Океанская Жемчужина - Лия Виата

Всё затихло так же резко, как и началось. Океан неожиданно успокоился. Его поверхность стала вновь ровной и гладкой. Я кое-как добрался до берега и отдышался. Ларец с кольцом всё ещё был при мне, вот только использовать осколок я не мог. Он не станет мне подчиняться, а Риэ… Выругался и взмолился Нептуну, чтобы она выжила и дала мне возможность найти её до того, как станет слишком поздно.

* * *

У меня болела каждая частичка тела, но я всё ещё была жива. Сделала очередной болезненный вдох и поморщилась. В этот раз океан забрал слишком много, но не могла его за это винить. Сто пятьдесят лун моей жизни в обмен на возвращение человека из лап мертвых — пустяк.

— Долго ещё спать собираешься? — спросил резкий голос, отдавшийся в ушах эхом.

До моей уставшей головы не сразу дошло осознание того, кому он принадлежит, но когда поняла происходящее сразу открыла глаза и чуть не заскулила от боли. Мои руки затряслись и меня стошнило от головокружения.

— Фу, мерзость, — с отвращением сказала Кармен.

Подняла на неё взгляд и мысленно согласилась. Мне её видеть тоже не хотелось. Попыталась пошевелиться, но ничего не вышло. Мало того, что ослабла после использования силы исцеления, так меня ещё и двое крепких русалов держали, а вокруг стоял весь элитный отряд воинов из клана Рыб-мечей. С ужасом осознала, что мой конец уже близок.

— Признаю, ты заставила меня понервничать. Где ты пряталась всё это время? — спросила Кармен тоном, будто мы встретились на светском вечере, а не в окружении стражи.

— Какое это теперь имеет значение? — сквозь боль огрызнулась я.

Кармен рассмеялась и поправила свои длинные каштановые волосы, украшенные жемчугом.

— Никакого. Я просто попыталась проявить вежливость, прежде чем превращу тебя в океанскую пену, — сказала она.

Я прекрасно осознавала всю тяжесть своего положения, но голова отказывалась искать выходы из ситуации. Мысли расплывались и пропадали до того, как я могла за них ухватиться.

— Тогда не тяни, — произнесла я и с вызовом посмотрела ей в глаза.

— Нет уж, дорогая. Я не подарю тебе простую и безболезненную смерть. Хотя бы перед ней ты ощутишь, что такое настоящее отчаяние! — рявкнула она.

— Собираешься пытать меня? — холодно спросила я.

Кармен на мгновение замерла, потом подплыла ближе и дернула меня за волосы. От головы вниз по моему телу опустилась волна невыносимой боли.

— Твой братец уже доказал мне, что это ничего не даст. — Кармен внимательно заглянула мне в глаза. — Скажи мне, Жемчужина, чего ты боишься больше всего на свете?

Я нахмурилась, не понимая к чему она клонит. Зеленые глаза Кармен стали дикими и хищными. Я почувствовала в них отголоски её старой боли, но проникнуть в неё глубже не получилось. Магия не захотела откликаться на призыв. Кармен отстранилась и хитро улыбнулась.

— Кажется, я знаю, какая кончина может тебе подойти. Смерть в незнакомом месте, на потеху публике, где нет ни одного знакомого тебе существа, — сказала она, а у меня внутри всё похолодело.

Я предприняла одну жалкую попытку вырваться, но она провалилась.

— Вы двое, — обратилась она к стражникам, — дождитесь, когда в океан выйдут корабли и киньте нашу любимую Жемчужину в сети. Люди сами прикончат её наихудшим для неё образом на суше так, как убили до этого бывшую Императрицу.

Я вспомнила умирающего в сетях дельфина и вздрогнула. Меня затопил дикий ужас. Стало тяжело дышать. Если окажусь в сетях, то непременно умру. Ни Эндрю, ни Энже не видели моего настоящего лица, поэтому на помощь мне не придут. Да и если бы видели, не факт, что захотели бы меня спасти. Принц даже выслушать меня недавно не пожелал.

— Считаешь меня жестокой? Что ж, приму это за комплимент. Я так же отчаянно пыталась спасти свою единственную сестру, как ты свою жизнь, но она умерла. Конец истории, — произнесла Кармен, наблюдая за мной.

Подняла на неё взгляд полный ненависти и презрения. Она широко мне улыбнулась и вновь обратилась к стражникам:

— Судя по всему, Ариэлла недавно использовала очень много своих сил, поэтому вряд ли окажет вам сейчас достойное сопротивление, но я хочу, чтобы вы убедились в том, что она не сможет даже плавником в сетях пошевелить. Это понятно?

Они согласно закивали. Один из русалов ударил меня сзади по голове. Перед глазами сразу всё расплылось, и меня окружила холодная темнота. Последним, что я услышала, стал леденящий кровь заливистый смех Кармен.

Глава 44

Мне снились Лави, звезды над головой, шелест волн, её руки на моей груди и соленые губы на моих. Знал, что это всего лишь сон, но он был таким желанным и сладостным, что не хотелось просыпаться. Смотря ей накануне в глаза за миг до предложения о замужестве другой девушке, я был готов бросить всё, пасть на колени и признаться ей в любви, но долг принца не позволил. Теперь сны — всё что осталось от отголосков нашего недолгого счастья. Жанин показалась мне не плохой девочкой, но относится к ней серьезнее, чем как к младшей сестре я бы всё равно не смог. От мыслей о первой брачной ночи с ней передергивало. Как там вообще моё предложение прошло? Что она ответила? Нахмурился, поняв, что не помню. Мы с ней вышли на балкон, а потом… Потом появились убийцы, проткнули мне плечо мечом и столкнули в океан!

Резко распахнул глаза, сел и осмотрелся. В мою спальню проникал яркий солнечный свет, за окном пели птицы, рядом тикали часы. Тишь и благодать. Ощупал плечо и не нашел рану. Мне нападение тоже приснилось? Наверное это всё из-за волнения перед браком по расчету.

Дверь открылась и внутрь вошла горничная Тара. Обычно слуги всегда просили дозволения войти, но она действовала сейчас так, будто уже привыкла заходить ко мне без стука. Лицо у неё было осунувшимся и бледным. На меня начали находить смутные подозрения.

— Доброе утро, Тара. Я, кажется, проспал. Почему меня никто не разбудил? — дружелюбно спросил я.

Служанка вздрогнула, подняла на меня взгляд и неожиданно расплакалась.

— Ваше… Ваше В-высочество, я так рада вас видеть. Вы правда не п-пострадали? — промямлила она.

Окончательно почувствовал себя не в своей тарелке.

— Будь добра, позови…

Дверь распахнулась и внутрь влетел Марк с видом, будто за ним гонятся.

— Не важно, можешь быть свободна, — продолжил я