Плен одиночества - Татьяна Минаева

— Рината, в конце две тысячи пятнадцатого года ты получила серьезную травму, — начала Марина, — расскажи о том, как происходило восстановление.

Игорь почувствовал, как Рина напряглась, заметил, как ладонь её, до этого момента расслабленно лежащая на столе, сжалась в кулак.

— Тяжело, — односложно ответила она и натянуто улыбнулась Самариной.

— Это все? — приподняла та бровь.

— Я не хочу говорить на эту тему, — отрезала Рината. — Тот период был самым сложным в моей жизни. Как в физическом, так и в моральном плане. И я безгранично благодарна людям, которые меня поддерживали: это мои родители, мой тренер и моя дочь. Если бы не они, не было бы и всего остального…

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

— Победы на Олимпиаде, — уголками губ улыбнулась Марина, принимая желание Ринаты не отвечать на болезненный вопрос, и направила разговор в другое русло.

Игорь, не выдержав, посмотрел на Рину. Руки её всё еще были стиснуты в кулаки. Но сама она уже не выглядела такой зажатой, как минутой ранее. На его лбу пролегла складка. Он, наверное, только сейчас задумался о том, чего ей в действительности стоило та победа. Казалось, победила она с лёгкостью, вышла на лёд и всех порвала. Доказала, что королева — именно она. Но ведь всё было не так просто. Далеко не так. И даже там, в Корее, на произвольную программу она могла не выйти.

Игорь вспомнил, как же он мог забыть… На льду появились участницы последней разминки. Рина в бордовом платье с открытыми плечами, музыка Жоржа Бизе из оперы «Кармен»…

Корея, Пхенчхан, февраль 2018 года

Шестиминутная разминка подходила к концу. Напряжение, царящее на льду, казалось, достигло своего апогея. Вот оно — самое прекрасное время, мгновения, которые навсегда отпечатаются в сердцах собравшихся этим вечером на стадионе, в сердцах зрителей и спортсменов, простых болельщиков и тех, кто годами шёл к этому дню. Рината выступала в разминке последней. Лидер после короткой программы, получившая со своим тройным акселем, стоящим в программе первым же элементом, высочайшие баллы. В произвольной программе она исполняла два акселя, один из которых был в каскаде с тройным тулупом. Невероятная техника в сочетании с женственностью и пластичностью. Прекрасная грациозная Кармен с чёрными, как вороново крыло волосами, забранными в изысканную прическу с заколкой — алым цветком. Всё по канону.

На катке находилось шесть девушек, но Игорь неотрывно наблюдал лишь за одной. Для него на этом льду была лишь одна она. Все остальные — бледный фон, декорации, призванные подчеркнуть её великолепие. Он ловил каждое её движение, каждый взмах руки, каждый взгляд.

Трибуны охали и ахали, следя за разминочными прыжками фигуристок, поддерживали хлопками. Сделав пару одинарных, Рината подкатила к тренеру. Игорь, стоя чуть поодаль, наблюдал за тем, как она что-то нервно выговаривает Демаре, а тот в ответ ободряюще растирает её плечи. Всё в нём противилось этим касаниям, а душу его будто бы выворачивало наизнанку. Демаре снова что-то сказал, и Рината, кивнув, оттолкнулась от борта. Набрала скорость и исполнила чистейший тройной аксель. Улыбнулась. Она была довольна. Да, именно, она — королева, а все остальные — блёклые декорации. Рядом американская фигуристка — высокая девушка в лиловом платье, скрутила тройной тулуп. И поначалу всё было обычно, но… Что произошло в следующее мгновение, Игорь понял не сразу, вернее, осознал не сразу, ибо его охватил дикий страх. Вскрик его потонул в громком вздохе трибун. Рината и девушка в лиловом лежали на льду. То ли американка не заметила Рину при выезде с прыжка, то ли черт знает что ещё… Об этом он не думал. Рванул было к борту, но в последний момент остановился. Не двигаясь с места, напряженно следил за происходящим. Хрупкая, словно бы невесомая, Рина тяжело поднялась со льда. Стараясь не опираться на правую ногу, докатила до борта. Ей тут же открыли дверцу, и она оказалась в руках Демаре. Она обнимала его, утыкаясь в область плеча, а он, поглаживая по убранным в прическу волосам, что-то говорил. Говорил и говорил, а она кивала и кивала… Не желая больше смотреть на всё это, Игорь развернулся и ушел под трибуны. В тот момент он не думал ни о предстоящей произвольной программе, ни о том, что она, возможно, повредила травмированную ногу. Ни о чём он тогда не думал. Только о касающихся её тела руках Демаре.

Россия, Москва, май 2021 года

— Та Олимпиада — это было доказательство.

— Доказательство? — переспросила Марина и пододвинула диктофон ближе. Им принесли кофе, и Рина на несколько секунд отвлеклась, размешивая в капучино сахар. А после, отпив глоток и вернув чашку на блюдце, снова устремила взгляд на Самарину:

— Доказательство самой себе, что я могу. Что, несмотря ни на что, я всё еще чего-то стою. Самая сладкая победа — это победа, достигнутая вопреки.

— В Сочи тоже было вопреки, — заметила Марина и взглянула на Игоря. Тот же неотрывно смотрел на Ринату.

— В Сочи тоже было вопреки, — согласно кивнула она. — Каждая моя победа в определенной степени вопреки. Вся моя жизнь — вопреки… «Вопреки». — Она усмехнулась криво, — девиз всей моей жизни. Но мы же не об этом. В Сочи мне было двадцать, рядом был Игорь. В Корею я уже ехала с другой головой, с другими мыслями, если так можно выразиться — я расчётливо ехала за победой.

— А почему именно сейчас решила завершить карьеру?

— Потому что, как я уже сказал на пресс-конференции, Рината беременна, — ответил за Рину Игорь.

На него тут же уставились две пары глаз. Рината смотрела с возмущением, Марина — с насмешкой.

— Но мы выступим на шоу в конце июня в Сочи, — продолжил он. — Вместе. Я надеюсь, это все вопросы?

— Парочка ещё осталась, — холодно улыбнулась ему Марина.

Игорь ответил ей тем же.



— Я думаю, без них можно обойтись? Вы же, журналисты, можете и сами найти все ответы.

— Есть ответы, которые необходимо услышать из уст интервьюируемого, — отметила Самарина и добавила с нажимом: — Игорь Юрьевич.

— А давайте вы уже между собой как-то поговорите? — вдруг раздраженно выговорила Рината и, отодвинув полупустую чашку на средину стола, встала. Окинула взглядом Игоря, потом Марину. И обратилась к Крылову: — Я подожду тебя на улице. Пока, Марина. Если будут нужны какие-то уточнения, позвони мне, — улыбнулась она Самариной и направилась к выходу.