Идущая к солнцу - Татьяна Купор

– А как же трансплантация печени? Это сложная операция, после нее потребуется время на восстановление, а ты относишься к ней так несерьезно! Я боюсь за тебя!

– Не волнуйся, все пройдет хорошо. Девочка рассчитывает на мою помощь. Все дела сделаю и приеду к тебе восстанавливаться. – Он улыбнулся и поцеловал ее в макушку: – А теперь засыпай и ни о чем не беспокойся.

В самом деле: Алекс уедет всего на три недели, не навсегда. Почему она так переживает? За это время как раз успеет вникнуть в дела компании, продумать план дальнейших действий... А потом, когда вернется муж, наконец-то сможет отдохнуть и перевести дух.

Беззвездная ночь укутала тишиной, и Кристина не заметила, как уснула. 

***

В кабинет вошел невзрачный мужчина средних лет в скромном костюме. Босс кивнул на стул, приглашая сесть. Несколько секунд неуверенно потоптавшись на месте, визитер расположился в прохладном кожаном кресле и смахнул пот со лба. Босс молча протянул ему несколько фотографий. Тот взглянул и сразу помрачнел.

– Почему он? – разочарованно спросил мужчина, указывая на одну из них.

– В Вашу работу не входит задавать лишние вопросы, – последовал невозмутимый ответ. – Вам платят не за это.

– Прошу простить меня за бестактность, – торопливо извинился гость, – но этот человек, насколько мне известно, не сделал ничего плохого. Его музыка пронизана добром, его творчество помогает даже самым отчаявшимся людям найти правильный путь в жизни. Это я вам как доктор говорю. Мои коллеги не раз рассказывали, что находившиеся на грани самоубийства люди вернулись к жизни только благодаря песням этой группы.

– Меня не интересует Ваше мнение, и тем более, мнение Ваших коллег, – отрезал босс, закуривая сигарету. – Получили заказ – выполняйте, иначе мне придется найти более сговорчивого человека. Но последствия разрыва нашего сотрудничества Вы прекрасно представляете.

– Не нужно мне угрожать!

Мужчина гневно бросил фотографии на стол и вскочил со своего места. Большой босс наблюдал с усмешкой, как нервно ходит он из угла в угол, будто загнанный зверь. Небрежно стряхнул пепел в пепельницу и подумал: «Никуда не денется. Большие деньги портили и не таких людей».

Наконец нервный гость остановился и обреченно сложил руки на спинке кресла. А когда заговорил, его голос срывался.

– Почему Вы вверяете его убийство именно мне? Я не киллер, я всего лишь врач.

– «Всего лишь врач»... Как мило! А я всего лишь продюсер.

– Не лучше ли нанять для этого профессионала?

– Вы слишком много берете на себя. – Босс угрожающе приподнялся.

– Вот поэтому Вы и стали со мной сотрудничать, – смело выпалил пришедший, не отрывая пристального взгляда от собеседника. – Выполнение прошлого поручения мне едва не стоило незапятнанной репутации!

– Зато и получили Вы больше, чем за год врачебной практики, не правда ли?

– Я не могу так рисковать! Убийство – это слишком опасно! Да и не повернется рука на хорошего человека. Нет, не рассчитывайте на меня.

Босс сделал еще одну затяжку, намеренно затягивая с ответом. Пусть понервничает. Гость достал из нагрудного кармана гребешок и провел им по волосам, увлажнившимся от пота. Рука непроизвольно дрогнула, выдав напряжение. Продюсер развернулся в кресле к окну, не удостоив его ответом.

– Я отказываюсь участвовать в этом деле! Вы слышите? – напомнил о себе мужчина.

Босс резко повернулся, положил руки на стол и переплел пальцы.

– Вы в этом уверены?

– Уверен.

Хозяин кабинета вынул из ящика стола объемную папку и бросил ее перед доктором. Тот, подойдя, заглянул внутрь и моментально побледнел.

– Выполняйте работу или…

Мужчина понурил голову, нехотя спросил:

– Действуем как всегда? Подсаживаем на наркотики и алкоголь?

– Нет. С этой зависимостью живут годами.

– Тем не менее, хорошей репутации и части поклонников музыкант лишается практически сразу…

– Это мы уже проходили. Но после скандала на место отвернувшихся от него единиц пришли десятки новых. Люди доверяют ему больше, чем прессе.

– Тогда что будем делать?

Босс задумчиво потер подбородок:

– Я хочу, чтобы он умирал долго и мучительно. Он возомнил себя христианским проповедником? Что ж, я устрою ему мученическую кончину. Этот тип еще пожалеет, что перешел мне дорожку! Он имеет слишком большое влияние на аудиторию – положительное влияние! – а такого не должно быть. Вся наша система летит к чертям, все хотят следовать его примеру и быть независимыми... – Он покачал головой и внимательно посмотрел на своего слушателя. – Все будет выглядеть, как естественная смерть. Ни у кого и мысли не возникнет, что святоша кому-то помешал. Вашей карьере ничего не угрожает.

Собеседник рассеянно кивал, хотя на лице его еще отражалась внутренняя борьба.

«Даже этот попал под влияние Хартли, – недовольно подумал босс. – Нет, нельзя давать такую власть музыкантам. Пусть поют простые песенки, бездуховные, пусть развращают общество. Нужно больше насилия и безнравственности, а таких проповедников – просто уничтожать. Теперь-то папаша не сможет его защитить!»

Он вспомнил один-единственный звонок, который потревожил его примерно десять лет назад.

– Это мсье Боссюэ, – представились на том конце провода. – Излишнее давление на Александра Хартли может стоить Вам карьеры.

И далее – отрывистые гудки. Эта короткая фраза таила в себе серьезную угрозу, большой босс это прекрасно понял, поэтому не стал рисковать. Но теперь мсье Боссюэ мертв, а значит, можно продолжить реализовывать давно намеченный план. И продюсер озвучил свои мысли:

– Наш клиент – донор печени.

– Не понял, – нахмурился доктор.

– Что непонятного? Александр Хартли станет донором печени для одной маленькой девочки. Мы этим воспользуемся.

Понадобилось всего пара предложений, чтобы изложить весь план. Гость мрачно молчал, весь его вид говорил о нежелании ввязываться в это дело.

– Задача ясна или мне еще раз на пальцах объяснить?

Тот кивнул. Босс с удовлетворением отметил, что там, где не смогла победить жажда денег, легко повлияла папка, по которой он сейчас уверенно постукивал пальцами.

Доктор поднялся и молча направился к выходу.

– Только без глупостей! – предупреждающе бросил ему в спину босс, собирая фотографии со стола. Но подсознательно он уже знал, что гость не подведет.