Клетка для дикой птицы - Брук Фаст

— Беги проверь, на дежурстве ли Вейл, Момо. Скажи ему, что нам нужен доктор Роу. Живо, — скомандовала Кит.

Слёзы катились по щекам Момо, когда он сорвался с места, проталкиваясь сквозь толпу заключённых, которые лезли поближе, чтобы рассмотреть Августа.

Я подняла взгляд через коридор туда, где Перри всё ещё сжимала прутья своей камеры, ухмыляясь. Внутри меня закипала ярость.

Я знала, что это была она.

Кит говорила с Августом тихим, успокаивающим тоном, поэтому я переключила внимание на осмотр камеры, сканируя пространство в поисках любой улики, которая без сомнения докажет, что за этим стоит Перри.

— Вон, — прошипела я на других заключённых, сверля их взглядом. И моя репутация, похоже, в кои-то веки помогла: большинство из них отступили на пару шагов.

Я проверила замок на двери камеры, убедившись, что его не взломали силой. Она была отперта, как и моя.

Другого оружия в комнате не было. Только прут.

Я наклонилась, поднимая его. Медный, около дюйма в диаметре. Я не видела ничего подобного в Эндлоке, да и вообще в Дивидиуме, и не знала, где Перри могла его достать.

— Это промышленная водопроводная труба.

Я обернулась и увидела, что Джед разглядывает трубу через моё плечо.

Я моргнула. — Откуда ты знаешь?

— Мы использовали такие на водоочистных сооружениях в Дивидиуме, — сказал он, забирая у меня трубу и вращая её перед глазами. — Один в один.

Я резко развернулась к Яре. — Яра. Какая у Перри работа?

Яра сдвинулась ближе к Кит, опираясь на неё и держа Августа за свободную руку, но её взгляд метнулся ко мне. — Она была в прачечной. Но когда впала в немилость у Ларча, он перевёл её на сантехнику. Она приписана к Хайду.

Меня передёрнуло от мысли о том, каково это — работать с Хайдом. Но сантехника…

Я снова повернулась к Джеду. — Думаешь, у неё мог быть доступ к таким штукам?

Рот Джеда скривился, прежде чем он кивнул. — Да. У нас на станции были полные ящики таких труб. Если бы одна пропала, это было бы трудно заметить.

Я скрежетала зубами, руки сжимались в кулаки; я двинулась к выходу из камеры. Потребовать ответа от Перри. Заставить её заплатить.

Чья-то рука обхватила моё запястье, дёргая назад.

— Нет, — яростно сказал Джед. — Если нападёшь на неё, сделаешь только хуже.

— Она сделала это с ним! — прошипела я. — Одно дело — преследовать меня за то, что я её сдала. Но сделать это? С Августом? Я знала, что Перри имела вес в Эндлоке, но это было дикое обострение, выходящее далеко за рамки того, на что я считала её способной. Она, считай, убила его.

Я не могла произнести последнюю часть вслух. Не когда Август корчился на полу рядом со мной.

— И что будет, если ты сорвёшь на ней злость? — прошептал Джед. — Август ранен. Он какое-то время не сможет помогать нам с планами. А ты считаешь, что пара ударов стоит того, чтобы загреметь в карцер, когда ты нужна нам больше всего?

Джед закончил, запыхавшись, и часть боевого запала покинула меня. Он был прав. Дело не в потакании моим порывам или мести. Дело не во мне и не в том, чего я хочу.

Я опустилась на колени рядом с Августом, проверяя, не изменилось ли состояние его лодыжки.

В камеру ворвался Вейл: грудь вздымалась, панический взгляд сканировал комнату. Глаза зацепились за меня, и всё его тело заметно расслабилось на выдохе. — Ты ранена? — Слова сорвались с его губ, поспешные и лишённые защиты.

Его взгляд скользнул по мне, горя интенсивностью, словно он запечатлевал в памяти каждый дюйм. Его рука потянулась, зависнув в пространстве между нами. Затем он резко отдёрнул её, качая головой, будто забылся — забыл свою роль.

Взгляд Кит метнулся между нами.

— Я в порядке. Это Август.

Вейл с видимым усилием оторвал от меня взгляд. Его лицо побелело при виде изуродованной лодыжки Августа, и он издал сдавленный звук.

Он опустился на колени с другой стороны от меня, достаточно близко, чтобы его рука коснулась моей, и осторожно положил ладонь на плечо Августа. — Доктор Роу уже в пути, Гас, — мягко сказал он. Затем снова повернулся ко мне. — Расскажи, что случилось.

— Камеры, — начала я; в голосе звенело напряжение, хотя мозг зацепился за то, что Вейл назвал Августа по имени, а не по номеру. Опять. — Они все были открыты. Я думаю, это было намеренно.

Я знала, что, когда камеры открывают днём, звучит сирена. Её отсутствие должно было быть спланировано.

Глаза Вейла сузились. — Сегодня ночью за безопасность камер отвечал не я. Хайд. Полагаю, это была ошибка. — Он наклонился ниже, чтобы лучше рассмотреть лодыжку Августа, и голос его дрогнул, когда он снова заговорил. — Кто это сделал?

Хайд отвечал за безопасность камер. После того как Перри перевели к нему на сантехнику. После того как она обвинила Августа в убийстве Сирила.

— Перри, — твёрдо сказала я, не оставляя места для споров. Посмотрим, как она посмеётся, когда её швырнут в карцер. — Я услышала, как открылась дверь камеры, а потом закричал Август. Я выскочила из своей камеры, когда включился свет, и увидела, как её дверь трясётся. Она только что захлопнула её. Как трусиха, которой она и является.

Взгляд Вейла потемнел, губы сжались в жёсткую линию.

Я указала на медную трубу, которую Джед вернул на пол. — Вот чем она это сделала. Штука, которую она смогла достать на своей новой работе в сантехнике, где за ней присматривает Хайд.

Звук распахнувшейся двери шлюза оборвал наш разговор. Вошёл Ларч. Он был в своей обычной накрахмаленной рубашке и тёмных брюках, с цепями из зубов на шее и серьгой в форме зуба-жемчужины, сверкающей в ухе. Я подумала, не спит ли он в этой одежде, чтобы быть готовым в любой момент. Я представила ряд чёрных рубашек, висящих в его шкафу, выглаженных и ждущих своего часа. — Что случилось? — спросил он, лихорадочно бегая глазами, словно Фарил Коутс мог в любой момент выйти из тени и уволить его на месте.

Вейл выпрямился и встал, встречая взгляд Ларча. — Хайд отпер двери камер. Неясно, была ли это случайность, но никто из заключённых не был заперт. Другой заключённый раздобыл эту трубу и раздробил лодыжку 412-му.

Ларч молчал, и я почувствовала, как на моё лицо наползает самодовольная улыбка. Ему наконец придётся наказать Перри. Одно дело — покровительствовать ей, но совсем другое — когда она открыто нарушает правила Эндлока и выходит сухой из воды.

Хотя, если