Полуночные грехи - Кимберли Логан

Сыщик должен быть готов прибегнуть к любым необходимым для расследования мерам.

– Итак, Мора согласилась никому не рассказывать о моей последней выходке. Во всяком случае, пока.

Сказав это, Джиллиан повернулась к вдовствующей герцогине Мейтленд, которая сидела на другом конце просторной залы. Она рассказала своей подруге о том, что с ней произошло вчера.

– Конечно, я не смогла ее полностью убедить в своей правоте, – продолжила Джиллиан, – но она посчитала, что такая возможность не исключается. А это гораздо больше, чем я ожидала от нее.

Царственно откинувшись на небольшом диванчике, Теодосия улыбнулась и отставила в сторону чашку горячего чая.

– Я рада, что ты смогла довериться ей, моя дорогая. Я знаю, как сильно ты страдала оттого, что вы с Морой отдалились друг от друга, но теперь у вас есть шанс это исправить. Ваша мать очень бы этого хотела.

Джиллиан вспомнила о тех утренних часах, которые она провела вместе с Морой и Эми, о том, как они делали первые неуверенные шаги к восстановлению былой сестринской привязанности. Она почувствовала, что на ее губах невольно заиграла улыбка. Это не будет легко, но впереди у них еще длинная дорога, а они уже хорошо продвинулись вперед.

– Я знаю, – пробормотала Джиллиан. – Жаль, что этот откровенный разговор не состоялся гораздо раньше. Никогда не думала, что Эми так тяготилась нашей постоянной опекой. И я даже не знала, что Мора с такой злобой относится к маме.

Джиллиан пересекла комнату и встала перед герцогиней.

– Я счастлива, что мы с сестрами пришли к некоторому подобию согласия, но есть еще кое-что.

Улыбка погасла на губах пожилой женщины.

– Твоя мать, – со вздохом произнесла она.

– Да. – После этого наступила длинная пауза. Когда стало ясно, что Теодосия не собирается ничего говорить, Джиллиан ненавязчиво подтолкнула ее: – Ты так и не сказала мне, что думаешь об истории, которую поведала Пэнси.

Джиллиан почувствовала неудовольствие Теодосии.

– Я скажу тебе, что об этом думаю, молодая леди. Я не одобряю того, что ты сделала в прошлую ночь. Сент-Джайлз – очень опасный район даже при свете дня, а ночью там становится просто жутко. Тебе следовало дождаться Толливера.

– Возможно. Но я не жалею о своем поступке. Если бы я не отправилась туда пораньше, то могла бы и не встретить Пэнси, которая мне кое-что рассказала. – Джиллиан присела на диван рядом с герцогиней и посмотрела на нее умоляющим взглядом. – Пожалуйста, скажи мне! Ты знаешь какого-нибудь близкого товарища Хоксли, который мог бы быть знаком с моей мамой? Джентльмен с титулом?

Теодосия сосредоточенно нахмурила лоб, как будто особенно тщательно обдумывала слова Джиллиан.

– Конечно, я назвала бы лорда Ланскома и лорда Бедфорда. Они довольно часто выпивали с Хоксли и ездили в игорные заведения, а также немного заигрывали с Элизой. Да, они были безнравственными распутниками. Хотя следует признать, что за последние несколько лет Бедфорд стал спокойнее. – Она покачала головой. – Но боюсь, не могу представить, чтобы кто-то из них убил твою мать, обставил все так, будто это совершил Хоксли.

Джиллиан сжала губы, а потом сказала:

– Кем бы он ни был, но этот мужчина должен обладать очень большой силой. Пэнси сказала, что Форбс его ужасно испугался.

Герцогиня сочувственно коснулась руки Джиллиан.

– Мне очень жаль, моя дорогая. Я хотела бы тебе помочь, но джентльмен с титулом?.. Это может быть кто угодно.

– Я тоже так думаю. Но по крайней мере теперь у меня есть зацепка, с которой можно работать. В любом случае это гораздо больше, чем у меня когда-либо было. Я знаю, что иду по правильному пути. – Джиллиан вздернула подбородок, поднялась с дивана и принялась ходить перед ней. – Тем не менее я отложу это до лучших времен и сосредоточу внимание на деле Коннора. Так как единственный подозреваемый во всех убийствах сейчас мертв, сыщики с Боу-стрит решили серьезно заняться его кандидатурой. Если я не сумею как можно скорее остановить убийцу, то умрут другие люди, а Коннор в итоге окажется в тюрьме за то, чего он не совершал.

– Коннор, да? Похоже, что этот мужчина тебе небезразличен?

В голосе Теодосии послышались хитрые нотки. Когда Джиллиан остановилась и посмотрела на пожилую женщину, то встретила спокойный, понимающий взгляд.

– Да, небезразличен, – признала она. Не было смысла отрицать то, что, как полагала Джиллиан, легко читалось по ее лицу. – И даже больше.

– Ты влюблена в него, – утвердительно произнесла герцогиня.

Джиллиан кивнула и тихо, почти шепотом, сказала:

– Я не понимаю, как это могло так быстро произойти. – Она прижала одну руку к груди, как будто пыталась смягчить боль, которая становилась все острее, когда она вспоминала о Конноре. – Всего лишь неделю назад я не знала о его существовании, а теперь не могу представить себе жизнь без него.

Герцогиня протянула ей руку:

– Подойди сюда, дорогая.

«Когда Теодосия начинает говорить таким повелительным голосом, ей трудно отказать», – усмехнувшись про себя, подумала Джиллиан.

Она подошла к ней и взяла ее за руку.

– Я не стану допытываться, что произошло между тобой и мистером Монро, – заверила ее герцогиня, мягко сжав ее пальцы. – Но я скажу тебе вот что: из того, что я видела, сделала вывод, что он хороший человек. И очень сильный человек. – В ее глазах зажегся огонек понимания. – Он не похож на Томаса, дорогая. Я не верю, что он из тех, кто способен бросить тебя тогда, когда ты больше всего нуждаешься в поддержке.