Игра в притворство - Оливия Хейл

Слеза скатывается по её щеке.

— Не указывай мне, что чувствовать, — шепчет она.

И, чёрт побери, это заставляет меня гордиться.

— Ты права. Не буду. Но я скажу тебе, что ты сильная, умная и красивая. С тобой всё в порядке.

Я поднимаю правую руку, чтобы смахнуть слезу. Её кожа розовая. От вина, от эмоций. Пугающе, насколько комфортно мне стало прикасаться к ней.

Насколько я зависим.

— Как далеко ты заходила с парнями?

— Только поцелуи. — она смотрит вниз, между нами, но продолжает мужественно. — И петтинг. Один парень приложил мою руку к своим джинсам, когда я была подростком, но это было через… одежду.

Я сразу же возненавидел его.

— Я хочу заниматься сексом, — говорит она. — Поэтому я хочу продолжать практиковаться в свиданиях. Я хочу однажды быть в отношениях. В ноябре мне исполнится двадцать пять, и я сказала себе, что к тому времени не буду девственницей. Я не буду ей.

— Ты поставила себе дедлайн?

— Да. — она слегка кивает, и в её голосе пробивается ярость. — Я же говорила тебе, что работаю над всем этим. Мне просто нужно найти кого-то, кто мне нравится, с кем я чувствую себя комфортно.

Она убивает меня.

— Ты хочешь…

— Я хочу продолжать. Мы заключили сделку, Кэллоуэй. Мне нужны эти уроки.

Я отбрасываю её волосы за ухо. Мне нужен контакт, нужно, чтобы она оставалась здесь, с ней.

— Это всё меняет.

— Это ничего не меняет. — её взгляд мечется между моими глазами. — Ты сказал, что я могу практиковаться в поцелуях с тобой. Где угодно, когда угодно.

— Да.

Моя рука скользит вниз, ложась на её шею. Я чувствую её быстрый пульс.

— Я ужасно целуюсь? — это шёпот, почти теряющийся в звуке волн под нами.

— С чего ты это взяла?

— Теперь ты знаешь, насколько я неопытна. Может, я…

— Ты не плохо целуешься. — эта идея смехотворна и нелепа. — Даже близко нет. Ты… нет. Нет.

— Спасибо.

Мои пальцы сжимаются на её шее, её шелковистые волосы щекочут их.

— Я не бескорыстный человек, бедовая. Я вызвался помогать тебе практиковаться в поцелуях не из доброты сердца.

И в этом вся проблема.

Она практикуется. Она учится. А я пользуюсь преимуществом женщины, которой со мной комфортно и которая учится своим границам. Я ей не нравлюсь. И я не могу перестать, блять, возбуждаться из-за неё.

Даже сейчас я не могу перестать касаться её.

— Ох. — маленькая, неуверенная улыбка расползается по её губам. — Я могла бы пойти и попытаться решить эту проблему сама. Это то, что я пыталась делать. Но мне не особо везло, потому что я на самом деле… Мне на самом деле не нравятся те мужчины. Если ты не поможешь мне, мне придётся делать это. Снова ходить на свидания. Может, я попробую подружиться с кем-то из охранников моего возраста. С Сэмом, может, или с Амосом.

— Нет.

— Тогда помоги мне, Вест.

— Помочь тебе. — я выдавливаю слова сквозь стиснутые зубы. — Я целовал тебя там, в доме, и ты застыла.

— Я не застыла. Это удивило меня, но мне понравилось.

Даже в темноте я вижу румянец, что заливает её лицо. Она доверяет мне это. Секрет сегодняшнего вечера, её эмоции, признание, что ей нравится целовать меня.

Доверие всего этого заставляет меня чувствовать себя десятифутовым великаном. Я хочу всю её, всё. Я сказал ей сегодня, что хороший секс всегда о доверии.

Секс с ней был бы больше чем хорош.

Но я не могу играть эту роль. Я не могу быть настолько ублюдком.

Но всему остальному… может, я могу помочь ей с этим.

— Тебе понравилось, — повторяю я. — Так это то, чего ты хочешь? Практиковать всё, что может случиться после свидания?

— Да. Возможно. — её слова торопливы. — Если ты заинтересован, или даже испытываешь ко мне влечение. Я знаю, ты, наверное, привык к женщинам с опытом, которым не нужно медленно, но…

— Милая. — мой большой палец гладит её щёку. — Ты говорила мне, что тебя напрягает, когда парень хочет тебя слишком рано, верно? Ты хочешь, чтобы мы притворялись, что я не хочу, или чтобы я был кристально честен в этом?

Она быстро моргает, ресницы длинные и мокрые.

— Правда?

— Правда. Я уже говорил тебе, я эгоист. Не думай, что ты просишь меня об одолжении.

— У меня не получится хорошо, — говорит она. — Есть реальный шанс, что я буду ужасна во всём этом. В чём бы мы ни практиковались. Как я была ужасна в…

— Нет. Не заканчивай эту мысль.

Она слегка улыбается.

— Это ведь правда, да?

— Почему ты ожидаешь от себя быть великолепной в том, чего никогда не пробовала? Что это за неразумный стандарт? — я хочу притянуть её к себе, посадить к себе на колени. — Не беспокойся об этом со мной ни на секунду. Можешь пообещать мне это?

— Хорошо. Да. Думаю… Я могу это сделать.

— Хорошо. Я не осуждаю тебя. Я не веду таблицу результатов.

Её губы изгибаются, и этот взгляд заливает меня облегчением.

— Что ты за учитель?

— Тот, кто не верит в оценки. — мой большой палец опускается на её нижнюю губу. Каждая мышца в моём теле напряжена до предела, и желание, что прокатывается по мне, настолько сильно, что вышибает из меня ветер. — Мы будем практиковаться дальше. В твоём темпе.

— Спасибо, — выдыхает она, словно я оказал ей услугу. Словно не я буду тем, кто будет умолять, и гореть, и грешить. — Прости, что солгала тебе об этом.

— Я понимаю, почему ты это сделала. — теперь ближе к ней, достаточно, чтобы увидеть мурашки на её руках. — Ты такая смелая.

Её губы приоткрываются на тихом вздохе. Ей нравится, когда я её хвалю.

Я подозревал, но спросил её сегодня, потому что должен был услышать, как она это скажет. Хотел оценить её реакцию. Не каждой женщине нравится, когда с ней так разговаривают.

Даже если я жажду сказать ей, как она мила. Использовать тот вибратор между её ног и сказать ей быть хорошей для меня, сказать, что она чувствует. Позволить ей увидеть, насколько твёрдым она делает меня.

Я говорил ей, что мне не нравится БДСМ, и это правда. Но в похвале есть доминантный аспект, который мне нравится. Всегда нравился.

Медленно, напоминаю я себе. И ад. Вот куда я направляюсь.

— Мне нравится. Когда ты меня хвалишь, — шепчет она. — Я хотела сказать тебе это раньше за ужином. Но не сказала.

— М-хм? Правда?

Она слегка кивает. Нетерпеливо, с широко раскрытыми глазами.

— Да. Это помогает мне расслабиться.