Леди обманщица - Бобби Смит

С револьвером в руке Джек подошел вплотную к толпе и стал. Те, кто находился ближе к нему, понимали, что рейнджер шутить не будет.

— Я применю оружие, если вы меня вынудите! — громко объявил Джек. — Но самосуда я не допущу. Разойдитесь по домам!

— Он убийца! — выкрикнул кто-то из толпы.

— Это не Люк Мейджорс! — во всеуслышание заявил Джек.

— Ты лжешь! — крикнул голос из толпы.

Джек бросил в сторону обвинителя угрожающий взгляд.

— Я больше всех в городе хочу заполучить Мейджорса, но это не он! — свирепо выкрикнул Джек. — А теперь расходитесь, если не хотите хоронить кого-нибудь из вас завтра!

Его окрик, свирепый вид и револьвер в руках возымели должное действие. Люди стали пятиться и, недовольно бурча, расходиться. Джек повернулся и пошел внутрь помещения, чтобы расспросить наемника. В конторе Фред горячо спорил с наемником.

— Это не бандит, — утверждал Фред.

— Нет, это Люк Мейджорс, — стоял на своем наемник Гарри Рэйд. — Посмотрите на него, он полностью соответствует описанию Мейджорса. — Я знаю Мейджорса, и это не он, — поддержал Джек Фреда.

— Но он пытался сбежать из салуна в Сан-Анджело, когда я пришел за ним! — яростно твердил Гарри, которому было жаль потраченного времени.

Тут заговорил арестованный.

— Я уже несколько дней пытаюсь втолковать ему, что я совсем не Люк Мейджорс, — произнес он. — Но он меня и слушать не хочет. Меня зовут Уолт Кинсел.

— Уолт Кинсел, тебя за что-нибудь разыскивают? — спросил Джек.

— Разыскивают, — смущенно ответил тот. — Но я не совершил никакого нарушения закона.

— Черт побери, как это понимать? — возмутился Гарри Рэйд.

— В Остине я оставил одну девушку в интересном положении, — все так же смущенно продолжал арестованный. — Ее отец пообещал наказать меня за это. Вот я и решил, что это он послал тебя за мной.

Фред возмущенно стукнул кулаком по столу.

— Я пошлю этому отцу телеграмму и сообщу, что тебя поймали. А до его приезда со священником ты посидишь у нас в тюрьме.

— У вас нет законного права так поступать со мной, — возмутился Уолт.

— Он прав, — сказал свое слово Джек. — Отпусти его, Фред… Мистер Рэйд, мне очень жаль, но вы доставили не того человека.

— Я на этом не остановлюсь! — выкрикнул Рэйд. — Я еще вернусь!

С этим обещанием он выбежал из конторы, вскочил на лошадь и ускакал.

Когда Уолта Кинсела развязали, он не стал задерживаться в конторе шерифа, через минуту его след простыл.

Фред устало опустился на стул и покачал головой.

— Надо же, они едва не устроили над этим парнем самосуд, — произнес он.

— Да, еще немного — и точно устроили бы, — согласился Джек. — Мне это совсем не нравится. Мейджорс считается невиновным до тех пор, пока не будет доказана его вина. Никто не видел, как он стрелял в Сэма Грегори или его помощника.

— Да, но у нас есть свидетели, которые единодушно утверждают, что он стрелял в Харриса, — возразил Фред.

— Свидетели могут заблуждаться, — пожал плечами Джек.

— Почему ты так уверен в его невиновности? — удивленно посмотрел на него Фред. — Весь город уверен в его виновности. Честно говоря, я тоже.

Посмотрев в лицо Фреду, Джек понял, что тот говорит искренне.

— Ты ошибаешься, Фред.

— Как ты можешь быть таким уверенным? Впрочем, постой-ка, в разговоре с Рэйдом ты сказал, что лично знаком с Мейджорсом. Как хорошо ты его знаешь?

Джек задумался. Уже несколько дней он ломал голову над вопросом: посвящать Фреда в тайну своего договора с Люком или нет? В городе сложилась слишком напряженная обстановка. Если какой-нибудь наемник привезет Люка, а Джека не окажется поблизости, то Люка, несомненно, повесят до суда. Значит, Джеку необходим союзник для того, чтобы уберечь Люка.

— Хорошо, — произнес Джек. — Я расскажу тебе кое-что такое, чего не знает никто, кроме меня. Ты должен дать мне слово, что этот разговор останется между нами, поскольку от этого зависят жизни людей.

Фред изумленно посмотрел на Джека.

— Ладно, даю слово. Так о чем ты хочешь мне рассказать?

И Джек Логан коротко рассказал ему о том, что произошло между ним и Мейджорсом до побега.

— Но он же стрелял в Харриса! — возразил Фред, все еще сомневаясь.

— Ты ошибаешься, — сказал Джек. — Грабитель выхватил свой револьвер, Люк свой кольт, и они обменялись выстрелами. В Харриса стрелял бандит, а не Люк. Мейджорс зашел в банк для того, чтобы попросить кредит, а не для грабежа.

Фред в замешательстве покачал головой.

— И все это время ты ждешь от Мейджорса вестей? — спросил он.

— Если он сможет вернуться ко мне после того, как установит личность Дьявола, то он это сделает, — ответил Джек. — Тогда мы полностью уничтожим эту банду. Но я должен защитить его любым способом.

Фред долго молчал.

— Сэм тоже не сразу поверил мне, — заметил Джек.

— А ты полностью доверяешь Люку? — спросил Фред.

— Я бы доверил ему свою жизнь, — ответил Джек. — Но в данном случае он доверил мне свою.

— Хорошо, — согласился Фред. — Если Мейджорса доставят в твое отсутствие, то я, черт побери, сделаю все, чтобы уберечь его до твоего появления здесь.

— Я хочу послать сообщение своему капитану, — заметил Джек. — Пусть он тоже знает, что здесь происходит. Мне не хочется, чтобы Люк по ошибке поплатился своей жизнью. Он работает на нас, а не против нас.

Фред кивнул, и они пожали друг другу руки.

Той же ночью Элизабет лежала в объятиях Джека. Он был превосходным любовником, и она ни разу не пожалела о том, что оказалась с ним в постели.

Джек лежал с закрытыми глазами. Не желая терять ни минуты их драгоценного времени, она провела рукой по его груди, затем ниже, еще ниже. Он открыл глаза.

— Ты спал? — спросила она грудным голосом, устраиваясь на него сверху.

— Нет, я просто отдыхал, — ответил он с улыбкой. — Ты меня изрядно вымотала.

— Ну, если ты устал… — многозначительно произнесла она, устраиваясь на нем поудобнее.

— Я же не сказал, что слишком устал, — улыбнулся он, привлекая ее к себе. — От тебя я никогда не устаю.

Он попытался оказаться наверху, но она воспротивилась. Откинувшись назад, Элизабет провела соском своей груди по его губам, а сама уселась верхом…

Элизабет делала все так, как она хотела. Она задавала ритм, она доводила его до самого момента кульминации, а затем замирала, чтобы продлить наслаждение. Она хотела сделать его рабом своей страсти, только тогда он мог дать ей то, чего она хотела.