С топором наперевес - Дафни Эллиот

— За кур! — поднял пиво Ноа. — Пусть снесут миллион яиц!

— Думаю, я сделаю их звёздами нашего Instagram и сайта. Назначу их талисманами продуктовой помощи, — задумчиво произнесла я. — Совмещу пиар с фондрайзингом. Ну и с яйцами, конечно.

— Можно продавать право на имя, — предложила Элис.

Бекка оживилась.

— В обмен на пожертвование!

Гениально. Мы могли бы использовать эти деньги на корм и уход. Сейчас нам были нужны все средства, какие только можно достать.

Мы работали экономно, полагаясь на волонтёров и помощь от штата и федерального бюджета. Как уже не раз говорили Элис и Бекка, я имела право на зарплату как директор. Но после оплаты счетов, поддержания здания и обеспечения продуктами нуждающихся, оставалось только на мою страховку.

Так долго я не смогу. Но каждый день я разговаривала с теми, кому нужна помощь. С детьми, матерями, пожилыми. И мне казалось неправильным думать о себе.

Пока что я жила на деньги, полученные от Грэма за квартиру и в виде алиментов. Я не просила многого, и, к счастью, он не сопротивлялся. В основном потому, что спал с половиной Бостона.

В какой-то момент мне придётся разобраться со своими финансами, но только не сегодня. Сегодня я не собиралась портить этот тёплый, светлый вечер тревогой и паникой.

Нет, сегодня я собиралась наслаждаться любовью и поддержкой, которыми славилось это сообщество.

Есть пиццу, шутить с друзьями и чувствовать объятия Ноа и его тёплые, надёжные объятия. И ловить те самые мурашки, которые появлялись каждый раз, когда он целовал меня в висок. По моим подсчётам, сегодня это случилось уже семь раз.

— Отвезти тебя домой? — спросил Ноа, когда друзья начали собираться, разъезжаясь по домам и пообещав вернуться завтра, чтобы закончить начатое.

Он помог мне подняться, но не отпустил моих рук, когда я уже стояла на ногах. Господи, какой же он был красивый. Даже вспотевший, грязный и в старой бейсболке. У меня подкашивались ноги, стоило мне встретиться с этим горячим, пылающим взглядом.

— Да, герой. Отвези меня домой.

Глава 30

Ноа

Плечом к плечу мы рухнули на диван. Сегодня мама привезла Тесс на склад продовольствия показать, как получился курятник. А потом мы всей компанией пошли отмечать успешную стройку. Заглянули за бургерами в Лося вместе с Элис, Беккой и их детьми.

Дочка сбилась с режима и капризничала, так что укладывать её пришлось с боями, но мы справились.

Мне бы сейчас душ и восемь часов сна, но, находясь рядом с этой измотанной и чертовски красивой женщиной, я хотел совсем другого. И намного сильнее.

— Спасибо, — хрипло произнесла Вик. — Я в восторге от того, как всё вышло. — Она села, глаза блестели. — Серьёзно. Ты так старался.

Я тихо усмехнулся.

— Ну конечно. Ты же держишь меня в кулаке — ты знаешь, да? Я по уши влип. А это значит, что построю тебе столько курятников, сколько пожелаешь.

Я наклонился и мягко пощекотал её в бок. Её это всегда сводило с ума.

— Или свинарник.

— Или козлятник.

Она извивалась подо мной, и вдруг усталость как рукой сняло.

— А как насчёт альпак?

Она захихикала, когда я усадил её себе на колени.

— Или теплица? Что бы тебе ни понадобилось — я рядом.

Я наклонился и мягко коснулся её губ.

— Я, честно, думала, что Ганьоны порвут вас, Эбертов, — дразнила она, расплывшись в улыбке.

— Но у меня был Джуд, — возразил я. Он был тихим, но пугающе эффективным.

Она наклонила голову и сузила глаза.

— Джуд классный, не спорю, но Адель приехала с тяжёлой техникой на прицепе. Это было чертовски круто.

Ну ладно. Действительно круто. А ещё она моя золовка, так что стоит отдать должное.

Она сняла с меня кепку и провела пальцами по волосам и я вспыхнул от этого прикосновения, как огнём по нервам.

— Но потом ты привёл Гаса. Это уже вообще другой уровень.

Она изобразила, как у неё «взорвался мозг».

Я кивнул с гордостью.

— Он талантливый.

— Этот человек установил камеры наблюдения за курами. И поставил приложение на мой телефон. — Она покачала головой. — Я у тебя в долгу.

— Ни в каком ты не долгу. Я же сказал, что бы ни понадобилось, я рядом. Но... — Я подтянул её за бёдра, опуская на диван, и навис над ней. — Я не буду возражать, если ты захочешь выразить благодарность.

Она поцеловала меня жадно, проводя руками по моей спине и сжимая мою задницу.

— И как ты хочешь, чтобы я её выразила, горячий парень?

Я припал к её шее, наслаждаясь вкусом кожи и тихим стоном, сорвавшимся с её губ.

— У меня много идей. Очень много. Грязных. Пошлых. Длинный список. — Я провёл пальцами по краю её шорт, слегка прикусив мочку уха.

— Ну так давай начинать. Ты же знаешь, я обожаю списки дел. Что у нас в начале?

— Для начала... — Я поднялся на колени, разглядывая её. Боже, какая же она красивая, раскинувшаяся передо мной. — Я собираюсь вылизать тебя так, что ты будешь умолять о моём члене.

Я медленно стянул с неё шорты, наблюдая за тем, как в её глазах разгорается страсть.

— А потом... — Я подхватил её бёдра и окончательно снял ткань. Шорты полетели на пол, я развёл её колени в стороны. — Потом я нагну тебя через этот диван и оттрахаю до потери сознания.

Я наклонился, едва касаясь губами её промежности, дразня её так же, как и себя. Чёрт, я сгорал от желания.

— Да, пожалуйста, — прошептала она, вцепившись в подушку дивана.

Послушно я опустил голову ниже, слегка лизнул её, отчего она заёрзала. Но вместо того чтобы сразу перейти к делу, я усадил её прямо, широко разведя ноги, опустился перед ней на колени, как перед королевой, и принялся за пир.

Я лизал и сосал жадно, впитывая её вкус, чувствуя, как по телу пробегает ток, когда она тянет меня за волосы.

Секс с Вик был чертовски горячим. И весёлым. Мы постоянно смеялись. Я всё ещё изучал её тело, так что каждый раз был как новое открытие.

— Ноа, — прошипела она. — Можно уже перестать. Я разогрелась.

Я нахмурился, глядя на неё.

— Ни за что. Ты кончишь у меня на языке, прежде чем кончишь на моём члене.

— Но...