Когда оживает сердце - Ханна Бейли

– А я еще боялся тебя напугать!..

– Его приезд меня напугал. А ты прискакал прямо как герой старого вестерна и избил негодяя.

– Я должен был прискакать раньше. Нельзя было оставлять тебя одну.

– Успокойся, Остин. В решающий момент ты был рядом.

– И всегда буду.

Он поднимает меня на руки и несет в постель. Мы падаем на свежие простыни, и я занимаю свое любимое место у него на плече. Мое место, мой дом, моя любовь. А ведь все это могло рухнуть в одну секунду, не будь Кей-Джей столь самоуверен. Подумать только, этот идиот думал, что сможет уговорить меня сесть в машину и уехать с ним! Начни он разговор с пистолетом в руках, неизвестно, чем бы все закончилось.

– Каково это? – спрашиваю я, глядя на правую руку Остина. Даже в тусклом свете прикроватных ламп заметно, как опухли костяшки пальцев.

– Что?

– Бить его. Я в жизни никого не била, но Кей-Джея ударила бы с удовольствием.

– Что ж ты не сказала, Горожанка! Ух, посмотрел бы я, как ты стираешь самодовольную ухмылку с его морды! – Рука Остина скользит по моему бедру. – А ощущения… Бить подонка, конечно, было приятно, но еще приятнее – целовать тебя у него на глазах.

– Да ты просто территорию метил! – Я со смехом закатываю глаза. – Мужчины! Вы настоящие животные.

– Да-а? А кто кого поцеловал? Зверушка моя маленькая.

– Ладно, ладно, согласна взять ответственность на себя. – Я прижимаюсь к нему еще крепче, и сердце стучит прямо под ладонью. – Его я никогда так не целовала. Разве что в самом начале, совсем недолго… По-моему, лучшего способа послать его напоследок ко всем чертям не придумаешь.

– Тогда следовало заставить его смотреть, как ты кончаешь со мной. Вот это был бы удар.

От моего хохота трясется кровать.

– Да он и не понял бы, на что смотрит. Он же никогда не видел этого прежде.

– Го-осподи, как много он потерял. К моей неописуемой радости. – Остин нежно гладит меня по волосам. – У меня появилась новая цель. Я просто обязан вернуть тебе все упущенные за эти годы оргазмы.

– Начнем прямо сейчас? Тебе многое предстоит сделать… – Мои губы медленно движутся по его шее.

– Хорошо, что у нас полно времени, – говорит он, просовывая руку мне между ног.

Знаю: я, как всегда, тороплю события, но, честное слово, за этого мужчину я готова выйти замуж.

Просыпаюсь там, где хочу быть больше всего на свете – в объятиях Остина. В ушах тихий стук его сердца. Впервые за долгие годы я абсолютно спокойна.

– Я еще сплю? – спрашиваю, не открывая глаз.

– Нет, дорогая. Хотя я не обязан отвечать, – зевает он.

– Ты что, коп? – Я толкаю его в бок, и он расслабленно, от души смеется, как тогда, после родео. Он так же спокоен, как и я.

Медленно провожу рукой по его груди. Останавливаюсь на животе, поглаживая нежную кожу над резинкой боксеров.

– Четыре оргазма позади… сколько еще у нас в планах на сегодня?

– В моих планах провести между этими прекрасными ногами столько времени, сколько ты позволишь. – Губы Остина прижимаются к моим, рука спускается к киске. – Дай знать, когда проголодаешься или устанешь, красавица.

С этими словами он высвобождается из моих объятий и исчезает под простыней. Губы и борода щекочут каждый дюйм кожи у него на пути. Меня охватывает истома. Его язык медленно скользит к моей киске, наполняя удовольствием все тело. Со стоном опускаю руки под простыню и хватаю его за волосы.

– Я говорила, как сильно тебя люблю? Потому что… о-о, я безумно люблю тебя.

На секунду он замирает.

– Продолжай.

Похоже, я еще не пришла в себя после прошлой ночи: все чувства обострены до предела, перед глазами плывут цветные узоры.

– Ты… ты для меня все. – Я задыхаюсь от наслаждения, когда Остин обхватывает мой клитор губами. Тепло разливается по позвоночнику, усиливаясь с каждым движением. Он довольно стонет. Пальцы скользят внутрь, я выгибаю спину. – Хочу каждый вечер засыпать в твоих объятиях до конца моих дней и просыпаться вот так.

Он на секунду прерывается:

– Это я могу устроить.

И больше никакого «пока ты здесь». Неужели поверил, наконец, что я тут надолго?

Твердая рука на животе удерживает меня на кровати, не давая взлететь к небесам.

– Ос, я люблю… О боже… – Сладкая волна захлестывает меня от макушки до кончиков пальцев.

Спустя полчаса и еще два оргазма мир становится похож на большую карусель: все кружится, в ушах шумит, сердце колотится как бешеное. Губы Остина прокладывают путь по всему телу прямо к моему рту. В его горле еле сдерживаемый стон, на языке сладкий вкус экстаза. Я беру в руку его твердый член.

– Трахни меня, пожалуйста. Дай мне почувствовать, что я твоя, – шепчу я умоляюще.

– Дорогая, ты создана для меня. Всегда была и будешь моей. – Кончик члена упирается в меня, я постанываю от нетерпения. – Но если мою девушку нужно трахнуть, чтобы это доказать, кто я такой, чтобы сказать «нет»?

Остин входит в меня с утробным рычанием. Закидывает ноги себе на плечи и хватает за бедра.

– Как же мне с тобой хорошо! – Запрокинув голову, он погружается в меня таким резким рывком, что спинка кровати ударяется о стену.

Я в одном вдохе от оргазма. Он выходит и снова врывается в меня. Стопы сводит судорога, ноги дрожат. Я впиваюсь ногтями в его бедра.

– Ос, я больше не могу.

– Ты сдаешься, дорогая? – Он слегка замедляет движения.

– Еще один оргазм. Подари мне еще один.

Остин наклоняется и, плюнув на мой клитор, нежно потирает его большим пальцем. Черт, этот мужчина точно знает, что мне нужно. Закатив глаза, я чувствую, как погружается в меня, наполняя горячей спермой и невыразимым блаженством. Мои бедра дрожат, лодыжки безвольно падают с его плеч.

– Как ты? – шепчет он в мои растрепанные волосы.

– В полном изнеможении, зато совершенно счастлива, – отвечаю я, и это чистая правда. Все так, как должно быть, Кей-Джея больше нет, Остин внутри меня, хрипловатый голос нашептывает, как сильно он меня любит. – Хотя я голодна, уходить отсюда категорически отказываюсь.

– Я принесу что-нибудь. – Он пытается встать, но я удерживаю его, обвив ногами талию.

– Нет уж, ты тоже останешься здесь, – смеюсь я. – Спорю на что угодно, Кейт передаст нам завтрак с кем-нибудь из парней, если попросим.

– А нам это надо? Когда я внутри тебя? Ты, конечно, выглядишь потрясающе, однако я не горю желанием, чтобы мои братья застали меня в такой позе. У нас в холодильнике кое-что есть. Давай я приготовлю.

– Ла-адно, – неохотно соглашаюсь я, опуская ноги.

– Не волнуйся, дорогая. Сразу после обеда мы продолжим с того места, на котором остановились.

Как ни жаль, нельзя вечно оставаться в постели, особенно учитывая скудность запасов в холодильнике. Впрочем, знай я заранее, что в большом доме нас поджидает вся честная компания, может, и