телу ток, а в крови максимальная концентрация адреналина.

Глава 40

Нет ничего лучше предвкушения. Волнительного, будоражащего и неизведанного. От которого приятная дрожь пробирает тело. И сердце то бешено колотится, то резко замирает.

Я давно перестала верить в сказки и в то, что, победив всех врагов, после свадьбы непременно наступает период «долго, счастливо и до самой смерти».

Увы, но после штампа как раз таки и начинаются нюансы, о которых не пишут дальше. Реальность приземляет. Приходят трудности, ссоры и недопонимание. Снижается дистанция, новизна и опасность — три кита, на которых держатся страсть и эротизм.

На самом деле — это естественная человеческая природа, которую можно, но сложно обмануть. В каждой без исключения голове работает одинаковая система дофаминового подкрепления. Дофамин — это такой гормон, благодаря которому мы ощущаем радость, но не в процессе самого удовольствия, а ожидая и предвкушая его.

Покупка новой машины, вкусная еда или крутой спонтанный секс. Гормон активно вырабатывается для того, чтобы помочь организму достигать новых высот и мотивировать получать большее. Но дело в том, что как только вы купите долгожданный автомобиль, то довольно быстро утратите радость и интерес, переключившись на новую цель.

То же самое работает и в отношениях с людьми. Пока мы ухаживаем, завоевываем внимание и ходим на свидания, то находимся в радостно-возбуждённом состоянии, но как только понимаем, что человек целиком и полностью наш и больше никуда не денется, то мозг отчаянно начинает требовать новых достижений.