Изменяя правила - Сагара Люкс

В любом случае Джейк прав.

Пока на меня наведён прицел, Глория не будет в безопасности. И всё же, когда Джейк пытается забрать её у меня, я сопротивляюсь.

— Джун, ты должен её отпустить.

Я действительно должен.

«Но я не хочу».

— Она выполнила свою часть сделки.

Она, бл*дь, выполнила.

Она приняла пулю за меня.

— Теперь твоя очередь сдержать слово.

Я глубоко вдыхаю, прежде чем отнять руки от её тела. Джейк быстро заменяет их, прижимая к ране. Я глажу Глорию по голове. Светлые волосы влажные от пота или, может быть, крови. Глаза полузакрыты, дыхание затруднено.

Она страдает из-за меня.

И всё же с её губ срывается моё имя.

— Джун…

Реальность жёстко набрасывается на меня.

Глория не создана для такой жизни.

Моей жизни.

И не для меня.

Мне приходится собрать все свои силы, чтобы отступить. Джейк осторожно берёт её на руки и поднимает.

— Если ты не спасёшь её, я приду за тобой.

Он быстро кивает, а затем исчезает в ночи.

«Глория доверяет ему», — напоминаю себе. — «Она попросила его прийти сюда сегодня вечером».

Если бы я не был полностью сломлен, то улыбнулся бы. Пока я связывался с Аидом, чтобы доставить Ною неприятности, она попросила Джейка присмотреть за мной.

Мы создали два параллельных плана, но совершенно противоположные.

Я — чтобы подставить Ноя.

Она — сохранить мне жизнь.

Мы с Глорией разные, как ночь и день.

Но и дополняем друг друга.

И мы никогда больше не увидимся.

ТРИ ГОДА НАЗАД

Я не успеваю вовремя.

Два быстрых выстрела подряд обрывают моё дыхание.

Хитоши стрелял.

Но не в меня.

Я бросаюсь на него и валю на пол. Выхватываю у него пистолет. Хитоши всегда был больше и сильнее меня. Когда пистолет отлетает в сторону, он меняет наши позиции. Он наносит такой сильный удар, что от боли я сгибаюсь пополам.

Ощущаю вкус крови во рту.

«Я люблю кровь. Боль».

Я улыбаюсь, атакуя его в ответ. Должно быть, у меня безумное выражение лица, потому что у него округляются глаза. Он боится этого «чёртова недоумка». Правильно делает.

— Я не убью тебя. — Получаю удар, напрягая пресс. — Я собираюсь сохранить тебе жизнь, чтобы я смог повеселиться с тобой. — Бью его в ответ со всей силой, которая у меня есть. — Ты будешь умолять меня остановиться, а я буду смеяться над тобой.

Я делаю это даже сейчас.

Смеюсь несмотря на то, что мой рот полон крови.

Я проглатываю боль, гнев… И смеюсь над ним.

Над ужасом в его глазах.

Жду, когда страх сделает своё грязное дело, когда усталость заставит его замедлить удары. И когда это происходит, я вскакиваю на ноги. Прижимаю его лицо к полу и забираюсь на него сверху. Закручиваю руку ему за спину, делая его своим. И тут я слышу его.

Низкий вздох.

Звук заряжаемого оружия.

Глория стоит у меня за спиной. Она держит меня под прицелом.

— Отойди от него. — Голос резкий.

Я замечаю, что её платье испачкано кровью, и вскакиваю на ноги. Она не ранена. Я поворачиваюсь к Оябуну. Он лежит на полу позади неё, — глаза расширены, рубашка полностью промокла.

— Он мёртв, — говорит Глория. — А теперь отойди в сторону.

Внутри меня вспыхивает гнев.

Я протягиваю к ней руку.

— Отдай мне пистолет.

Вместо того чтобы подчиниться, она качает головой.

— У тебя был шанс, Джун. И ты его упустил.

Я качаю головой.

— Какой шанс?

— Шанс помочь мне. Выбрать меня.

Я знаю, что она права.

И всё же эти слова разбивают мне сердце.

— Ангел, отдай мне пистолет.

В её глазах появляется гнев.

— Я не твой грёбаный ангел, не его цветочек и не шлюха, которой вы все меня считаете!

— Но ты моя.

— Твоя? — Жестокая ухмылка искажает её лицо. — Неужели ты думаешь, что я позволю тебе отвезти меня обратно в этот проклятый дом? Или, может, позволю тебе трахнуть меня, чтобы потом услышать, что я недостаточно важна, чтобы ставить меня выше всего остального?

— Я никогда тебя ни к чему не принуждал.

Несмотря на то что ей страшно, я всё равно приближаюсь к ней.

— Я никогда не бил тебя и не угрожал тебе.

— Но он — да.

Она двигает рукой и стреляет в Хитоши.

Один выстрел. В центр лба.

Тело Хитоши падает назад, а Глория даже глазом не моргнула.

— Твой двоюродный брат мёртв. — Её голос холоден. — Твой дядя мёртв. В этой комнате остались только ты и я.

— Ты не убьёшь и меня, Ангел.

Неважно, что она вооружена. Я всё равно приближаюсь к ней, заставляя отступить, пока она не оказывается спиной к стене.

Её взгляд бегает в поисках выхода.

Она не найдёт его. Не от меня.

Я упираюсь руками по бокам её лица, приближаясь всё ближе и ближе. Вижу страх в её глазах. Интересно, что она видит в моих. Возможно, ничего, а может быть, ад, в который мы попали, когда поняли, что принадлежим друг другу.

— Отойди, Джун.

— Дай мне повод сделать это.

Что-то давит мне на живот. Пистолет.

Она не может выстрелить в меня. Уверен, она не будет.

Я ошибаюсь.

Выстрел сухим эхом разносится по комнате. Я падаю на колени, когда жгучая боль пронзает мой бок.

«Бл*ть».

Глория отбрасывает пистолет, будто боится его. Как только понимает, что натворила, она закрывает лицо руками.

— Прости меня, Джун.

Она пытается придвинуться ближе, но на этот раз я отталкиваю её. Я прижимаю руку к ране и подползаю к пистолету. Направляю его на неё. Мы разделили не только несколько ночей и гнусный секрет. Мы разделили всё.

И всё же она без колебаний поворачивается ко мне спиной и убегает.

Я мог бы погнаться за ней. Поймать. Убить.

Но вместо этого я прижимаюсь к стене, закрываю глаза и кричу во весь голос.

Глава 25

Глория

Сиэтл, настоящее время.

С большим трудом разлепляю веки.

В кресле рядом с моей кроватью сидит рыжеволосая девушка. Её полные губы поджаты. Она так сосредоточена, что не замечает, что я проснулась. Её рука быстро движется, карандаш скользит по бумаге с царапающим звуком. В руке у неё блокнот или что-то в этом роде. Как только замечает, что я не сплю, она приветливо мне улыбается.

— Привет. Как ты себя чувствуешь?

Я оглядываю её сверху донизу. У меня смутные