Немного грешный - Мэри Бэлоу

— Я танцую вальс, Боже мой! — прошептала Рейчел.

— Ты прекрасно танцуешь, — подбодрил ее Аллен. — Слушай музыку, и все будет замечательно.

Она еще иногда сбивалась с ритма, но в общем-то у нее получалось. Аллен заметил, как напряжено ее лицо, как временами она закусывает губу, и крепче обнял ее. И похоже, это было большой ошибкой. Чувства нахлынули на него жаркой волной. С тех пор как они любили друг друга на берегу озера, он избегал слишком интимных прикосновений. Кажется, она тоже. Безусловно, они продолжали играть роль счастливой пары и держались теперь гораздо естественнее, чем раньше, но все же какой-то барьер между ними оставался. Вероятно, это было связано с неизвестностью, которая ждала их за воротами замка барона.

Но как можно было танцевать вальс и не ощущать близости? Аллен так мечтал сжимать Рейчел в объятиях, а теперь ему представилась для этого чудесная возможность.

— И каковы ваши впечатления от первого бала? — спросил он после некоторого молчания.

— Волшебные, — отозвалась она. — И, слава небесам, волшебство еще не закончилось.

Но Рейчел не была осведомлена, что провинциальные балы не длятся всю ночь. Бал закончится после ужина, а ужин обычно бывает после вальса. Значит, и ее волшебный вечер подходил к концу.

Аллен взглянул ей в глаза, и она, казалось, прочитала его мысли. В глазах девушки блеснули слезы. Слезы радости или слезы сожаления? Аллен не хотел думать об этом.

— Джонатан… — Рейчел указала взглядом на бриллиантовое колье. — Я не могу принять у дяди этого подарка. Я не имею права принять его.

— Жаль, что ты не приехала сюда после смерти отца, когда дядя пригласил тебя, — вздохнул Джонатан.

— Не знаю… — раздумчиво проговорила она. — Тогда все было по-другому. Я во многом ошибалась, а дядя мне ничего не объяснял. Я не знала, что он уже тогда был болен и не мог приехать ко мне. Не знала я и того, что он желает мне добра. Его письмо было холодным и равнодушным. По крайней мере тогда оно мне таким показалось.

— Если бы ты приняла его приглашение, судьба не забросила бы тебя в Брюссель, ты никогда не познакомилась бы с этим проходимцем Кроли.

— И с тобой, — тихо добавила она.

— Да уж… И не танцевать бы мне тогда на балу, а лежать в холодной братской могиле.

— Мне это не нравится.

— Мне тоже, — рассмеялся он. — Что ты собираешься делать завтра?

— Завтра мы уедем отсюда. Я верну дяде его подарок и не буду больше спрашивать о наследстве. Девушкам я помогу через три года, когда драгоценности будут принадлежать мне по праву. Когда я вернусь в Лондон, я напишу дяде письмо и расскажу правду. Соглашаться на этот маскарад было большой ошибкой, но и сейчас еще не поздно попытаться все исправить.

— Но зачем ждать возвращения в Лондон, Рейчел? Расскажи обо всем дяде прямо теперь. Он любит тебя, он тебя простит.

Она покачала головой.

— Позволь мне поговорить с ним, — попросил Джонатан.

Она опять покачала головой:

— Нет, Джонатан, не вмешивайтесь. Это только мое дело.

— Тогда сама расскажи ему обо всем завтра же.

— Слишком поздно. Я не заслуживаю ни его доверия, ни его прощения. Как бы он ни поступал со мной в прошлом, я поступила с ним гораздо хуже и никогда не прощу себе этого. Танец заканчивается, Джонатан. Вероятно, сейчас нас пригласят к столу. Давайте будем веселы и счастливы хотя бы сегодня.

Аллен тяжело вздохнул.

Рейчел и представить себе не могла, какой кошмар ждал ее за ужином. Сначала все было прекрасно. Правда, ее немного смущало, что в ее честь произносились тосты, но, в конце концов, все, что от нее требовалось, — просто улыбаться. Потом дядя Ричард поднялся из-за стола, попросил тишины и заговорил:

— Пользуясь таким прекрасным случаем, я хотел бы сообщить вам новость. Все вы знаете, что моя дорогая супруга скончалась восемь лет назад, не оставив наследников. Других родственников, кроме моей дорогой племянницы и ее супруга сэра Смита, у меня нет. Мы мало общались с Рейчел в последнее время — на то были свои причины, — но сейчас ситуация изменилась. За тот месяц, что моя племянница с мужем гостили в поместье, я успел хорошо узнать их и понять, что это прекрасные и дорогие мне люди. Поэтому сегодня я хотел бы объявить о том, что изменил завещание. Согласно новому завещанию, большую часть своего состояния, включая родовое поместье, я передаю моей любимой племяннице Рейчел.

Гости зааплодировали, но Рейчел уже ничего не слышала. Она испытывала ни с чем не сравнимый ужас, жгучее чувство вины разрывало ей сердце. После недолгого молчания дядя Ричард продолжил:

— Поверь мне, Рейчел, это решение сделало меня самым счастливым человеком на земле. Твое место — в этом доме. Это твой дом, Рейчел. И когда я умру…

— Нет! — со слезами в голосе воскликнула Рейчел. — Я н-не хочу, чтобы ты умира-а-ал…

Сейчас ей самой хотелось умереть. С большим трудом Рейчел удалось справиться с собой. Она каким-то чудом проулыбалась остаток вечера, ничем не выдав душившей ее боли.

Когда последние гости покинули поместье, все заговорщики вновь собрались в комнате Рейчел.

— Боже, Рейчи, мы только что узнали! — воскликнула Джеральдина. — Нас с Уиллом не было, когда барон произносил свою речь.

— Мы смотрели на лошадей, — неловко вставил сержант Стрикленд.

— Да будет тебе, Уилл, — рассмеялась Джеральдина. — Мы танцевали, потом гуляли, потом целовались. А когда вернулись в дом, Филлис нам все рассказала.

— Нам надо уехать отсюда и как можно скорее, — сказала Бриджит.

— Как это уехать, Бридж? — воскликнула Филлис. — А кто будет готовить еду барону?

— Да, мы уедем. Простите, но я не смогу отдать вам свой долг раньше, чем через три года, когда официально получу наследство. Драгоценности моей тети, которые подарил мне дядя, я ему завтра же верну.

— Минутку, Рейчи, о чем ты говоришь? — воскликнула Флосси. — Ты собираешься вернуть дяде его подарок? Ты понимаешь, что это убьет его?

— И перестань говорить, что ты нам что-то должна, — сказала Джеральдина. — Ведь это не ты украла у нас деньги.

— И все же это было прекрасное приключение, девочки! — воскликнула Филлис. — А задумка была полна романтики!

Заговорил сержант Стрикленд:

— Если мне позволено будет высказаться, хотя, конечно, это и не моего ума дело… Чтобы поставить все на свои места, леди, вам надо на самом деле выйти замуж за мистера Смита.

— О да! — воскликнула Филлис.

— Нет, — твердо сказала Рейчел. — Этого я делать не буду. Я уже совершила много ошибок и собираюсь на этом остановиться. Ни мне, ни Джонатану не нужна эта свадьба. Нам просто надо уехать отсюда и забыть все случившееся, как страшный сон.