Дар огненной саламандры - Ти Шарэль

— Вит Роций, — повернулась я к магистру, — то, что мы сейчас видели. Это брачный обряд?

— Да, вита Астерия.

— Все проходило по... правилам?

— Почти, — вит Роций в смущении отвёл глаза, и я не стала настаивать, хотя вопросы у меня, конечно, остались.

Про список, который нужно утвердить на завтра, я вспомнила только вечером. И то, только потому, что он сиротливо лежал на столике моей гостиной. Откладывать было нельзя, организаторы скоро придут за ответом, так что я налила себе кофия и села изучать перечень желающих меня увидеть. Удивительно, но огромное количество витов искали встречи со мной, и большинство из них были мне абсолютно незнакомы.

Я нашла имена почти всех прошедших на последний тур участников, Грэма, Рамуса и... родителей Астерии. Я растерялась. Встречаться с ними было страшно, всё-таки кому как не им знать родного ребенка, но как будет выглядеть мой отказ?

В итоге я остановилась на Аверике, Грэме, Рамусе и родителях, о чем и уведомила зашедшего вскоре устроителя.

"Портал откроется через два дня", — дала о себе знать Ярра.

"Мы, кажется, это уже обсудили? Если для тебя это шаг в один конец, то меня он не устраивает".

"Мне дорога твоя забота, детка. Но это единственное верное решение, особенно после сегодняшнего".

"Ты о воспоминаниях князя?"

"Он охотится на тебя уже несколько лет".

"И вряд ли от большой любви", — хмыкнула я.

"У нас нет выбора", — помедлив, произнесла Ярра. — "Тебе придется уйти".

"Что помешает Бродерику расправится с герцогом и остальными и отправиться за мной?"

"Без меня он тебя не найдет".

"Не хочу об этом говорить! И думать!"

"Как скажешь", — тускло проговорила Ярра и затихла.

Пожалуй, академия никогда не знала таких активных дней. Сначала королевский бал, потом испытания и, теперь, открытые дуэли сильнейших витов. Зрелищ хватало, хлеба тоже. К нам переехали не только дворцовые лекари, но и часть поваров, горничных и даже швейцаров. Суета, царившая утром в коридорах очень отличалась от студенческих будней, и безумно хотелось отмотать время назад, но...

Мне принесли новые наряды. Роскошные, но абсолютно безликие. Я ткнула в первый попавшийся, и меня тут же в него упаковали. Мне предстояло четыре отпущенные регламентом встречи, и, несмотря на царившее в душе смятение, я ждала их. Особенно одну. Но ее мне оставили почти на самый вечер.

Первая же встреча должна состоятся за завтраком, и присутствовать на ней будут родители Астерии. Лисси рассказывала, что особо теплых отношений между ними нет, и для меня, выросшей в дружной любящей семье, это было, как минимум, странно.

Агнесса и Витаус Дорны ждали меня в кабинете ректора. На маленьком столике у дивана был накрыт лёгкий завтрак, но есть мне совершенно не хотелось. Я осторожно вошла в кабинет, и родители Астерии молча поднялись мне навстречу. Как обращаться к ним я не знала, поэтому просто поздоровалась и склонила голову в приветствии.

— Что, теперь такая большая птица, что не можешь нормально поздороваться? — поджала губы женщина.

Я даже обрадовалась. Сделала быстрый шаг вперёд, подумав, что семья всё-таки предпочитает объятия, но холодный голос родителя меня остановил:

— Действительно, Астерия. Спина переломится нормально поклониться?

Ух ты. Я замерла, разглядывая Дорнов с весёлым интересом. Не видели своего ребенка несколько месяцев, знают, что творится в академии, и, вместо человеческой поддержки, могут предложить только претензии? Думаю, Астерии мои мама с папой понравились. Не могу представить такие высокомерно-презрительные выражения на лицах собственных родных.

Разговаривать мне расхотелось. Но я предприняла попытку в интересах Астерии.

— Рада вас видеть, — сказала я максимально дружелюбно.

— Рада была бы — написала.

Наверное, это правда, но...

— От вас тоже ни разу не было весточки.

— Ты смеешь упрекать нас, — взвилась женщина, но мужчина остановил ее.

— Агнесса, успокойся, дорогая. Мы здесь не за этим. Астерия, тебе нужно подписать отказ от причитающейся тебе собственности.

Театр абсурда. Пожалуй, даже хорошо, что Астерию воспитывали ни эти люди.

— Почему я должна отказываться? — с любопытством поинтересовалась я.

— Ты же теперь птица другого полета, — почти закричала женщина, — зачем тебе бабкины деньги?

Я вздохнула. Не хочу никого осуждать, но и действовать против интересов Астерии я не буду. Возможно, ей ещё придется сюда вернуться. Но мне понятно, на что она рассчитывала, сбегая. Наследство. Бабушкино, судя по всему.

— И вам всего хорошего, — сказала я и вышла, проигнорировав гневные крики позади.

Моя охрана проводила меня обратно до моей комнаты, не подпустив выскочившего вслед за мной Витауса. Хоть какая-то от них польза.

Глава 16, в которой герцог побеждает

Грэм пришел ко мне сразу, как академию открыли для посетителей, и глядя в его встревоженные воспалённые глаза, я решил рассказать ему все. Библ с более детальной информацией по поводу наследства я подготовил заранее, благо время у меня было, но мой брат заслуживает нормального человеческого прощания.

— Грэм, я должен тебе кое-что рассказать...

— Знаешь, мне заранее не нравится то, что ты хочешь сейчас сообщить.

— Тем не менее, — я помолчал, раздумывая как лучше преподнести ему новость, — я знаю способ вывести Бродерика из игры.

— Правда? — обрадованно встрепенулся Грэм.

— Да. Ты знаешь, как убили короля Кастора ещё в самом начале Вечной Войны?

— Нет! Ты на это не пойдешь! — Грэм, до которого дошел весь смысл моего плана, подскочил с дивана и заметался по моей гостиной.

— Я все решил, Грэмиан.

— Это самоубийство!

— Я все решил! — с нажимом повторил я.

— Я тебе не позволю.

— Грэм, — сказал я мягко, — послушай. Это единственный способ. Я не выживу в любом случае. У Бродерика ко мне длинный личный счёт ещё с войны. Он не упустит возможности.

— Почему ты сказал мне?

Я видел, что ему сложно принять мое решение, но, как и я, брат уже осознал его необходимость.

— Астерии будет нужна помощь. Когда меня не станет, я прошу тебя защитить ее.

— Но как? Отбор...

— Я сделаю так, что в строю останемся только мы с князем и, когда не станет нас обоих, она будет свободна. Я нашел прецедент, второго отбора не будет.

— Где ты возьмёшь накопитель? Когда вит Стенфорд убил Кастора, он использовал свой собственный детский накопитель, другой бы его убил раньше, чем добрался до короля.

— Я знаю, брат, я подготовился.

— Рик.., - начал Грэм