Волшебство с ароматом кофе - Виктория Серебрянская

Я потихоньку перевела дух. Вот и хорошо. Ничего ужасного не стряслось. Пусть принц развеется, растрясет свою дурь. Глядишь, в голове умные мысли появятся.

После завтрака я пошла в рощу кофейных вишен вместе с матросами. И была приятно удивлена. Мужчины отнеслись к порученному со всей ответственностью. Под ногами не валялось раздавленных плодов. На ветках не было переспевших ягод. А еще над деревьями в нескольких разных местах на ветру реяли белые тряпицы.

Поймав мой любопытный взгляд, самый старший из мужчин с улыбкой пояснил:

— Птиц распугиваем, ваша светлость! Как ягодка начала спеть, так их стало налетать все больше и больше. Так могли и весь урожай перепортить. Вот Томаш и предложил. У него отец так сады от птиц оберегает.

Я улыбкой поблагодарила всех сразу:

— Отлично! Вы все правильно сделали!..

— Ваша светлость, — вдруг позвал кто-то со стороны, — а правда ль, что с этих ягод вы будете готовить какой-то диковинный напиток?

— Правда, — усмехнулась в ответ. — Диковинный бодрящий напиток, который принесет мне много денег.

В последнем я не была уверена. Но делиться своими сомнениями с матросами не стала.

Я оставалась в роще, пока не была набрана первая корзина спелых ягод. Наблюдая, как в стороне от работающих матросов то тут, то там пытались сесть, чтобы полакомиться сладкой вишней, большие яркие птицы, смахивающие на попугаев. То тут, то там они подбирались к созревшему урожаю, но не успевали нанести ему вред — очередной порыв ветра заставлял лоскуты трепетать и пугал пернатых вредителей.

Когда была набрана первая корзина, трое из матросов забрали ее, намереваясь отнести на террасу, сушиться. Основная масса урожая уже была снята, работы в роще оставалось мало. Должны были справиться и оставшиеся. А те трое, с которыми я пошла посмотреть на процесс сушки, планировали переворошить подсыхающие ягоды.

По пути матросы с любопытством косились в мою сторону. Я же обдумывала болезненный для меня вопрос очистки сушеных ягод от остатков кожицы и мякоти. Сама по себе кожура ягод и без того плотная, на сушеных же она и вовсе приобретает почти каменную твердость. А мне необходимо ее как-то отчистить…

— Что вас так заботит, госпожа герцогиня? — со всем почтением поинтересовался тот матрос, что объяснял про птиц. — Вы так хмуритесь… Мы что-то сделали не так?

— А?.. — вынырнув из тяжких раздумий, я покосилась на пожилого мужчину. А сообразив, что его интересует, покачала головой: — Нет, с этой стороны все в порядке. Вы молодцы. Особенно если и сушите ягоды правильно. Но вот после сушки их придется как-то чистить. А я не могу придумать, как… У меня на родине для этого существуют специальные… приспособления… — Я чуть не ляпнула «машины», вовремя спохватилась. — Здесь же ничего даже примерно похожего на них нет. Вот я и ломаю голову, — поделилась с матросом заботой.

Я не ожидала, что мне что-то посоветуют. Отвечала механически, по привычке. А матрос неожиданно спросил:

— А на что они похожи? Что должны делать?

Я пожала неопределенно плечами в ответ. Как объяснить принцип устройства тому, кто никогда не видел в глаза механизмы. Особенно если я сама не до конца представляла принцип работы машины. Ответила максимально обтекаемо:

— Это большая емкость, в которую засыпают полностью высушенную кофейную вишню, и в которой в результате внешнего воздействия счищается все, что осталось на косточке: сухая кожица и высохшая мякоть.

Матрос молча поскреб в затылке.

Собранные ягоды сушились на открытой террасе, которую словно замок преподнес мне в подарок: после нескольких дней бесцельных блужданий, я неожиданно наткнулась на интересное место. Словно залитый бетоном ровный пол без единого шва или стыка, стены, образованные плетущимися лианами с крупными листьями, переплетшимися с ветками деревьев, и открытое небо. Место идеально подходило для просушки урожая. И я с облегчением завладела им.

Собранная вишня радостно сохла на солнышке.

— Вы не подумайте, ваша светлость, — с достоинством объяснял мне все тот же матрос, надо бы имя мужчины узнать. Он мне в отцы годится, а я не знаю, как к нему обращаться. — Мы ворошим ягоды дважды в день. И поглядываем, чтобы не было дождя, значится. А птички сюда сами почему-то не летят…

Наклонившись, я подхватила одну ягодку и задумчиво покатала между пальцев: кожура на ней уже основательно сморщилась, показывая, что уже совсем скоро ягодку можно будет пускать на новый этап обработки. А я еще не придумала, как его вообще осуществить…

Вопрос со следующим этапом обработки собранного урожая решился внезапно и совершенно неожиданно. Матросы переворошили уже сушившуюся ягоду, освобождая уголок для свежей. Я отступила, не желая им мешать. Но настолько неуклюже и неловко, что задела стоящую на краю площадки корзину со свежей ягодой. И та начала опрокидываться…

Я взвизгнула, понимая, что своими руками сейчас загублю труд матросов и несколько чашек бодрящего напитка. Взмахнула непонятно зачем руками. И с кончиков пальцев вдруг сорвался магический поток. Вызванный магией ветер ловко перехватил корзину, не дал уже выпавшим из нее ягодам укатиться в траву. Подхватил те, что рассыпались. И, протащив их по поверхности площадки, собрал в кучку.

Над площадкой повисла тишина. Только тот матрос, который рассказывал мне про птиц, молча наклонился, чтобы подобрать годы, собранные магией. И вдруг присвистнул:

— О как!.. Чем это вы ее так, ваша светлость?

— Магией, — криво усмехнулась в ответ.

В крови еще бурлил адреналин от испуга. В висках шумело, пальцы подрагивали. Понятное дело, что никакого особого урона не случилось бы, если бы вишня рассыпалась. Просто матросы потратили бы лишнее время и силы, собирая ее. Я просто отреагировала на голых инстинктах, не думая.

— Так, может, магией чистить и остальные? — бесхитростно задал вопрос мужчина и протянул мне подобранную вишенку.

Я бездумно взяла то, что давали. Посмотрела и… Захлопала ошарашенно глазами! Ягодку будто кто-то теркой хорошенечко обработал! Жесткой и плотной кожицы не было совсем. А от мякоти осталась примерно треть…

— О-бал-деть!.. — вырвалось у меня. — Неужели это я ее так? Надо потренироваться на чем-то!

Стоявший неподалеку другой матрос, прислушивающийся к нашему разговору, подошел поближе. Вытянув шею, рассмотрел ягоду в моей руке. И вдруг предложил:

— А если взять бочку и насыпать туда вместе с ягодами немного мелких острых камешков? А потом заставить магией все это