По зову сердца - Мишель Энн Янг

Они прошли по Мейфэру, погруженному в мрачные сумерки, болтая о подвигах, которые Веллингтон совершил в Испании в прошлом месяце.

— Как вы можете стоять в стороне от таких волнующих событий? — спросил Артур. — Теперь ход войны принял, наконец, другой оборот. Разумеется, вам мешает рана. Но мне жаль, что я в этом не участвовал.

Волнение в голосе молодого человека потрясло Хьюго, как удар под дых. Точно также был взволнован Бейнбридж за момент до того, как пушечное ядро оборвало его жизнь.

— Вам лучше оставаться здесь.

Артур посмотрел на него как на умалишенного. Они свернули на Сент-Джеймс-сквер. Хьюго нахмурился.

— Почему все так таинственно? Я член клуба «Уайтс» и клуба «Брукс».

— Там зеленая тоска. Нам сюда. Артур повел его в неосвещенный проулок рядом с какой-то таверной. Хьюго поморщился, наступив на что-то похожее по консистенции на патоку. В нос ему ударил запах гнилых овощей. Все это типично для Лондона. Проулок выходил во двор, и Артур громко постучал в черную дверь, которую давно следовало бы покрасить. Стук его напоминал условный знак.

— Господи, Артур, во что это вы впутались?

— Ни во что. — Он хохотнул. — Я здесь впервые. Думаю, это одна из шуточек Вейла. Он с неделю позабавится с нами, а потом скажет, что все это смертельно скучно, и отправится в Брайтон нанести визит принцу.

Прежде чем Хьюго предложил оставить всю эту дурацкую затею, дверь распахнулась, и перед ними предстал мужчина, выглядевший так, словно лицо его расплющила упавшая с большой высоты наковальня.

— Здрасьте, мистер Доусон.

— Здравствуйте, Перкинс. — Артур протянул ему свою шляпу.

— Зачем вы пришли? — спросил Перкинс. — У нас только для членов.

Вместо того чтобы послать наглого типа ко всем чертям, Артур возмутился:

— Его светлость сказал, что я могу прийти сюда нынче вечером.

Перкинс почесал подбородок.

— А-а, теперь вспомнил. А это ваш дружок, о котором вы говорили его светлости?

— Да, Перкинс. Это лорд Уонстед.

— Вот здоровяк, верно? Настоящий тяжеловес. Кулаки — что твои окорока. Вряд ли вам понадобятся два раунда, а, милорд?

Хьюго внимательно посмотрел на Перкинса.

— Я вас знаю. Видел, как вы однажды дрались в Нью-маркете. Практиковались в боксе. Тогда вас называли Джек Перкинс — Ветряная Мельница.

— Провалиться мне на этом месте! Это же, сколько лет назад было? Вы были тогда совсем еще дите.

— А знаете, Джек Перкинс, — сказал Хьюго, — если вы с тех пор не научились прикрываться, я в одну минуту отобью вам легкие.

— Ну, ясное дело, сэр, но за эту минуту я много чего с вами сделаю, это уж точно.

Хьюго рассмеялся:

— По полной программе, да, нахал вы этакий? Перкинс ударил правой, Хьюго мгновенно отбил.

— Блокируете удары не хуже меня, — пробормотал Перкинс. — А вот их светлость ни в коем разе не позволяют мне пользоваться всей пятерней, только открывать дверь да принимать шляпы и плащи, так что давайте сюда вашу.

Отдав ему шляпу, Хьюго поднялся следом за Артуром по узкой лестнице. Они вошли в комнату. Шторы на окнах были плотно задернуты, горели две лампы, свисавшие с низкого почерневшего потолка. Шестеро мужчин расположились вокруг длинного стола, покрытого зеленым сукном.

Сидевший во главе стола джентльмен поднял голову при их появлении. Его взгляд напомнил Хьюго о ястребе, высматривающем добычу.

— Бог мой, Артур. Этот бегемот и есть ваш друг-солдат? Сидевший справа от него белокурый Адонис хихикнул. «Лизоблюд», — подумал Хьюго.

Артур подошел к сидевшему во главе стола.

— Вейл, разрешите представить вам лорда Уонстеда, в прошлом капитана от инфантерии его величества. Дрался при Буссако. Хьюго, это герцог Вейл.

— Ваше преклонение перед героями не вызывает сомнений, Доусон, — сказал Вейл.

Хьюго удивился, когда герцог, встав, оказался почти одного с ним роста; герцог протянул ему руку и широко улыбнулся.

— Уонстед, я слышал о вас много хорошего. Добро пожаловать в клуб «Пропавшая графиня». Это Денби. — Он указал на светловолосого лизоблюда, который в ответ надул губы. — Петтигру, — сказал герцог, продолжая представлять присутствующих.

Элегантный денди, глянув поверх плеча Денби, отвесил поклон.

— А эти джентльмены — Отфорд, Сандерсон и Лонгфилд.

Мужчины, сидевшие вокруг стола, приветствовали новичков. Вейл указал на пустой стул слева от себя:

— Садитесь. У Петтигру кончились наличные. Теперь он пытается помочь Денби проиграть его состояние.

Петтигру — обладатель подбородка, походившего на фонарь, — потянул себя за нижнюю губу.

— Ему моя помощь ни к чему.

Рядом с локтем Денби лежала кучка расписок, готовых присоединиться к тем, что лежали на кону.

Поскольку Хьюго не мог отказаться, не оскорбив при этом человека, принадлежащего к королевской семье, и не свернув нос Артуру, и потому что он приготовился именно к чему-то подобному, он сел за стол. От бренди отказался. Артур с самодовольным видом плюхнулся на соседний стул, держа в руке полный бокал бренди.

Вейл бросил несколько фишек на кон, Лонгфилд, жизнерадостный деревенский сквайр, сложил свои карты.

— Для меня слишком высоки ставки. Игра пошла; банк держал Вейл.

— Обычно меня не приглашают играть с Вейлом, — шепнул Артур на ухо Хьюго. — Даже в клубе «Уайтс».

Оно и к лучшему, потому что ставка была сотня гиней. Сквайр Доусон стал бы банкротом за одну ночь.

Игра кончилась, Денби нацарапал что-то на очередной полоске бумаги.

— Проклятие, Вейл. Вам везет.

— Ему всегда везет, — сказал Отфорд и поднялся, почесывая свой небритый подбородок. — Я ощипан. Ни перышка не осталось, чтобы летать. Пожалуй, зайду к миссис Биксби. Может, кто-то из её девочек сумеет возбудить старую развалину. — Он похотливо подмигнул. — Идемте, Петтигру?

Тот допил бренди и потянулся.

— Уже утро?

— Нет, — ответил Хьюго. — Вечер только начинается.

— Боже милосердный, — сказал Петтигру. — Мы просидели за столом, двадцать четыре часа краду. Это рекорд, а?

— Нет, — возразил Вейл. — Я играл в фараон сорок восемь часов, не вставая — это было пять лет назад.

— И выиграли? — спросил Артур, вытаращив глаза. Вейл бросил взгляд на Артура.

— Кажется, выиграл. Лонгфилд загоготал.

— Разорил полного надежд, виконта, если не ошибаюсь, — сказал он и добавил: — Тот покончил с собой на другой день. — Он бросил робкий взгляд в сторону Вейла.