Мой желанный враг - Елена Сокол

- Убери лапы, - прорычал он, скидывая с себя мои руки. – Я просто сказал ему правду: эти люди пытаются обвести нас вокруг пальца!

- Ты оскорбил его национальность! Намёком, но всё же. На хрена, скажи? Ты что, не видишь, кто они? – Не выдержал я. – Да, они грубые, недалёкие и прямолинейные, но не надо с ними, как с идиотами! Это опасные люди, и с ними нужно осторожно. Я ведь сам вёл переговоры, зачем было встревать?!

- Это огромные деньги! Риски! Ты собираешься согласиться на эту сделку и потопить нашу фирму? – Уставился он на меня непонимающе.

- Мы можем сделать триста процентов на этих станках, ты ведь всё слышал!

- Это списанное оборудование, а, значит, геморрой! – Воскресенский достал сигарету и закурил. – Если оно не надлежащего качества, нам придётся в него вложиться. Что, если выйдет дороже, чем купить их здесь?

- Чтобы заработать, нужно рисковать, Вик. – Я достал пачку, вынул одну сигарету и тоже закурил.

- Марк Григорьич, - в дверном проёме показалась Ирина.

- Уйди к чёртовой матери отсюда, дай нам поговорить! – Рыкнул я.

- Простите, - она испуганно потупила взгляд и прикрыла дверь.

- Ну, вот, что ты делаешь? – Устало выдохнул Воскресенский. – С тобой же совсем невозможно стало общаться.

- Так и не общайся! – Процедил я. – Мы с тобой и так, вроде, теперь, кроме работы, ничем не связаны.

- Тебе нужно лечиться... – Вик затушил недокуренную сигарету в пепельнице. – Нервы лечить, башку и всё прочее. – Он посмотрел на меня виновато. -  Чтобы купить эти станки, нужно взять большой кредит. Сможем ли мы его погасить? Если товар окажется говном, и придётся вкладываться, то не сможем. Раньше, когда у меня почти ничего не было, я мог так рисковать, а теперь не хочу. И не желаю связываться с ненадежными поставщиками.

- Но мы фактически дали им предварительное согласие. – Ярость затопила мой разум, пальцы сжались в кулаки. – Я поставил на кон свою репутацию!

- Ты забыл посовещаться со мной, Загорский. – Спокойно сказал Вик. – А я против этой сделки, и не стану ничего подписывать.

- Я думал, мы с тобой уже всё обсудили? Зачем ты сейчас упираешься? Хочешь выставить меня треплом? Такими деньгами не шутят, нельзя дать слово, а потом просто взять его обратно.

- Я передумал. – Улыбнулся он. – Правильно сказала Полька, пора нам с тобой расходиться.

- Вот так, значит? – У меня дыхание застряло в горле.

- Да. – Развёл руками Воскресенский.

- Отлично.

Полина

- Мы договорились, что я лично посмотрю товар. – Сообщил Вик.

- В каком смысле лично? – Мои ногти до боли впились в ладони.

- Загорский дал им своё слово, поэтому нужно убедиться, что станки надлежащего качества.

- То есть, ты полетишь в Испанию? Но ты же говорил…

Вик обнял меня.

- Мы несколько дней обсуждали сложившуюся ситуацию. Я против сделки, но Марк не отступает. Возможность убедиться в качестве товара это для меня повод отказаться от сделки, а для Загорского – сохранить своё лицо перед испанцами. Он и так ужасно взбесился, когда я сказал ему, что не против разойтись в разные стороны.

- А как же я? Если ты улетишь…

- До родов еще месяц, Поль. Я вернусь через три дня.

- Мне на следующей неделе ложиться в патологию.

- Хочешь, ляжем вместе? – Улыбнулся он.

- Не смеши. – Я уткнулась лбом в его грудь.

- Попрошу дядю Сашу приехать завтра, присмотреть за тобой.

- Хорошо.

Проводив Вика в командировку, я всё никак не могла успокоиться. Бродила по дому, переставляла вещи с места на место, вытирала пыль, мыла посуду. Впервые ко мне пришло осознание того, что осталось недолго, и совсем скоро я стану мамой. Все мысли до этого были сосредоточены лишь на том, как выносить срок, а ведь через месяц у меня на руках уже будет мой малыш! Стану ли я уязвимее или, наконец, обрету силу, чтобы сопротивляться своим чувствам?

Только рождение сына могло расставить всё по своим местам.

Я приподнялась на носочки, услышав шум подъезжающего автомобиля, и посмотрела в окно. С замиранием сердца разглядела в вечерних сумерках очертания иномарки Загорского.

Он что, не улетел вместе с Виком? Дождался, когда тот покинет страну, и приехал ко мне? Но зачем?

Пока я осторожно спускалась по лестнице вниз, в дверь уже раздавался нетерпеливый звон.

- Что тебе нужно? – Спросила я, замерев у стены.

- Открывай.

У меня едва ноги не подкосились от звука его голоса.

- Уходи, Марк. – Попросила я.

И в голове тут же всплыли подробности той ночи, когда мне не хватило сил отказать ему.

- Открывай грёбаную дверь, или я вынесу её! – рявкнул он.

- Зачем? – Я наклонилась на косяк и упёрлась в него лбом.

- Мне нужно посмотреть в твоё лицо. Я не уйду, пока не сделаю этого.

- Что ты хочешь там увидеть?

- Не знаю… – Он ударил в дверь кулаком. – Не знаю! Хочу знать, ошибся или нет.

- Ты сделал свой выбор, Загорский. – Перед глазами снова встала та блондинка в простыне. – Пожалуйста, уходи.

- Я долго думал, что сделал не так, и теперь знаю!

- И что же? – Всхлипнула я.

- Я должен был посмотреть в твоё лицо, когда ты мне говорила, что это не мой ребёнок, и чтобы я больше не лез в твою жизнь. Я должен был увидеть твои глаза! Тогда бы я точно знал.

- Я не открою тебе, Загорский. Тебе придётся поверить мне на слово. – Произнесла я, зажмуриваясь, чтобы не дать волю слезам. Низ живота неприятно потянуло, и мне пришлось погладить его ладонью. – Не говори так, как будто забыл, что я – жена твоего друга.

На дверь обрушился грохот новых ударов.

- Да мне плевать! Плевать на него, поняла?! Если бы ты сказала… если бы ты только дала мне понять, что хочешь быть со мной, я бы перешагнул через него, не задумываясь!

Я с силой втянула носом воздух. Нужно собраться с мыслями. Нужно сделать это прямо сейчас.

- С самого начала это всё было ошибкой. – Проговорила я, впиваясь пальцами в стену, чтобы устоять на ногах. – В какой-то момент я тебе поверила, и это тоже стало моей ошибкой. Я видела! Видела ту девушку у тебя дома, когда приходила, чтобы поговорить. Ты не способен на чувства, Загорский. Ты просто играешь людьми, поэтому я никогда не буду с тобой!

- Я убью! – Дверь в очередной раз содрогнулась от ударов его кулаков. – Убью его, слышишь?! – С той стороны раздался вой раненого зверя, и, кажется, даже стены задрожали. – И тебя убью… если не будешь со мной…