Брачная ошибка - Дженнифер Пробст

Майкл отшатнулся, будто его ударили.

– Scusi![11]О чем это ты?

– Передай свои драгоценные кондитерские Мэгги или вашим детям. Я уже устал надеяться, что добьюсь этого права. – У Макса вырвался нервный смех. – Забавно, теперь я, кажется, понимаю, что чувствовала Карина все эти годы. Стараешься, стараешься оправдать надежды и каждый раз промахиваешься. Оставь ты ее в покое. Пусть будет кем хочет, хватит ей указывать, чего хотим мы.

Майкл поставил рюмку на поднос и уставился на него:

– Я понятия не имел о твоих переживаниях. Почему ты ничего не говорил?

– Я хотел получить это по праву, а не по дружбе.

В ответ его друг разразился потоком живописной брани.

– Я все это время полагался на тебя и никогда не сомневался в твоих заслугах. Ты же член семьи, Максимус. Мой брат, мой друг, моя правая рука. Твое участие в этом бизнесе никогда не ставилось под сомнение. Мне просто не пришло в голову оформить это на бумаге. Mi dispiace. Я это исправлю.

Легкость этого решения ошеломила Макса. Все это время дело было вовсе не в том, что он недостаточно хорош. А лишь общая для всех мужчин привычка идти вперед без оглядки, забывая при этом говорить о своих чувствах. Мечта, к которой он шел с таким трудом, лежала прямо перед ним. Только руку протяни – и бери.

Настало время выложить все карты на стол.

– Я спал с твоей сестрой в Лас-Вегасе.

Это прозвучало, как хлопок лопнувшей шины в церкви.

Майкл поднял голову. В открытое окно влетел резкий птичий крик.

– Как тебя понимать? Вы же поженились в Лас-Вегасе.

Макс сунул руки в карманы и посмотрел в глаза человеку, которого любил как родного.

– До того, как поженились. У нас был роман на одну ночь.

Майкл встал с кожаного кресла и шагнул к нему по бордовому персидскому ковру. Его смуглое лицо осталось спокойным, но в глазах сверкала холодная ярость.

– Ты переспал с ней до свадьбы? В той деловой поездке, куда я вас посылал?

– Именно.

– Но ты ее любил и потому женился?

– Нет. Твоя мать все узнала на следующее утро и заставила нас пожениться.

Майкл втянул воздух сквозь зубы:

– То есть ты даже не любил мою сестру? Я тебе доверял, а ты смотрел на нее как на одну из своих дешевых любовниц? – Голос Майкла стал угрожающе тихим. – Я хочу знать подробности.

– Нет.

Майкл отшатнулся:

– Что ты сказал?

– Это уже не твоя забота, – не дрогнул Макс. – Что бы ни было между Кариной и мной, теперь это наше дело. Я должен был сказать тебе правду, но я не стану убеждать ее остаться в компании. Она должна найти свой путь, и я ее полностью поддерживаю.

Взгляд друга – взгляд человека, которого предали, – ранил больнее, чем удар ножом.

– Как ты смеешь со мной так разговаривать? Я доверял тебе, надеялся, что ты защитишь мою сестру, а ты ее использовал. Ты женился над ней без любви и наплевал на нашу дружбу. – Рука у Майкла дрожала, когда он ткнул в него пальцем. – Ты ранил меня в самое сердце.

Перед глазами у Макса встала сцена из «Крестного отца». Теперь он вдруг понял, каково тогда пришлось Фредо. Merda, вот влип! Он посмотрел другу прямо в глаза и мужественно принял этот удар. Выбора не было. Он понял, что главное для него теперь – защитить Карину от любой беды и хоть сейчас поддержать ее.

– Прости, Майкл. Я не хотел причинять тебе боль. Но это наше дело, не твое.

– Я был готов выделить тебе долю в компании! Сделать тебя своим партнером. Так-то ты показываешь свою преданность и уважение к моей семье?

Макс подавил вспышку раздражения и постарался сохранять спокойствие.

– Это и моя семья тоже. Карина теперь моя жена.

– Не знаю, Максимус, сможем ли мы теперь работать вместе. Так дело не пойдет. Я не смогу тебе доверять.

Мечта о партнерстве вспыхнула и погасла, словно фейерверк, и ее обгорелые клочки разлетелись вокруг. Может быть, если объяснить получше, Майкл поймет. Можно было бы вместе обсудить варианты и…

Нет.

Еще ночью он входил в нее, раздвигая эти шелковые бедра, сжимал ее в объятиях всю ночь. Карина вызывала у него то гнев, то страсть, то смех, она утешала его, когда он рассказывал о своем отце. Она помогла ему почувствовать себя по-настоящему живым. Макс полюбил подолгу сидеть с ней за ужином, говорить о работе и смотреть, как она играет с его собакой. Будь он проклят, если он предаст это хрупкое доверие, установившееся между ними, ради постоянного контракта. Ее брат больше не имеет права распоряжаться ее жизнью.

И его.

Макс невесело рассмеялся. Осознание, что его больше не волнует вопрос о партнерстве, немного встревожило его самого.

– Мне все равно.

– Scusi?

– Если ты больше не можешь работать со мной, я тебя пойму. Карина для меня важнее.

– Что ты хочешь сказать? – прищурился Майкл.

– Не надо мне партнерства. Увольняй меня. Неважно. Но не вмешивайся больше в Каринину жизнь, дай ей самой принимать решения, в том числе и относительно того, что будет дальше с нашим браком.

С этими резкими словами Макс вышел из комнаты не оглянувшись. Черт с ним со всем! Он уже устал лгать и искать оправданий своему свинскому поведению.

Он и так уже столько лгал и оправдывался, что на всю жизнь хватит.