Спасение грешника - Кайли Кент

Спасибо, блять. Как будто я позволю ей уйти из больницы, не выяснив, что с ней происходит и как это исправить.

Я иду за сотрудниками больницы, которые отвозят Камми в отдельную палату неотложной помощи. Парамедики передают всю собранную информацию врачу, после чего исчезают за дверью.

— Мисс Де Беллис, я доктор Харт, лечащий кардиолог. Я слышал, что в прошлом вы уже сталкивались с подобным сердечным приступом? — Представляется пожилой мужчина в огромных очках в черной оправе.

— Моя фамилия Тейлор. И да. Один раз. Но я в порядке, правда. Они уже сделали все анализы в Сиднее. И ничего не нашли, — говорит она. — Теперь я могу идти домой?

— Нет, черт возьми, — перебиваю я, а затем свирепо смотрю на доктора. — Выясни, что с ней, или я сделаю так, что ты не сможешь устроиться на работу даже обычным терапевтом в этом городе.

— Вин. — Глаза Камми расширяются, когда она осматривает нас. — Он не это имел в виду. Мне жаль.

— Он именно это и имел в виду, — раздается голос моего брата, когда он входит в палату. — Джованни Де Беллис. — Он протягивает руку доктору. — Что не так с моей сестрой?

— Мистер Де Беллис, я доктор Харт. Я собираюсь провести несколько тестов и посмотреть, смогу ли выяснить, что происходит с сердцем Камиллы.

— Спасибо, доктор. Деньги не проблема. Проведите все тесты и вызовите всех специалистов. Все, что потребуется.

— Сейчас вернусь. Я оставлю ее на ночь, пока мы проверим список возможных причин.

— Она здесь, и имеет право голоса в этом вопросе, — говорит Камми.

Я подхожу ближе к ее кровати и шепчу:

— Просто позволь им сделать анализы. Пожалуйста, Камми. — Я не перестаю умолять ее остаться и позволить врачам сделать то, что они должны.

— Ладно, — цедит она сквозь зубы. — Но прекрати нести всю эту чушь о том, что я Де Беллис. Мы оба знаем, что это не так, и ты не хочешь, чтобы я была ею.

— Спасибо, — говорю я, игнорируя последнюю фразу. Я не могу дать ей свою фамилию. Но это не значит, что я не хочу, чтобы она ее носила. Я поворачиваюсь к Джио. — Спасибо, что пришел.

— Конечно. Что случилось? — Спрашивает он меня.

— Она просто упала. Пульса не было, и она не дышала. Я делал ей искусственное дыхание, пока не прибыли парамедики, — отвечаю ему я.

Джио обходит меня, чтобы поговорить с Камми.

— Такое уже случалось?

Она кивает.

— Один раз. Но на самом деле это не имеет большого значения.

— Твоя остановка сердца – это чертовски серьезно, Камми, — говорю я ей громче, чем хотелось бы.

— Вин. — Джио бросает на меня свирепый взгляд, и я закрываю рот. Когда он снова смотрит на Камми, его взгляд становится намного мягче. — Не обращай на него внимания, милая. Он сейчас немного... расстроен. Когда это случалось раньше? В какую больницу ты обращалась? — Спрашивает ее Джио.

Камми перечисляет все, что может вспомнить. Мой брат благодарит ее, а затем выходит из палаты и говорит, что собирается поговорить с персоналом.

— Ты не обязан оставаться, — говорит она мне.

— Я не могу уйти. — Я говорю серьезно. Я физически не могу выйти из этой комнаты. Что, если ее сердце снова остановится, а меня здесь не будет?

— Еще как можешь. Ты уже делал это раньше. И для тебя все выглядело довольно легко.

Я вижу боль в ее глазах. Так много гребаной боли.

— Думаешь, это было легко? — Смеюсь я. Хотя это не смешно. И в этом смехе больше безумия, чем веселья.

— Вряд ли это было так уж тяжело. — Камми отворачивается от меня и смотрит на стену в противоположном конце комнаты.

— Знаешь, что самое трудное? Проснуться и обнаружить, что ты сам, своими собственными руками, душишь женщину, которую любишь. Это чертовски тяжело. Видеть ту же самую женщину на земле, у которой в груди не колотится чертово сердце, — говорю я ей. — Я могу смириться с тем, что ты ненавидишь меня, Камми, но для этого ты должна быть жива. Я не смогу жить, если тебя не будет.

— И я тоже не могу, Вин, — говорит она. — Мне нужно, чтобы ты ушел. Я не могу... — Она качает головой, а по ее щекам текут слезы.

— Я не могу уйти, пока не узнаю, что не так с твоим сердцем и как это исправить, — объясняю я.

— Я знаю, что не так с моим сердцем. Ты разбил его. — Ее слова, словно кинжалы, вонзаются в мою грудь.

— Мне жаль. — Я опускаю голову, опираясь на край матраса, и сажусь в кресло рядом с ее кроватью.

— Мне тоже, — шепчет она в ответ.

— Камми? У тебя все в порядке? — Вслед за голосом Елены раздается звук ее торопливых шагов.

Я не поднимаю глаз. Я не могу сейчас ни на кого смотреть. Мне просто нужно знать, что с Камми все будет в порядке, что все, что случилось с ее сердцем, можно исправить.

— Я в порядке. Все слишком остро реагируют, — говорит Камми.

— Почему он здесь? Это его вина.

От этого намека я резко вскидываю голову и свирепо смотрю на Елену.

— Елена, остановись, — шипит Камми рядом со мной.

— Почему? Это его вина. Ты была в порядке, пока не увидела его, Камми, — возражает Елена.

— О чем она говорит? — Спрашиваю я, переводя взгляд с Камми на Елену и обратно.

— Ни о чем, — отвечает Камми. — Елена, мне придется остаться здесь на ночь. Можешь принести мне что-нибудь из продуктов? И где мой телефон? Мне нужно написать маме.

Я беру сумку Камми и роюсь в содержимом, пока не нахожу телефон и передаю его ей. Девочки продолжают разговаривать, и я не обращаю внимания на то, о чем они говорят. Когда Елена наконец уходит, я поворачиваюсь к Камми.

— Это моя вина?

— В чем твоя вина? — Спрашивает она меня.

— В том, что твое сердце остановилось?

— Вин, я знаю, что все вы, мужчины Де Беллис, думаете, будто мир вращается