Хозяйка разорённого поместья Эшворт-холл - Айлин Лин

– Отлично. Где вы планируете проводить обучение? Здесь, в Торнтоне?

Я покачала головой:

– Если позволите, Ваша Светлость, я бы предпочла работать в Эшворт-холле. Не хочу оставлять дом без своего присмотра… На то есть свои причины.

Герцог задумался, постукивая пальцами левой руки по подлокотнику кресла:

– Хорошо, я не против. Хотя на моей фабрике вам было бы сподручнее…

– Ваша Светлость, – вдруг заговорил всё это время молчавший Найджел, – моя подопечная скромный человек, но я не из таких. На поместье недавно напали, устроили пожар и убили одного охранника. Есть ли возможность с вашей стороны помочь нам с организацией безопасности леди Айрис и её людей? И не только на период обучения вашего мастера. Конечно же, мы заплатим сколько нужно.

В гостиной ненадолго воцарилась тишина, Торнтон явно обдумывал услышанное.

– Леди Айрис владеет знаниями, которые стоят целое состояние, – наконец-то заговорил он. – И, я уверен, вы показали мне не всё, – и многозначительно на меня посмотрел, я же постаралась сохранить спокойствие на лице, но герцог был далеко не простак, он всё прекрасно понял. – Я направлю в Эшворт-холл отряд моих людей. Дюжину опытных бойцов под командованием капитана Рэда, они будут охранять ваше поместье, пока вы работаете над рецептами и обучаете Луи. Этот период вам не будет стоить ничего. А вот после… там уже и поговорим.

Я почувствовала небывалое облегчение:

– Благодарю вас, Ваша Светлость. Вы очень добры, – только и сказала я, встала и присела в реверансе.

– Будет вам, леди Айрис. Итак, вот что мы сейчас сделаем: капитан Рэд с частью своих людей немедленно отправится в Эшворт-холл, остальные будут охранять вас, пока вы находитесь в Торнтоне. Дэнвер, – герцог повернулся к своему секретарю, будто тень, замершему в углу помещения, – составь договор, чтобы всё было готово к сегодняшнему вечеру.

– Да, милорд, – поклонился мужчина и тихо покинул помещение.

– И это не доброта, леди Айрис, – усмехнулся герцог. – Это инвестиция, я вкладываю десять тысяч крон в ваши знания. Мне нужно, чтобы эти знания остались целыми и невредимыми. Отныне мы с вами партнёры, и я просто обязан защитить вас от всяческих угроз. Аванс составит пять тысяч. Как только вы закончите обучение Луи и он подтвердит, что владеет всеми процессами, я выплачу вам всё остальное. Деньги будут переведены на ваш счёт в королевском банке или выданы наличными, как пожелаете.

– Наличными, Ваша Светлость, – быстро ответила я.

– Хорошо, получите золото сразу, как подпишем все бумаги, – кивнул он и вдруг протянул мне руку. – Думаю, это начало очень выгодного сотрудничества для нас обоих, леди Айрис.

Я пожала его широкую, крепкую ладонь:

– Спасибо за доверие, Ваша Светлость. Вы не пожалеете.

***

Найджел

Закончив дела у Торнтона, отвёз Айрис с её дуэньей в гостиницу, сам отправился на рынок. В квартале ремесленников моё внимание привлекла небольшая лавка с вывеской "Мастер Отто Грюнвальд. Минералы и самоцветы".

Войдя внутрь, на мгновение замер, внимательно осматриваясь. Лавка была забита образцами: в застеклённых шкафах поблёскивали кристаллы, на широком прилавке лежали куски руды, а в открытых ящиках громоздились необработанные камни.

За прилавком сидел пожилой мужчина с лупой в руках, разглядывающий какой-то розовый кристалл.

– Добрый день, – поздоровался я. – Вы мастер Грюнвальд?

Он поднял голову, оценивающе окинул меня взглядом и ответил:

– Добрый-добрый… Да, это я. Чем могу служить?

Я развернул платок и положил перед ним.

– Можете определить, что это?

Грюнвальд выбрал самый крупный камешек, поднёс к окну и взглянул на просвет.

– Хм… Хм-м…, – задумчиво пробормотал он и потёр его между пальцами.

Затем достал небольшую масляную лампу, зажёг фитиль. Насадил мою находку на металлическую проволоку и осторожно поднёс к пламени. Камушек начал плавиться, распространяя сладковатый, смолистый аромат.

– Пахнет хвоей; горит, но не вспыхивает.

Потушил лампу, дал образцу остыть, затем взял стеклянную колбу с мутной жидкостью:

– Это насыщенный солевой раствор. Если это янтарь, а я предполагаю, что это именно он, то должен всплыть.

Бросил крупинку в колбу. Она медленно опустилась на дно, а затем так же неспешно всплыла, зависнув у поверхности.

– Ну вот, что и требовалось доказать, – кивнул Грюнвальд удовлетворённо, после достал небольшой кусочек шерстяной ткани и бумажку, затем начал интенсивно тереть образец. Через минуту поднёс к бумаге, и она потянулась к янтарю, в итоге прилипнув к нему.

– Это одно из основных свойств янтаря, притягивать лёгкие предметы после трения.

Мужчина поднял голову и внимательно посмотрел на меня:

– Это валлийский янтарь, милорд. Причём неплохого качества. Судя по цвету и прозрачности из так называемой голубой земли. Это глинистый слой, который содержит самые большие залежи.

Моё сердце невольно забилось быстрее:

– Вы уверены?

– Абсолютно. Я работаю с янтарём почти сорок лет, уж поверьте старику, тут ошибки нет.

Он взял щепотку крошки, задумчиво рассматривая её на свету:

– Где именно вы это нашли?

– У реки, случайно заметил следы недавних раскопок, сделанных на земле моей подопечной.

Грюнвальд задумчиво покивал:

– Да-да, янтарь обычно залегает в песчано-глинистых отложениях на глубине от нескольких метров до двадцати. Если у вас на берегу выходы «голубой земли», то месторождение может быть весьма значительным.

– Насколько?

Мастер пожал плечами:

– На месте нужно смотреть, но валлийский янтарь невообразимо ценен…, – и многозначительно замолчал. Получается, в Эшворт-холле, и, вероятно, на землях самого Торнтона с другой стороны берега, под землёй спрятано огромное богатство.

– Какова его цена? – спросил я.

– Она зависит от качества, милорд. Мутный янтарь, с трещинами оценят в десять-пятнадцать серебряных за килограмм. Чистый, прозрачный в золотую крону, а то и две. А вот янтарь с включениями: застывшим жуком, мухой или, например, ящеркой, – это уже редкость, за такой коллекционеры платят десятки золотых. Обработанные же украшения из лучших сортов… – он развёл руками, – тут уже сотни… Милорд, если у вас там действительно месторождение, берегите его. Янтарь всегда был объектом контрабанды и воровства.

Я кивнул, забирая платок:

– Сколько я вам должен за экспертизу?

– Два серебряных, милорд.

Я отсчитал монеты, поблагодарил и вышел на улицу. Солнце уже перевалило за полдень, город гудел, как растревоженный улей.

Айрис оказалась права, предположив, что это янтарь. И её мачеха, скорее всего, в курсе, и она работает точно не одна.

Я вернулся в гостиницу и сразу же отправился в номер подопечной.

– Милорд! – Айрис вскочила, едва я переступил порог. – Это янтарь, ведь так?

– Да, он самый и жутко редкий. Мастер всё проверил, чтобы развеять все сомнения…

– И кто-то нашёл янтарь задолго до нас, – тихо заметила девушка. –