Гордые души - Анна Рома

– Кристиано обеспокоен тем, что ты будешь расстроена, и тебе будет больно, потому что видит, что Майкл не является тем объектом любви, которую ты хочешь.

– Кого ты пытаешься обмануть? – задыхаясь от слез, Джина оттолкнула мою руку. – Себя? Просто прими тот факт, что твоя семья от тебя избавилась, потому что ты создала слишком много проблем, поэтому выдала замуж за моего бессердечного брата.

– Кто знает, – пожав плечами, спокойно ответила я. – Возможно, этот брак сработает. Твой брат старается.

Боковым зрением я заметила, как Кристиано повернулся и посмотрел на меня сверху, не вмешиваясь в разговор.

Джина закатила глаза и собиралась уходить, но Кристиано снова ее остановил, развернув и протягивая руку.

– Карта и телефон, живо!

– Может, еще домашний арест организуешь? – спросила девушка, сложив руки на груди, полностью раздраженная просьбой брата.

– Так и сделаем. Я жду! – Кристиано был серьезен, всегда.

– Мама?! – Джина взвизгнула, надеясь на поддержку матери.

– Я устала Джина, правда. И ты знаешь, что мое слово не выше слова Кристиано в этом доме, – она покачала головой, усевшись на место, продолжая есть свой салат.

– Надеюсь, у тебя никогда не будет дочери! – она достала телефон из бокового кармана вместе с купюрами и картой, вкладывая в руку Кристиано. – Потому что ты уничтожишь ее своими запретами.

Развернувшись, Джина побежала вверх по лестнице, но что-то ее остановило, она обернулась и посмотрела на меня.

– Поступки бывают преднамеренными, ради достижения желаемого.

Она хотела настроить меня против брата, говоря двусмысленно. И я бы поверила, если бы совсем не знала Кристиано.

Вернувшись к столу, я продолжила есть, но на Кристиано не было лица, Антонио пододвинул ему бокал с виски, и муж к нему не притронулся, просто облокотившись на спинку стула, уставился в одну точку.

– Видимо мы что-то упустили в воспитании нашего младшего ребенка. Я, как мать, прошу прощения за свою дочь.

– Вам не стоит извиняться, – отмахнулась Лиа, заполняя комнату нежным голосом. – Джина просто учится на своих ошибках, в этом возрасте вылетают самые ужасные слова, но они не имеют смысла.

Мой телефон завибрировал, и я, не посмотрев на экран, сразу же приняла звонок, коротко извинившись, выходя на улицу.

– Витэлия, – голос Розабеллы был тихим, но я уловила беспокойство.

– Что случилось?

– Пока ничего, но…

Она замолчала, на фоне послышались голоса, но мне не удалось разобрать ни слова. Было похоже, что кузина пряталась от посторонних лиц без возможности говорить открыто.

Я задержала взгляд на белом седане Лиа, который стоял припаркованный у ворот примерно в тридцати метрах от крыльца.

– Розабелла?

– Мы в больнице, кажется, у бабушки случился сердечный приступ.

Дверь резко распахнулась, и передо мной появился Кристиано, его глаза выглядели испуганно, и в ту же секунду раздался взрыв.

23 глава

Падая на колени, я закрыла голову руками, выронив телефон. Осколки метала и пластика, разлетевшиеся по периметру, достигли нас у входа. Сильные руки Кристиано обвили мою талию, сильнее прижимая к себе и пряча в объятиях.

Мелкие камни с землей посыпались сверху, и через минуту до нас дошел запах горючего.

Крики охраны, доносящиеся у ворот, достигли моего слуха, и на крыльцо выбежал Антонио, а за ним Лиа и Ясмина, остановившись в дверях.

– Ты не ранена? – взяв в руки мое лицо, поворачивая к себе, спросил Кристиано.

Взглянув через его плечо, увидела оранжевое пламя, стремительно жаждущее охватить другие автомобили, которое старательно пытались потушить люди Ндрангеты. Машина Лиа превратилась в кабриолет, в котором не было даже намека на двери.

Вернувшись к обеспокоенным глазам Кристиано, я кивнула и вспомнила, что разговаривала с Розабеллой. Вырвалась из объятий в поисках телефона, к счастью звонок прервался.

Кристиано присоединился к брату, отгоняя оставшиеся машины, подальше от пожара.

– Все хорошо? – коснувшись моего плеча, спросила Лиа, но продолжала нервно смотреть на свою машину. – Кристиано позвонили, и он сразу же побежал за тобой.

Я не знала, как можно было совместить все это, меня, звонок и машину Лиа. Как бы я не пыталась, пазл в голове не собирался.

Было ли это покушение на Лиа? Кто звонил Кристиано?

Не оправившись от взрыва, в голове все еще крутились слова Розабеллы. Патриция в больнице, я быстро набрала смску, чтобы она меня держала в курсе дальнейших событий. Охрана уже потушила большую часть пламени.

Набирая номер дяди Валерио, включился автоответчик, прикусив щеку от волнения, я стала ходить из стороны в сторону, пытаясь совладать с нервами. Теодоро был единственным, кто стабильно находился в зоне доступа, прошло три гудка, прежде чем он поднял трубку.

– Что произошло? – без приветствия я приступила к расспросам. – Почему она попала в больницу, Тео?

Сглотнув, я была готова к любой информации. Рано или поздно это должно было произойти, Патриция никогда не жалела себя, но возраст это то, с чем человек не мог примириться и подчинить себе, становясь слабее и менее выносливее, требовалось больше отдыха на восстановление сил. Но она делала все с точностью до наоборот, не потому что не могла примириться со старостью. У Патриции не было доверия, она не видела приемников даже в лице единственного живого сына и все еще сомневалась.

Валерио прекрасно справлялся с делами управления, как босс Калабрии, но не как не член тайного общества Санта.

– Успокойся, все в порядке, – голос Теодоро был спокойным, я выдохнула, прижимая ладонь ко лбу, на пару секунд прикрыв глаза. – Ее состояние стабильно, она находится под наблюдением наших врачей.

– Последний раз ей нездоровилось, когда мы разговаривали. Уверена, есть что-то еще, кроме переутомления, – я почувствовала, как чья-то рука схватила меня за локоть, и, обернувшись, увидела Ясмину, она взволнованно смотрела на меня.

– Витэлия, я не тот, кто должен говорить тебе это но…– Тео замолчал, а затем вздохнул. – Она много курит и практически не отдыхает, к какому итогу это должно привести?

В такие моменты хотелось быть глупой, наивной маленькой девочкой, которая верила в сказки и надеялась, что любимые люди проживут еще вечность до того, как закроют глаза и покинут мир навсегда.

Не хотелось слышать слово «смерть», потому что Патриция была моим спасательным кругом, она протянула руку, когда я так отчаянно нуждалась в спасении. Продолжала трудиться, взяв всю ответственность за маленького человека в свои руки, предоставила новый дом, семью, образование и заботу. Такую, на какую хватало сил, бабушка перебарывала себя, потому что не умела быть нежной, но училась вместе со мной заново чувствовать и дарить любовь.

Сейчас Патриции требовалась поддержка и забота, а я была